Страница 38 из 66
Итак, волна неслыханных преступлений захлестнула многострадальный Лаврац. Ди Вижен при содействии начальника стражи распорядился удвоить патрули, укомплектовать их ведунами не ниже ранга старшего послушника с Кристаллами Правды, проверять каждого подозрительного типа и утроить стражу на воротах, кардинально ужесточив режим пропуска в город и выпуска из него. Командор же всецело посвятил себя расследованию дела о гибели ловцов нечисти на загородном погосте.
Ди Вижен срочно вызвал специалистов-ведунов и лично возглавил группу по расследованию происшествия. На кладбище они нашли, как и говорил Адами, убитых молниями ловцов нечисти, пустую могилу магистра ди Сави и следы отчаянной борьбы с силами зла. С временной негодностью святого охотника (проспится он нескоро) командору прибавилось забот. Голова раскалывалась.
- Инфернальных возмущений не обнаружено, - сообщил подошедший тихонько со спины мастер-ведун с прутиком-определителем.
Нюхающий надушенный носовой платок ди Вижен кивнул. Значит, демонами здесь не пахнет. Пахнет чудесами хмельного бога, совершать которые способны лишь его верные последователи; одним из них, кстати, являлся ди Сави. Мертвецам чудеса богов творить не дано, разве что мертвец не совсем мертвец, а воскресший святой. Командора поразила догадка: неужели магистр был святым? Предположим, что нет. Тогда напрашивается вывод: восставший из могилы не мертвец, а живое существо, использующее чудеса бога Бухаиля. Как такое возможно? Покойник (условно обозначим восставшего как покойника) имел внешность и повадки ди Сави, сомневаться в идентичности... Нет, тут как раз сомневаться и приходится. Брат Игнатий сказал, что магистр скорее всего мёртв, а срезанная вроде бы с его трупа плоть принадлежит живому.
Тело ди Сави опознали по золотому кресту. Может быть, крест у магистра отобрали? Кто его мог отобрать? Убийца!
Осколки головоломки вставали на свои места. Магистр ди Сави погиб, а его место занял в гробу тот, кто убил его, и этот кто-то, похоже, умеет принимать облик убитых им людей. Надо добавить, этот кто-то потрясающе живуч. В таком случае не исключено, что этот кто-то был также отшельником Эстебаном Вернье. Самое непонятное: почему он может совершать чудеса Бухаиля? Он что, его поклонник? И молнии, убившие ловцов нечисти. На подобное способен профессионал очень высокого класса, работающий в паре с убийцей.
Командор тряхнул головой. Похоже, всё-таки придётся навестить Великую Магистрессу. Она, по сведениям, большой специалист в небесных чудесах и первый номер в списке таинственного убийцы.
О том, что убийца может не только принимать облик своих жертв, но и воспроизводить их чудеса, командор старался не думать.
Глава 8. Катакомбы
Старик Мали разбудил Виктора с первыми лучами солнца, дал позавтракать вчерашней жареной картошкой и отправился в храм. Виктор нехотя ковырялся в блюде, поражаясь, каким образом можно было пожарить картофель ровно наполовину: одни кусочки сильно подгорели, другие остались совершенно сырыми. Схрумкав несколько ломтей, он решил, что насытился, и в ожидании хозяина дома предался размышлениям о ночном разговоре.
Добрую половину ночи Виктор и старик Мали провели в беседе о приключениях бывшего послушника. Особенно старика заинтересовали циркачи-мошенники. Его взволновал ряд моментов: почему они выбрали для своих махинаций монаха-ведуна, противника весьма опасного, за которым стоит Орден Мудрости? И, тем паче, зачем им понадобился покойный магистр ди Сави? Они что, хотели и его обвести вокруг пальца? В конце концов, почему они не убили Виктора и сопровождавшую матушку Лазарию неизвестную монахиню? Хотели потребовать за него, ведуна-отступника, которого вот-вот отлучат от Церкви, выкуп? Циркачей разыскивает стража Лавраца, более того, их разыскивает Орден Карающих, и первое, что они должны сделать - сидеть тише воды ниже травы, избавившись от ненужного балласта. Им сейчас не до вымогательств и случайных свидетелей. Да ещё долговые расписки, насторожившие старика Мали пуще иных проделок. Очень, очень странные циркачи. Однако, странные лишь на первый взгляд. В их непонятных действиях усматривалась определённая логика, но какая?
