Страница 43 из 58
— Э…извини, это случайно получилось!
— Неужели? Я, наверное, чего-то не понимаю — как можно случайно напиться в стельку?
— Я же не знала, что она с первой рюмки вырубиться! — виновато пробормотала секретарша Холмса. — Мы беседовали, разговор не клеился. Девочка была в плохом настроении, вот я и предложила немного расслабиться. Я же не заставляла её пить.
— Ну да, она сама взяла и наклюкалась! Знаю я, как ты умеешь «не заставлять». И что мне теперь с ней делать? — продолжал сердится Май.
Римма икнула и захихикала:
— Теперь ты можешь делать с ней всё, что угодно! Так что не злись, а скажи мне спасибо.
Арбенин задумчиво посмотрел на спящую певицу и, помедлив, признал:
— А ты, пожалуй права, этим стоит воспользоваться.
Он осторожно поднял девушку на руки и понёс к выходу.
Римма, трезвея, нервно захлопала ресницами.
— Эй, не так буквально! Я пошутила!
— Зато я серьёзен как никогда! — заверил Май, захлопывая дверь ногой.
— Что ж, надеюсь, она хотя бы совершеннолетняя, — виновато пробормотала Римма и снова наполнила свою рюмку коньяком.
Май разместил Ангелину на заднем сиденье и сел за руль. По дороге сюда он ломал голову над тем, что делать с девчонкой. Сам он больше не мог за ней присматривать — Воропаев дал чёткие указания расследование свернуть. К тому же сейчас, когда он так близок к заветной цели, находится рядом с ним для неё не менее опасно, чем попасть в лапы маньяка. Самым логичным решением было отвезти девушку к Холмсу, но он не знал где того искать, а на звонки детектив почему-то не отвечал. Теперь задача упростилась, спасибо Римме! Май решил доставить Ангелину домой: к отцу и тёте. Она, конечно, не обрадуется и не скажет ему спасибо, но в сложившейся ситуации это был единственный выход из тупика.
Услышав, как девушка за его спиной зашевелилась и застонала, Май прибавил скорость: если она сейчас проснётся, его гениальный план рухнет как башня из песка. Стон стал громче.
— Ой, мне плохо! — услышал Май слабый голос и, чертыхнувшись, сбросил скорость.
— Очнулась, юная алкоголичка? — проворчал он, не оборачиваясь.
— Я не… ох… мне нехорошо, остановитесь, пожалуйста!
— Тут нельзя останавливаться, потерпи немного.
— Не могу! Мне очень плохо, меня сейчас… ох, пожалуйста!
Отлично, только этого ему не хватало! Май остановил машину и осмотрелся: напротив стоянки приветливо мигало рекламными огнями маленькое кафе с уютным названием «У камина». То, что надо! Он помог продолжающей стонать девушке выбраться из машины и потащил её к зданию. Ангелина постоянно спотыкалась и, похоже, совсем не ориентировалась в пространстве.
— Не так быстро! — молила она.
— Если мы будем двигаться медленнее, твой ужин нас точно обгонит и окажется на асфальте или на мне! Потерпи, мы уже на месте. Вот так.
Он рывком втащил девушку в кафе и, не обращая внимания на любопытные взгляды присутствующих, на той же скорости доставил её в помещение, заполненное белоснежными раковинами и огромными настенными зеркалами. В конце виднелись две таких же белоснежных двери с буквами «М» и «Ж». Май подтолкнул скорчившуюся от тошноты Ангелину к одной из них:
— Тебе сюда!
Она подняла затуманенные лёгкой дымкой алкоголя глаза на табличку и возмущённо пискнула:
— В мужской?! Не пойду!
— Упс, точно, извини. Тогда — сюда! — он развернул пошатывающуюся девушку в противоположную сторону. — Сама дойдёшь?
Вместо ответа она гордо выпрямилась, расправила плечи, словно птица, собирающаяся взлететь, сделала несколько уверенных шагов вперёд, также уверенно врезалась в зеркальную стену и рухнула на пол. Май закатил глаза и поспешил на помощь.
— Вставай, горе моё! Всё с тобой ясно, идём! — он толкнул дверь с буквой «Ж» и под возмущённые возгласы приводящих себя в порядок женщин, втащил Ангелину в одну из освободившихся кабинок.
