Страница 6 из 19
Стюарт работал торговцем в семидесятые годы девятнадцатого века, продавая продукты и бакалейные товары домохозяйкам Южной Миннесоты. Стюарт слышал, что европейские женщины добавляют в воду для полоскания постиранного белья синьку, и посчитал, что продажа синьки принесет ему неплохой дополнительный доход. По мере старения тканей их молекулы претерпевают химические превращения и теряют способность отражать все лучи видимого спектра. Ткань начинает поглощать часть лучей синего спектра и приобретает желтоватый оттенок. Добавление небольшого количества синьки компенсирует поглощение желтых лучей, и ткань снова выглядит белой.
Стюарт провел необходимые изыскания и установил, что европейский секрет – это «прусская синька», или «ферроцианид железа», химическое вещество, случайно открытое в восемнадцатом веке прусским красильщиком Иоганном Дисбахом, которому потребовался поташ для изготовления красок. Поташ он покупал у Иоганна Конрада Диппле, алхимика, который прославился изготовлением «омолаживающего» отвара. Однако когда, следуя одному из рецептов Диппле, Дисбах смешал поташ с «зеленым витриолем» (сульфатом железа [II]), он получил чистейший синий цвет! Вероятно, в поташе были примеси, которые Диппле использовал для своего тоника. В тонике содержался цианид, а источником железа послужил витриоль.
Стюарт был достаточно искушен в химии для того, чтобы начать делать и продавать прусскую синьку. Ее производство стало доходным бизнесом, и до наших дней «Синька миссис Стюарт», от Канады до южных границ США, делает наше белое белье еще белее. Однако у жидкой «Синьки миссис Стюарт» есть и другие таланты. Ее можно добавлять в шампунь, и седые волосы становятся ярче. Синьку можно добавить в воду плавательного бассейна, чтобы она выглядела голубой. Больше того, синька может спасать куриные жизни. В птичниках летом температура может достигать 82 градусов по Фаренгейту, а такая жара может убить курицу. На помощь приходит синька. Крышу курятника белят, и, если добавить в побелку синьку, то крыша начинает сильнее отражать солнечные лучи, и в курятнике становится прохладнее.
Синька может делать еще многие вещи. Например, ловить убийц – ну, во всяком случае, в телевизионных фильмах. Дантист, с которым судьба сталкивает лейтенанта Коломбо в «Берегите свои зубы», очень изобретательно убивает свою жертву, заложив дигиталис под коронку, установленную на зуб. Гель, которым покрыт дигиталис, препятствует мгновенному растворению и немедленной реакции. Жертва умирает только через несколько часов. Смерть от передозировки дигиталиса очень похожа на смерть от инфаркта миокарда.
Химия играет в этой серии ключевую роль, благодаря ей убийца признается в своем преступлении. Коломбо на все сто процентов уверен, что дантист – убийца, но не может понять, как он сумел ввести своей жертве дигиталис, не может до тех пор, пока случайно не слышит, как официант рассказывает кому-то, как во время болезни принимал постепенно рассасывающееся лекарство. Это заронило в голову Коломбо идею. Возможно ли использовать в коронке какое-то вещество, которое замедлило бы всасывание ядовитого вещества?
Отличительным признаком этого сериала является дружелюбное отношение Коломбо к подозреваемым, часто он даже выпытывает важные вещи, делая вид, что ему нужна помощь и совет для поимки преступника. В этой серии Коломбо спрашивает дантиста, что он может сказать о медленно всасывающихся лекарственных гелях, но в ответ получает признание в полном невежестве в химии. Это признание сыграло главную роль, когда настал момент для того, чтобы захлопнуть мышеловку. Окончательное решение рождается у Коломбо, когда он видит на своей белой рубашке синие пятна, оставшиеся после стирки.
Притворившись, что ему необходимо получить мнение эксперта, Коломбо приглашает дантиста на судебное вскрытие тела убитого, сказав, что ему кажется, будто яд был заложен в зубную коронку, и что у него, Коломбо, есть способ доказать это. В морге Коломбо демонстрирует подозреваемому целый химический набор, и рассказывает, что смог установить, что фарфор при реакции с дигиталисом синеет. Он берет коронку, наносит на нее порошок и коронка, действительно, синеет. Коломбо, при этом, убеждает убийцу в том, что это дигиталис.
На самом деле, конечно, этот «дигиталис» был ничем иным, как ферроцианидом железа, синим пигментом, используемым в «Синьке миссис Стюарт». Теперь Коломбо прямо обвиняет убийцу и говорит, что сейчас они посмотрят, посинела ли фарфоровая коронка убитого. Дело до этого не доходит, потому что припертый к стенке убийца сознается в преступлении, и это большая удача для Коломбо, потому что дигиталис не вступает ни в какие реакции с фарфором и не вызывает его окрашивания. Справедливость торжествует, потому что подозреваемый, и в самом деле, не разбирался в химии.
