Страница 41 из 49
— Баронесса! — повелитель показал рукой, что женщина может присесть. — Мне передали, вы хотели меня видеть?
— Ах, повелитель! Ваши слуги такие нерасторопные! Я просила о встрече с первого дня, как оказалась в Восточных Землях, но вам доложили только сейчас!
— Да нет, мне передавали каждое из ваших ста сорока восьми требований о встрече, — невозмутимо ответил Александр. — Но время нашлось только сейчас. Вы же понимаете, что такое большое государство, как Восточные Земли, требует много внимания и времени от правителя? А также, у меня есть семья и дети, они тоже имеют право на мое внимание и время.
Баронесса округлила глаза и торопливо закивала:
— Конечно, я все понимаю! Простите, если была слишком настойчива, но у меня не было выхода.
— Вам не нравятся покои? Я распоряжусь, вы можете выбрать убранство по своему вкусу. Не нравится пища? Повар получит особые указания, изложите их младшему евнуху. Но если вы не нашли общий язык с другими женщинами, то тут я бессилен: пробуйте налаживать отношения сами.
— Нет, повелитель! — баронесса торопливо втиснулась в речь Александра. — Дело в том, что, во-первых, мне не дают видеться с моим сыном. И, во-вторых, я хочу назад, в империю!
— Мне передавали, что вы беседовали с Борисом целый час всего несколько недель назад. Меня обманули?
— Нет, да… Но это так мало! Я привыкла видеть сына каждый день!
— Леди, ваш сын — женатый человек. Более того, они ждут первенца. Все внимание и время Бориса принадлежит Мадине и ребенку. Не станете же вы мешать молодым? У нас не принято, чтобы мать мужа требовала себе исключительное отношение. Скоро родится внук, тогда вы и повидаетесь с Борисом и Мадиной, а пока можете готовить подарки для новорожденного.
— Готовить подарки? — растерянно пробормотала Аниколь. — Да, конечно, но я хочу домой! У меня там поместье и… муж. А еще младшая дочь!
— Вот как? Вы хотите покинуть нас, даже не дождавшись рождения внука?
— Но я могу вернуться, на денек, когда ребенок родится!
— Можете, но я не понимаю, к чему такие жертвы? Вы можете спокойно, в неге и удобстве жить здесь до рождения малыша, а потом уехать. Если не передумаете нас покидать. А так — это же очень трудно — только вы доедете до дома и придете в себя, как надо будет ехать обратно, чтобы успеть к родам.
— Как это? — баронесса пыталась понять, что это ей только что сказал Александр.
— Да просто же! Месяц займет только переход через Горячие пески, не считая дороги по Восточным Землям до Песков и от Песков до столицы империи. И это в одну сторону!
— З-з-ачем через Горячие Пески? — у баронессы задергался правый глаз. — Есть же портал?!
— О, на портал можете не рассчитывать! — Александр широко улыбнулся. — Мы потратили столько энергии, когда переходили сюда, что следующий раз он откроется только через несколько лет. Поэтому, если вы настаиваете на возвращении, вам придется ехать на верблюдах.
— Через несколько лет… На верблюдах…
— Можете пожить у нас до открытия портала, это лет восемь — десять. Уверяю, что свекровь моей Мадины ни в чем не будет испытывать недостатка! К тому же, вы увидите рождение не только первого внука Бориса, но и остальных его детей, а также сможете наблюдать, как дети растут.
— Дети?
— Конечно, у нас не бывает меньше троих детей, ведь дети — это счастье! Моя Мадина очень добрая и любящая девушка, конечно же, она не ограничится одним сыном. Так что, баронесса, вы решили? Мне приказать готовить караван?
Аниколь посмотрела на повелителя диким взглядом и разрыдалась.
— Повелитель, умоляю! Отпустите меня!
— Полно, леди! Я же вас и не держу! Если хотите, завтра же начнется подготовка к походу. Не пройдет и месяца, как вы отправитесь в дорогу, а там два — три месяца и вы окажетесь в империи!
— Ы-ы-ы! У-у-у!
— Так как, леди? Вы уезжаете или остаетесь?
— У-у-уезжа-а-а-ю-у!
Хорошо, как скажете. Когда караван подготовят, вам сразу сообщат.
Разбитая и раздавленная, Аниколь вернулась в свои покои, ничего и никого не видя по дороге.
Как же она так попала? Почему не подумала, что повелитель опытный и прожженный интриган? Почему заранее не подумала, не уточнила, как можно будет вернуться? Как она могла быть такой слепой и глупой? Получилось, как в детской игре: вход бесплатный, зато за выход надо отдать целый золотой!
В течение почти трех недель, пока караван собирался, баронесса не жила, а существовала. Не хотелось ни есть, ни гулять. Не радовали ни новые наряды, ни развлечения и даже визит Бориса мать не встряхнул.
Впрочем, Борис был весь в жене и ожидаемом ребенке, свидание вышло скомканным и радости никому не доставило.
Баронесса много вспоминала и теперь понимала, что ненавидимый ею Тамильес на фоне ее собственного сына и тем более, повелителя, вел себя с ней более чем терпеливо. Уж про свободу и возможности, которые она имела в его доме, Аниколь и не говорила! Все познается в сравнении. Но ничего, она сможет, перетерпит эти Пески и больше из империи ни ногой! Да, она даже уедет в поместье и из него ни ногой!
Начало пути, пока караван шел по Восточным Землям, было трудным, но баронесса терпела. Верблюды раздражали, все мышцы непривычного к таким сложностям тела, ныли, женщина все время хотела искупаться и мечтала о мягкой постели.
Как оказалось, они тронулись в путь в самое жаркое время, поэтому в караване 23 из всех вьючных верблюдов везли не вещи, а воду.
Нет, богатые наряды и украшения баронессы тоже упаковали, хотя под конец ожидания, ей не хотелось уже ничего, лишь бы скорее уехать.
Кроме баронессы, в караване были еще две женщины — служанки-абарки. Они учили госпожу носить абарские одежды и закутывать лицо от песка и солнца. На стоянках помогали помыться и вообще старались облегчить баронессе тяготы пути.
Аниколь думала, что уже видела все ожидающие ее ужасы, но когда караван вступил в Горячие Пески, поняла, как сильно поспешила.
Это был ад!
Жара днем, пронизывающий холод ночью. Днем полагалось спать, но удушающая жара, вездесущий песок, прилипающий к влажной коже, забивающийся во все щели не давали уснуть. Ночью ехали, но было так холодно, что баронесса боялась, что окончательно закоченев и заснув на ходу, она упадет с верблюда.
Воду приходилось экономить даже для питья, помыться и мечтать не приходилось.
Волосы баронессы всего за два дня превратились в липко-песчаный колтун, кожа посерела, обветрилась и шелушилась, все тело болело и ныло. Каждый раз, чтобы встать, ей приходилось несколько минут растирать руки-ноги, иначе, они не разгибались.
А впереди был целый месяц пути только по Пескам…
Баронессе хватило всего трех дней, чтобы понять, как она хочет назад, в свои покои в гареме повелителя, что восемь-десять лет до открытия портала — ерунда. И что вообще, жизнь в гареме ее устраивает больше, чем путешествия.
«Баронесса передумала уезжать и решила навсегда поселиться в Восточных Землях. Разумеется, свекровь моей любимой Мадины будет окружена роскошью и удобством в лучших покоях женской половины дворца. В любое время, когда Ее Светлость Демиана пожелает, она может воспользоваться порталом и посетить и Восточные Земли, и мать с братом и племянником».
Тамиль свернул вестник и счастливо улыбнулся.
Глава 26
Когда до родов Полетт оставался месяц, во дворец Угррангха прилетели два дракона-воина. Охранять будущее Нибелграна.
Чем ближе приближался срок, тем более беспокоился Рангх. Все дела этого и других поместий он переложил на управляющих, а сам круглые сутки не спускал глаз с ньяры. Куда бы Полетт ни пошла, всюду за ней следовал беспокойный будущий отец.
— Рангх, ты повсюду, мне иногда кажется, что ты растроился или даже расчетверился, — отдуваясь после прогулки по саду, женщина устраивала себя поудобнее на низком топчане под раскидистым абрикосом. — Вообще, мне тебя приятно видеть, но иногда хочется побыть в одиночестве!