— Всё в порядке, дамы, я ничего не видел, можете продолжать! — громко заверил Май, придерживая Ангелину. — А ты можешь начинать.
Но девушка, не дожидаясь его команды, уже согнулась пополам, издавая звуки, напоминающие стон раненого животного.
— Эй, чем они там занимаются? — раздался недовольный женский голос за дверью.
— А ты как думаешь? — насмешливо ответил другой. — Слышишь, какие страсти — Калигула отдыхает!
— Совсем стыд потеряли, другого места не нашли! — презрительно подытожил первый голос. Громко хлопнула дверь и наступила тишина.
— Дамы, завидовать нехорошо, го спасибо за комплимент! — засмеялся Май, оценив комизм ситуации — с Калигулой его ещё никогда не сравнивали.
Он почувствовал, как расслабилось и обмякло тело девушки в его руках.
— Ты как, скворчонок!
— А можно не обзываться? — голос слабый, но недовольный. Май улыбнулся:
— Значит уже лучше.
— Мне бы умыться!
— Да уж не помешало бы.
Он вывел её в умывальную комнату и, заставив наклониться над краном, принялся тщательно умывать. Она пыталась вырваться:
— Тьфу! Я сама…сама могу!
— Сама ты здесь утонешь, маленькая пьяница, — проворчал Арбенин.
он вымыл ей руки с мылом, не слишком деликатно вытер лицо бумажным полотенцем и только потом отпустил. Потеряв опору, Ангелина зашаталась и вынуждена была ухватиться за край раковины. Из зеркала напротив на неё затравленно посмотрела бледная ненакрашеная растрёпанная незнакомка. До затуманенного алкоголем сознания девушки не сразу дошло, что это её собственное отражение.
— Какой ужас! — певица покосилась на Арбенина. И он видит её такой!
Услужливая память подсказала — несколько минут назад он видел кое-что похуже! От накрывшей с головой горячей волны стыда её снова затошнило.
— Ой! Только не это! — она испугано схватилась за горло.
На лице Арбенина отразилось отчаяние.
— Что, опять?! Предупреждаю сразу — в женский туалет я больше не пойду! Могу предложить мужской.
Певица покраснела, снова перебирая в уме воспоминания: сцена в туалете выглядела в них ужасной и унизительной. Она ни за что бы не хотела повторить её снова.
— Нет! Нет! Всё в порядке. Я просто… мне бы выпить чего-нибудь…
— Ещё выпить?!
— Не в этом смысле! Нарзана или просто холодной воды.
— А, ну это можно! — облегчённо вздохнул мужчина. — Идём, посмотрим, что у них есть.
В небольшом чистеньком кафе было действительно уютно. Играла приятная тихая музыка, в конце зала приветливо потрескивал догорающими дровами огромный камин. Большинство столиков были свободны, а все немногочисленные посетители немедленно уставились на «новеньких» с живейшим интересом. Женщины за дальним столиком переглянулись и зашушукались. Май понял, что их недавнее приключение в туалете, интерпретированное неверным образом стало достоянием общественности. Это и забавляло и раздражало одновременно. Заняться им, что ли больше нечем? Ладно. Не разубеждать же их, пусть люди повеселятся.
Ангелина всё ещё находилась в лёгком трансе и не заметила, что стала центром внимания. Они расположились за столиком стоящим в отдалении, Май подозвал улыбающегося официанта и заказал себе кофе, а девушке холодную минералку. Парень обслужил их с той же загадочной улыбкой, Май догадывался о том, что её вызвало, но это больше не задевало. Мужчина ломал голову над прежним вопросом: как доставить почти пришедшую в себя Скворцову домой? Головоломка не из лёгких. А может попробовать договориться мирно? Отличная мысль! Похоже наивность заразна.
Май посмотрел на притихшую девушку, гадая с чего начать разговор. Она потягивала минералку и казалось ничего вокруг не замечала.
— И часто ты так напиваешься?
Она подняла глаза и попыталась возмутиться, но сил на это уже не было.
— Если бы я делала это часто, то, наверное, мне не было бы сейчас так плохо.
— Звучит разумно, значит, ты уже в состоянии соображать. Что ж, давай поболтаем. Видишь ли, с завтрашнего дня я больше не принимаю участие в расследовании и, следовательно, присматривать за тобой не смогу.