Но кто такая, собственно говоря, миссис Стюарт? Это была жена Эла Стюарта, которая помогала ему изготовлять синьку. Стюарт считал, что изображение добросовестной хозяйки на бутылке синьки укрепит доверие покупательниц, и дела пойдут лучше. Но миссис не захотела красоваться на этикетках, и Эл воспользовался стоявшим на камине портретом своей тещи. Добродушная пожилая леди, смотрящая на нас с этикеток «Синьки миссис Стюарт» – это, на самом деле, не миссис Стюарт, а ее мать.
Таинственный остров
«Человек есть то, что он ест». Так гласит проверенный веками трюизм. Собственно говоря, еда – это единственное сырье, поступающее в наш организм извне, и поэтому мы в буквальном смысле состоим из того, что едим. Естественно, это относится и к нашему головному мозгу. Но чем мы заполняем свой мозг? Здесь я предложил бы другую максиму: «Мы есть то, что мы читаем». Мне пришло это в голову, потому что недавно меня спросили, когда я впервые заинтересовался тем, что делаю. Правда, для начала мне пришлось подумать: а что я, собственно, делаю? Конечно, я знаю, чем я занимаюсь, на что трачу время. Я преподаю, пишу, веду блог, отвечаю по почте на заданные мне вопросы, активно пользуюсь «Фейсбуком», выступаю по радио и телевидению, и всегда мои занятия, так или иначе, связаны с наукой. Но что лежит в основе того, что я, в действительности, пытаюсь делать? Проще говоря, мне кажется, что я пытаюсь снять покров таинственности с науки, и развенчать мифы, опираясь на факты. Мои взгляды и отношение к жизни формировались годами, но был и первоначальный фактор.
Я рос в Венгрии до изобретения интернета, до внедрения в повседневную жизнь компьютеров. У нас даже не было телефона. Я не знал о существовании телевизоров до того, как мы приехали в Канаду. У нас был радиоприемник, и я отчетливо помню, как услышал по радио о смерти Сталина. Я слушал в 1954 году репортаж о футбольном матче между сборными Германии и Венгрии на кубке мира. Немцам повезло, что Пушкаш получил травму. Они выиграли.
Что я делал по вечерам? Я читал книги. Некоторые из них, как мне кажется, сформировали мои будущие интересы. Я был захвачен первым романом, прочитанным мною в жизни – романом Жюля Верна «Таинственный остров». В романе речь идет о том, как группа северян, попавших в плен к конфедератам во время Гражданской войны, сумела похитить воздушный шар и бежать на нем из неволи. Волей судьбы пленники оказались на островке, затерянном где-то на просторах южной части Тихого океана. Там пленникам пришлось организовать поселение и выживать, опираясь на собственный ум и знания. Один из беглецов, Сайрус Смит – инженер, своеобразная предтеча МакГайвера, телевизионного героя, чьи энциклопедические познания в науке помогают решать любые житейские проблемы, используя находящиеся под рукой подручные материалы и средства. Пользуясь универсальными знаниями Смита в области ботаники, геологии, физики и химии, колонисты начинают изготовлять горшки и кирпичи, ухитряются плавить железо и даже изобретают простейший телеграф.
К большому удивлению поселенцев, когда у них вдруг возникали серьезные проблемы, случалось какое-то чудо, избавлявшее их от опасности. В нужный момент на острове появляется ящик с оружием и инструментами; когда колонисты заболевают малярией, откуда-то, словно по волшебству, возникают таблетки хинина, а когда на остров нападают пираты, то все они умирают, не получив ни единой царапины. Это было похоже на чудо, не имеющее никакого логического объяснения, и колонистам уже начинало казаться, что на их стороне какое-то доброе божество, взявшее на себя труд опекать их. Однако, в конце концов, загадка находит свое разрешение. Остров оказывается базой капитана Немо, научного гения, живущего в подводном гроте на борту своей подводной лодки «Наутилус». Именно капитан Немо и оказывается невидимым благодетелем колонистов. Все странные события тут же получили вполне естественное объяснение. В том нежном возрасте я не мог по достоинству оценить все описанные в романе научные достижения, но пара из них прочно засели у меня в голове. Научная изобретательность может решить массу проблем, и многие паранормальные феномены, при ближайшем рассмотрении, оказываются весьма обычными и естественными явлениями.