Страница 148 из 188
— Глупая ашасси, — с укором сказал Темный бог, специально не называя меня по имени, — ты ведь могла просто воспользоваться своей кровью.
— Могла, — безразлично соглашаюсь, — но тогда бы потеряла нечто важное… часть себя прежней.
Рангор не спешит отвечать. Медленно приблизился, после чего ласково и очень осторожно провел ладонью по моему израненному животу, вдоль которого тянулись кровавые отметины и изодранные мышцы. Я стояла перед богом совершенно нагая, но почему-то даже не стеснялась этого. Здесь, в этом странном месте, не существовало границ. Ничего не было: ни боли, ни времени, ни каких-то правил или условностей. Жизнь и смерть встретились лицом к лицу, не желая уступать друг другу путь.
— В тебе Мириды больше, чем я мог себе представить, — вдруг тихо признался Темный бог, продолжая водить руками по моему телу. Легкие, почти невесомые касания исцеляли жуткие раны, стягивая тонкую белесую кожу. – Однако ты скорее потеряешь себя, если отступишь от намеченной цели. Тебе пора понять, что добро и зло не могут идти рука об руку. Если избрала путь отмщения, не пытайся искать в нем справедливости. Ложная мораль только ослепляет и не дает сделать то, что надо.
— Ложная мораль? Император заслуживает смерти! Но чем я лучше, если ради собственной выгоды стану убивать? Одно дело победить в сражении, и совсем другое – получить нужное обманом.
— Но стоит ли это твоей жизни? – вопросом на вопрос ответил Рангор, неожиданно убирая руки, отчего раны вновь стали кровоточить. – Какой толк в чести, если ты умрешь? Неужели ты готова простить смерть своих родных и так легко уйти?
— Так ведь я и не могу уйти, — с иронией протянула в ответ, на что Рангор безразлично заметил:
— Тогда, может, мне не стоит каждый раз тебя спасать?
Это было последнее, что сказал Рангор, больно толкая меня в живот. Я вскрикнула и провалилась в пустоту…
Однако вскоре тьма отступила, и передо мной раскинулась знакомая лесная тропа. В этот раз мне приснился Далион: не таким, как я видела его в последнюю нашу встречу, а маленьким мальчишкой лет одиннадцати. Он стоял по колено в болоте и молча с укором смотрел на меня, а я почему-то ощущала угрызения совести, хотя и не должна была. Ведь это он обманул, он заставил мое сердце открыться ему.
— Прости, — все же говорю, понимая, что не могу не сказать. Не знаю почему, но чувствую, что это правильно.
Светловолосый мальчик в ответ только улыбается, протягивает руку и привычно заверяет:
— Я всегда буду рядом!
Горькая улыбка тронула мои губы, после чего меня выбросило в жестокую действительность, где были лишь мучения и… отборные ругательства с узнаваемым марэтским акцентом.
В какой-то момент сильная боль пронзила с ног до головы, вынуждая тихонько застонать.