Страница 57 из 88
Парень пробился в начало толпы, где стояли под стеной Рон и Гермиона.
- Не будет, как в прошлый раз, говоришь? – проворчал Невилл, пробившийся через толпу вслед за другом.
- Ага, будет еще хуже, - кивнул парень, глядя на окоченевшее тельце миссис Норрис, подвешенное на скобу для факела.
- Трепещите, враги наследника! – громко возвестил Драко Малфой, глядя на надпись между двух окон, написанную краской.
- Вот, Малфой уже трепещет, и лучше бы нам начать животрепетать вместе с ним, - сказал Саша ничуть не тише, чем блондин. В толпе кто-то нервно хохотнул.
- Что тут такое, а? – послышался голос Филча, пробивавшегося через столпотворение учеников.- Моя кошка! Моя миссис Норрис! Что с ней?
Завхоз буквально взвыл от расстройства и бросился к Рону.
- Ты убил мою кошку! – и Саша бы даже посмеялся, если бы не понимал, что несмотря на мерзопакостный характер Филча, кошка действительно была единственным близким существом для этого человека.
- Аргус, успокойтесь! – голос Дамблдора величественным эхом разнесся по коридору. Директор в сопровождении нескольких профессоров шел к месту происшествия, и толпа расступалась перед ним сама. Дамблдор аккуратно снял миссис Норрис со скобы и пригласил всех преподавателей пройти в кабинет директора.
- Мой кабинет ближе всех, директор, - вставил Локонс свои пять копеек, вызвав у Саши горестный вздох. Впрочем, Дамблдор согласился и прошествовал к лестнице, ведущей наверх, в кабинет преподавателя по Защите. За ним направился пришибленный от расстройства Филч, сияющий от самодовольства Локонс, МакГонагалл, подгоняющая Рона и Гермиону. Завершал процессию Снейп, который недовольно морщился от вида Златопуста.
Толпа учеников начала постепенно рассасываться, и Саша с Невиллом направились к лестнице, где стояла трясущаяся от страха Джинни.
- Все будет хорошо, - слабо утешил ее Александр. – Их не отчислят, наверное. Я надеюсь. Пошли в башню, быстренько.
Праздник был безнадежно испорчен. Девочки всхлипывали, жалея невинную зверюшку – как будто не ненавидели кошку еще утром – и разбрелись по комнатам. Парни посидели немного у камина и тоже разошлись по комнатам, оставив Сашу, Невилла и Джинни сидеть втроем на диване в ожидании Рона и Гермионы.
- Что значит эта надпись на стене? – испуганно спросила девочка. – «Тайная комната снова открыта». О чем это? Какой еще наследник?
- Я не знаю, - пожал плечами Саша, - вот только сдается мне, что на кошках этот наследник просто тренируется. Основная задница мира накроет нас позже. Так что, ребятки, бдительность, бдительность и еще раз бдительность.
В гостиную ввалились Рон и Гермиона, расстроенные до невозможности.
- Не исключили, - выпалили они, предваряя первый вопрос друзей. Джинни облегченно вздохнула.
- Кошку жалко, - поморщился Невилл.
- Она жива, кстати, - успокоила его Грейнджер, - просто окаменела. Когда мандрагоры вырастут, Снейп сварит зелье и оживит миссис Норрис. Профессор Дамблдор уверен, что мы с Роном ни в чем не виноваты, вот только Филч все равно нас подозревает.
- Это он от расстройства, - предположил Саша. – Кстати, почему вы там оказались? Вы же должны были быть на юбилее у сэр-пэра.
- Рон захотел есть, - пояснила Гермиона, смерив рыжего гневным взглядом.
- Там вся еда была протухшая! – пожаловался Уизли. – А повторить опыт Малфоя я не хочу.
- Да, Ронни, после всех этих происшествий ты думаешь только о еде! – Саша воздел руки к потолку. – Хоть что-то заставит тебя отвлечься от жратвы?
Рон выдавил извиняющуюся улыбку и пожал плечами.
- Все, всем спать, - скомандовала Гермиона, и Александр впервые безоговорочно с ней согласился. Тем более, что голову опять сковали тугие кольца мигрени, и парню хотелось поскорее забыться сном.
Комментарий к Часть II. Глава 9. Первые жертвы.
(1) - Автор имеет ввиду старинную бретонскую застольную песню “Ev Chistr ’ta Laou!”
С наступающим, мои самые замечательные читатели.
========== Часть II. Глава 10. Заседание начинается. ==========
Вся школа гудела о происшествии в Хэллоуинский вечер еще несколько дней. Филч только подливал масла в огонь интриги, категорически не желая отходить от места, где прокляли его кошку. У студентов сложилось впечатление, будто завхоз хочет поймать виновного и учинить над ним самосуд. Услышав такую версию, Саша поежился, вспоминая о комнате с пыточными инструментами, которую Филч держал в полной боевой готовности. Надпись со стены стереть так и не получилось, хоть школьный смотритель и привлек к этому делу своих верных подопытных крысок: Рона и Гермиону. Эта парочка все еще была наказана, и им пришлось елозить по стене тряпками под бдительными взглядами завхоза. Кроме того, Филч подозревал в злодеянии Рона, якобы рыжий мстил за частые наказания братьев-близнецов.
- А вообще, они странные какие-то в последнее время. Оба, - сказал Саша Невиллу, когда ребята сидели у камина в гостиной спустя неделю после происшествия. Александр вернулся от Снейпа, и теперь потирал бок, на котором, похоже, прибавилось синяков.
- Гарри, ты думаешь, это действительно они напали на кошку? – робко спросила Джинни, сидевшая у Саши под боком.
- Не отвлекайся от булавок, - попросил парень. Он любезно согласился помогать девочке с уроками, и теперь младшая Уизли пыталась превращать спички в булавки.
- Я думаю, они снова ведут какие-то свои расследования, - предположил Долгопупс. – Просто нам не говорят. Вспомни прошлый год.
- Это точно, - Александр пожал плечами. - Видимо, веселая парочка в этот раз просто побоялась, что их обложат матюгами, вот и не говорит нам ничего.
- А давайте призовем их к ответу, - предложила рыженькая.
- А давайте без «давайте». Булавки, - напомнил парень, и Джинни угрюмо навела палочку на спичку. Та перекувыркнулась и превратилась в булавочку с зеленой головкой.
- Еще штук двадцать зеленых и переходи к синим, - улыбнулся Александр. – А к ответу мы их призовем. Вот сейчас они вернутся с отработок и попадут к нам в руки.
Саше и Невиллу пришлось прождать полчаса, прежде чем Рон и Гермиона вернулись с отработок. Впрочем, Александр углубился в изучение книги по Защите, а Долгопупс скрашивал ожидание чтением второго тома «Энциклопедии зельевара», так что время пролетело незаметно.
- Нет, ну как такое может быть? – Гермиона ввалилась в гостиную, кипя от негодования.
- Что случилось? – поинтересовался Невилл, и Рон страдальчески возвел глаза к потолку.
- Вся «История Хогвартса» выдана, - гневно выпалила девочка. – Ждать нужно недели две! А я, как назло, оставила свой экземпляр дома. Она не поместилась в чемодан из-за книг Локонса.
- Ну, я могу тебе свою дать, - бросил Саша, не отрываясь от книги по Защите. – Принести?
- Конечно! – возликовала Грейнджер.
Парень закрыл учебник, вложив закладку между ветхими страницами, и побрел в спальню. «История Хогвартса» лежала у Саши в тумбочке, парень так и не смог осилить больше трех страниц – очень уж скучным получалось чтение, кроме того, история никогда не была его коньком. Переложив рисунок Джинни в другую книгу, Саша взял «Историю Хогвартса» и спустился к друзьям в гостиную.
- Держи. Зачем она тебе, не пойму, - парень протянул Гермионе книгу.
- Затем же, зачем и всем. Прочитать легенду о Тайной комнате. В «Истории» она есть, а в других книгах – нет. Я ее не помню. Сейчас, - Гермиона принялась листать страницы в поисках нужного места, - вот, слушайте:
«Долго длилась дружба четверых основателей: Гриффиндор и Слизерин почитали друг друга братьями, жили в согласии, один другого как раскрытую книгу читали. Рэйвенкло же Хельгу любила, как сестренку младшую, советом помогала, никогда не отказывала доброй девушке. И были четверо друзей наставниками в своей школе, в уважении у учеников и у взрослых магов. Так и длилось бы согласие то, покуда Годрик не нашел себе ученика нового. Уж каким смышленым малым он был, уж как быстро знания и умения постигал, а не пришелся Салазару ко двору, поскольку маггловского был рода. Тогда наказал Слизерин прогнать мальца, и впредь не допускать его к знаниям волшебным, ибо в чистокровных родах должны эти умения сохраняться, передаваться от отца к сыну, от матери к дочери. Но воспротивились дамы такому решению, ведь была у Рэйвенкло любимая ученица, до того сметливая, что закрыла Ровена глаза на ее происхождение. А Хаффлпафф уже троих детей маггловского рода приютила в своем доме, и все до того добры были, что разрывалось у Хельги сердце от одной только мысли об их изгнании. Долго спорили основатели, и каждый прав был по-своему, да только Салазар от своего мнения отступаться не хотел. «Не место магглам в мире волшебном! Нет им веры!» - вскричал Слизерин, и взыграла горячая кровь у Годрика в жилах. Так поднял Гриффиндор меч на брата своего названого. Как ни взывала к Салазару Ровена, разума голос, как ни просила Хельга, сердце добрейшее, не послушал он их. Изгнание избрал Слизерин, покинув друзей своих. Да перед тем, как уйти навеки из замка, комнату потаенную создал хитрейший, замкнув ее на такие засовы, чтобы никто кроме крови от крови создателя не открыл их. Рано иль поздно, объявиться был должен Наследник, тот, кто порядок Салазаров восстановил бы. А помогать ему должен был Ужас Великий, что заточен в потаенной темнице хитрейшим».