Страница 134 из 188
Еще у меня закралась мысль, что придворный маг специально так поступил, чтобы я узнала все то, что от нас скрывал Ковен. Впрочем, у каждого своя правда, ведь не зря говорят – историю пишут победители. Так что всему прочитанному доверять не спешила…
Эр Кассиан обычно задавал много вопросов обо мне, о Ковене магов и королевстве Руте — казалось, ему интересно все, а так же он искренне расстроился за детей, которых лишали будущего, забирая силу, по крайней мере, мне показалось, что его это огорчило. Я тогда еще, как всегда, не удержалась и глухо поинтересовалась: «А детей войны вам не жаль?!» и пожалела…
Его иллюзия дрогнула, как часто бывало под сильными эмоциями у магов, после чего маг сиплым голосом прошептал:
— Ты думаешь, я не оплакивал души невинных? Или не понимаю, что такое война?
— Перестаньте, — холодно оборвала патетичную речь своего нового наставника. – Ни к чему красивые слова, когда ничего не сделали для того, чтобы помешать или хоть как-то повлиять на это безумие.
— Эта война — необходимый шаг в дальнейшем развитии мира, — покачал головой старик, дрожащими руками теребя свой бороду. — Невозможно создать новое, не избавившись от старого, но в дальнейшем это решение спасет немало жизней и даст возможности развиваться тем, кого ваш Ковен лишал права выбора, ведь за магами наше будущее. Иногда во имя всеобщего блага приходится чем-то жертвовать.
Да, Нэрдок тоже так считал, только я никогда не приму этого мировоззрения!
— Какие бы цели ни преследовала эта война, мне все равно не понять, для чего уничтожать целые города и сжигать дотла деревни, не оставляя никого в живых.
— Потому что иногда это милосерднее, — неожиданно тихо произнес придворный маг, отводя взгляд, — только ты ошибаешься, полагая, будто все обстояло именно так, большинство рутовцев вывозили, потому что был отдан прямой приказ о ведении переписи населения и его распределении. Не подумай, что я сейчас выгораживаю императора или пытаюсь сгладить последствия войны, но ты должен понять, что нет абсолютно белого или черного, а тысячная армия – всего лишь люди.
Я не стала тогда спорить, понимая, что могу не остановиться. Более того, все это мне и так было прекрасно известно: Дора как раз была одной из тех рутовцев, которых везли на «распределение» по переписи населения. Конечно, лишних рук в Империи не бывает. Мне также было известно и о том, что Император принимал к себе всех добровольцев, что были согласны стать под его начало. Произнес клятву верности врагу, отрекся от своего прошлого — и живи трусливо на чужой земле! Слава богам, меня это обошло – что-что, а произнести слова преданности ненавистному человеку не смогла бы – лучше смерть… императора! И я бы попыталась, даже понимая всю бессмысленность этой идеи.