Прежде всего, напрашивался закономерный вывод: циркачам Виктор Сандини приглянулся неспроста, и вся их деятельность подчинена некоей цели; бывший послушник занимает значительное место в их плане. Старик Мали пожалел, что нет под рукой книги, всученной циркачами Виктору. Долговая расписка навела его на мысли о том, кем могут быть циркачи.
"Виктор, ты только не волнуйся, хорошо? Я сейчас скажу кое-что, для тебя неприятное, и заранее прошу прощения. Это мои предположения - предположения старого больного человека, и ты не должен воспринимать их близко к сердцу, - начал издалека старик, потупив взгляд. - По-моему, твои циркачи - не циркачи".
"Кто же тогда?" - вырвалось у бывшего послушника.
"Помнишь, ты говорил, что подумал при первой встрече с ними, будто бы они колдуны-самоучки? Думаю, ты был недалёк от истины, юноша. Знаешь, кто любит возиться с разного рода контрактами и тому подобными бумажками? - при словах Мали Виктор побледнел. Холодок пробежал у него по спине. - Нет-нет, думаю, это не юристы, - успокоил его старик. - Есть люди, поклоняющиеся демонам. Они помогают им в злых делах, строят козни против богов. Главная их цель - совращать с праведного пути слабых духом, вовлекать их в ряды демонопоклонников. Тех, кто ищет и собирает новую паству для демонических культов, называют по-разному: кто адскими ловчими, кто демоническими пауками, кто чёрными лисами. Они расставляют ловушки, в которые попадаются неосторожные люди, мостят им дорогу в пекло. В обмен за загубленные души они получают силу. У демонов, как и у богов, есть свои дары, которыми они одаривают отличившихся поклонников. Так люди превращаются в полудемонов, помощников нечистого. И они, так же, как и дьявол, обожают различную документацию. Ты не волнуйся, может, я ошибаюсь, но похоже на их приёмы..."
Скрип отворяющейся двери отвлёк Виктора от тяжких воспоминаний и размышлений. Вернулся старик Мали. Он с ходу выложил на стол буханку хлеба и кусок ветчины. Обрадовавшийся нормальной пище Виктор протянул к ней руки, но старик проворно спрятал кулинарные сокровища в латаную-перелатаную сумку.
- Стоп! Стоп! Стоп! Это тебе на дорогу! - сообщил Мали.
Понадеявшись на силу воли бывшего послушника, старик оставил его наедине с аппетитным содержимым сумки. Сам он удалился в другую комнату, чтобы вскоре возвратиться с почти целой рубахой и холщовыми штанами.
- Одевай, юноша, - наказал он.
Пока Виктор одевался, Мали рассказывал ему о делах в городе.
С утра стража лютовала - иначе их настрой назвать было сложно. Городские ворота были закрыты, патрули прочёсывали Лаврац не хуже гребешка, к каждому прохожему цеплялись на улице, обыскивали и многих задерживали только лишь из-за косого взгляда или потому, что "морда не понравилась". С патрулями ходили ведуны с Кристаллами Правды и заставляли целовать крест в знак принадлежности к истинной вере. К некоторым неблагонадёжным лицам даже приходили с обыском, из чего следовало, что Виктору необходимо как можно скорее рвать когти из жилища старика Мали, ещё лучше вообще из Лавраца. "Интересно, как? - подумалось Виктору. - Ведь городские ворота закрыты. По воздуху, что ли?" Мали, понимая смятение молодого человека, подсказал дорогу: подземные туннели, используемые контрабандистами и прочим преступным людом.
Одежда на бывшем послушнике сидела крайне плохо. Где-то жало, где-то провисало, и создавалось правильное впечатление, что одежда с чужого плеча. Тем не менее, старик широко улыбнулся и промолвил:
- Прекрасно! Теперь ты вполне сойдёшь за бродягу, юноша!
Нетерпеливый стук в дверь заставил Виктора поёжиться. Когда к стуку присоединился окрик "Открывай, стража!", он примёрз ногами к полу, округлившимися глазами глядя на Мали. Тот даже не вздрогнул. Показательно закряхтев, он крикнул в ответ: