Страница 27 из 49
— В какую-нибудь большую человеческую страну, — проговорил Гхар. — Там легче устроиться. Мы не нищие, проживем. А насчет «больше ничего нельзя сделать» — увидим, куда вывезет. Я не забуду, что нас изгнали, и не прощу. Жизнь длинная, посмотрим.
— Собираешься мстить? — хмуро уточнил Арришгс. — Кому? Всем подряд?
— Ты хочешь, чтобы мы одни страдали?
— Я вообще страдать не собираюсь. Ну, да, изгнали, но ведь не голыми и босыми, а со средствами и среди людей можно жить. Куплю большой дом, заведу слуг и гарем и плевать мне на Нибелгран. Люди слабые и трусливые, нам у них ничего не грозит. На рожон лезть зачем? Сам посуди, все драконы высказались за изгнание, всем отомстить нашей жизни не хватит, так зачем ее на это тратить?
— Я на рожон лезть не стану, но ушки на макушке держать буду и рано или поздно найду слабое место у всех Глав Родов. Ты прав — каждого дракона мы наказать не сможем, но кого смогу достать — я не пощажу.
На следующее утро два больших дракона взмыли в небо и медленно полетели в сторону человеческих земель. Никто не вышел их проводить, никто им не пожелал удачи или доброго пути, но пока изгои летели над Нибелграном, из окон каждого дома их провожали глаза соплеменников.
Неслыханное наказание, незавидная участь, не было бы беды!
Продолжение следует
Поговорить с матерью все же пришлось, но Анри подсказал взять с собой на встречу Рика, и баронесса вела себяпочти безупречно.
— Мама, как ты могла подвергнуть Аннет опасностям и трудностям такого пути? Я не понимаю — ты же мать! — возмущенно накинулась Демиана.
— Твой муж запретил пускать меня в портал, — парировала родительница. — Что мне было делать, если я даже внука увидеть не могу?
— Ты могла написать вестник, и мы бы все устроили.
— Поздно уже, я тут.
— Вижу. И что ты намерена теперь делать? С Рионом повидалась, как тебе внук?
— Очень бойкий, скажу я тебе и собака. Зачем вам во дворце это чудовище? Он же проглотит и не заметит!
— Рик не чудовище, а самый верный друг! И разговор не уводи — что ты собираешься делать?
— Хочу увидеться с Борисом. Ты помнишь, что твой брат вынужден прозябать в должности адъютанта, в то время, как он достоин занять должность при дворе и блистать в обществе?
— Мама, — поморщилась Демиана. — Мы и хотели, но Борис предложил надеть на Вариона ограничивающие браслеты — двухлетнему малышу! И вообще вел себя, будто мы ему всем обязаны.
— Но он твой брат!
— И что? Он мужчина, никто не мешает ему строить карьеру и добиваться повышения упорным и честным трудом.
— Демиана, но ты Искрящая и мать будущего императора, ты могла бы просто приказать, и Борис получил бы любую должность!
— Я не занимаюсь кадровыми назначениями, это не в моей компетенции. И, потом, каждый должен занимать такую должность, где он может принести пользу, а не просто отбывать часы. Я слышала, что со своими обязанностями в Арестане Борис не очень-то справляется и не потому, что не умеет, а потому, что ничего делать не хочет.
— Ты всегда была к нему несправедлива.
— Это все, что ты хотела мне сказать? Если да, то я пойду.
— Стой, погоди, — мать схватила герцогиню за руку. — Не сердись, я не хотела тебя расстраивать. Что ты решила насчет меня?
— А что с тобой?
— Я переживаю за Бориса, и у нас совсем нет денег! Твой отец все до копейки вкладывает в поля и скот, а мне даже ночную рубашку не на что купить, — баронесса промокнула глаза подолом.
Демиана поморщилась.
— Хорошо, я пришлю денег, но взамен хочу оставить при себе Аннет. Она уже большая девочка, ей надо учиться, я сомневаюсь, что ты наймешь ей учителей, а здесь я присмотрю за тем, чтобы она получила достойное образование.
— Но откуда у нас хорошие учителя? — всплеснула руками баронесса. — Кто поедет в наш медвежий угол? Конечно, пусть Ани остается, я не возражаю.
— Тогда договорились. Когда ты собираешься домой?
— Не думала, хотела купить себе новые платья, — родительница выжидательно уставилась на дочь.
Герцогиня встала, вышла в соседнюю комнату и вернулась с мешочком, полным денег.
— Вот, этого, надеюсь, хватит?
— Смотря на что, — баронесса схватила мешочек и заглянула внутрь.
— На хозяйство я перешлю прямо отцу, — ответила Деми. — Когда соберешься домой, просто пришли слугу и Тамиль распорядится, чтобы тебя пустили в портал.
— Постой! А Борис?
— Что еще? Мама, я же объяснила, что не распоряжаюсь назначениями!
— Просто повидаться! Попроси мужа, пусть брата вызовут в столицу, пока я здесь. Не уеду, пока не увижусь с сыном!
— Хорошо, я попрошу Его Светлость. Рик, проводи, пожалуйста, нашу гостью.
— Нет-нет! Я прекрасно помню дорогу и замечательно выйду сама, — баронесса торопливо чмокнула воздух возле щеки дочери и вымелась за дверь.
— Вот так, Рик, — грустно констатировала Деми. — И это моя мама… Ладно, пошли к детям.
Тамиль просьбе не обрадовался, но, посоветовавшись с Анрионом, решил, что одним махом можно будет убить двух зайцев.
— Мы избавим барона Андолини от такого адъютанта, он давно просит отозвать Бориса. И отправим его вместе с баронессой восвояси. Потом заблокируешь им доступ к порталам, и, даст Всесветлая, мы о них еще лет пять не услышим.
На том и порешили.
— Тамиль, мне пришел вестник от Наместника Асшгарра дас Веете и ты не поверишь, что он пишет! — жена перехватила герцога на лестнице. — Добрый день, Анрион, для тебя у меня тоже есть информация.
— Тогда, может быть, вернемся в кабинет и там поделимся всеми новостями? — предложил Анри.
— Это будет разумно, — согласилась Демиана.
— Итак, что пишет Наместник? — спросил Тамиль, после того, как все расселись и вышел слуга, принесший напитки.
— У него есть племянник, Угррангх дас Веете и тот раньше нас сам пришел к открытию, которое мы недавно сделали.
— В смысле?
— У него есть наложница, империанка, Алика, которая еле выжила после обряда зачатия, а потом в нее как бес вселился — это я вам пересказываю письмо Наместника. Она разогнала всю прислугу и набросилась на хозяина с поцелуями. У дракона, прошу прощение за выражение, именно этими словами Наместник описал произошедшее, снесло крышу, и он признал в наложнице ньяру.
— Кто это такая?
— Это любимая женщина, если она не драконица, то есть, не имеет второй ипостаси и не может стать истинной.
— Какая сложная личная жизнь у драконов!
— Так вот, с тех пор он живет с этой ньярой, поселил ее по соседству со своими покоями, продал всех остальных наложниц и они сливаются по нескольку раз в день.
— Она же беременная! — удивился Тамиль и переглянулся с Анрионом. — Он не боится потерять и женщину и ребенка?
— В том-то и дело, что их слияния дарят им только удовольствие и никак не вредят женщине и ребенку. Наоборот, они оба процветают. И в этом и заключается информация, которую доносит Наместник — его племянник ласкает и целует свою Алику, впрочем, как и она его и он полагает, что именно поэтому их слияния не доставляют женщине неудобств. У нас здесь у одного дракона — Лурргхана, две не беременные наложницы. Что, если, попробовать убедить его приласкать одну, раскрепостить ее как-нибудь и он попробует провести слияние?
— Ты полагаешь?
— Да, Наместник прислал здравую мысль и нам нужно проверить ее на деле. Только я же не могу обсуждать с незнакомым драконом, что ему нужно делать со своей наложницей, чтобы она получила удовольствие? Прошу вашей помощи, все-таки, мужчины должны лучше женщины уметь это объяснить.
— Да, задача, — Анрион потер лоб. — Допустим, идея неплохая и ее обязательно надо проверить. Плохо представляю, как мы будет объяснять все дракону, но попытаться стоит. У тебя нет мыслей, почему объятия и поцелуи играют такую большую роль в воспроизводстве драконов?
— Я не уверена, но, возможно, кроме энергетических потоков, которыми дракон делится с женщиной, какие-то особые ферменты присутствуют в слюне драконов и при поцелуе передаются наложнице или драконице и, не исключено, подготавливают ее организм к комфортному зачатию, слиянию и течению беременности. Если эксперимент удастся, то я смогу говорить об этой теории более уверенно.