Страница 5 из 24
Правда, света он, в отличие от тех же вурдалаков, совсем не боялся. Только щурил глаза на солнце, как кот.
А потом я воочию убедилась, как справедливы мои страхи.
Это случилось в том же году, летом.
Малина вымахала густая, высокая. Ее заросли подступали к задней стене Гринберри Манор, и я, ускользнув от мисс Уайт через малую калитку, бродила по краю кустарника. Общипывала ягоды и отправляла их в рот – прямо так, немытыми. Так вкуснее.
Крупная и душистая малина пахла вареньем, которое мама всегда распоряжалась открывать на Мидст [1]. И еще летом и чем-то очень хорошим. А косточки застревали в зубах, как всегда.
Я почти вышла к главной дороге, когда наткнулась на Блудсворда.
– Какая встреча, о моя сладкая Элисон.
Сегодня от него снова разило кровью. А рядом не было совсем никого из взрослых. Никто даже не знал, где я. Когда еще хватятся, когда станут искать в малиннике?
Мне стало очень страшно.
– Здравствуйте, сэр. – Я попятилась, но он подошел ближе. И облизнулся.
– Что вы делаете здесь одна, бесстрашная Элисон? Разве матушка не предупреждала вас, что юным леди опасно прогуливаться по глухим местам в одиночестве? – продолжал он все так же шутливо.
– Предупреждала. Я уже иду домой, – я хотела в доказательство своих слов удрать к калитке, но он поймал меня за руку.
– Я провожу вас, милая Элисон.
– Не надо! Я сама!
– Тс-с-с, скверная девчонка! Не надо спорить со старшими, – в игривом голосе прорезалась сталь.
А потом из-за наших спин раздалось глухое:
– Отпусти девочку.
Блудсворд повернулся, но моей руки не выпустил. Так что и мне пришлось повернуться вместе с ним.
– Ба, какая встреча, – граф все же отпустил мое запястье, чтобы шутливо взмахнуть руками. Тут бы мне и убежать, но я осталась стоять. – Не ожидал встретить вас здесь… святой отец.
Мне показалось, что последние слова он сказал так, словно издевался. Или не верил, что отец Вимано – священник.
– И чем вызван ваш интерес к этому милому ребенку… святой отец?
– Я ее духовник. С благословения ее матери.
Отец Вимано в этот раз не улыбался. Лицо у него было мрачное, даже злое. И стоял он, весь подобравшись, и смотрел на графа, будто прикидывал, куда бить удобнее. В ту минуту патер показался мне очень сильным. Я знала, что священникам нельзя бить или калечить людей, но тогда подумала, что отец Вимано, если будет надобность, сможет и ударить, и искалечить.
И от этого стало спокойно.
Он едва мазнул по мне взглядом и велел:
– Иди отсюда, Элисон.
– Идти… – я растерялась. – А как же вы?
– Иди. Все будет хорошо. Твои родные, наверное, волнуются.
Он все правильно говорил, но я не хотела оставлять отца Вимано наедине с вурдалаком, который не боится солнечного света.
– Может, помощь позвать?
Блудсворд глумливо улыбнулся:
– Помощь?! Помилуйте, моя бедная Элисон! Не начался ли у вас один из тех странных приступов умопомрачения, которые, как я слышал, весьма обычны для вас? Какую помощь вы собрались звать? И для кого?
– Иди, Элисон, – повторил отец Вимано с таким видом, как будто знал, что делает.
Я и ушла.
Больше я его в живых не видела.
– Терранс!
Молчание.
– Терри, выходи. Ну пожалуйста!
Тихий смешок. У стены появился полупрозрачный силуэт:
– Чего тебе, Элли?
– Терри, мне ужасно плохо. Мне надо кого-нибудь обнять и поплакать! Я так больше не могу!
– А я тут при чем?
– Гад! Гад ползучий, – я села на кровать и заплакала.
Призрак опустился рядом:
– Ты же знаешь, я не могу тебя обнять.
Я сердито отвернулась. Обняла подушку, уткнулась в нее, но все равно чувствовала, как Терранс смотрит ласково и насмешливо. Под его взглядом слезы сами высыхают, но я все равно продолжала выдавливать из себя всхлипы. Очень хотелось, чтобы он меня пожалел и утешил.
– По какому поводу плачем, Элли?
– А то ты не знаешь? Ты же всегда рядом.
– Все равно расскажи. Станет легче.
– Все не так. В моей жизни все не так, Терри. Моя мать – истеричка, единственный друг – призрак. Мой брат сбежал с ши накануне слушания дела о наследстве. У меня приступы падучей, галлюцинации и провалы в памяти. И в довершение всего на мне хочет жениться мерзкий зловещий горбун. Этого недостаточно, чтобы плакать?
– Ну, если смотреть на дело с такой стороны…
– А с какой еще, Терранс?
– Можно перебирать свои утраты и становиться беднее. Можно вспоминать, чем владеешь, и становиться богаче. Не ты ли недавно жаловалась, что на тебе никто не хочет жениться?
– Ох, Терри. Лучше бы это оказалось правдой… Ты видел Блудсворда?
– Нет.
– Почему?
Странная улыбка пробежала по призрачным губам:
– Когда он рядом, я не рискую даже подглядывать. Он слишком опасен.
– Почему этого никто не замечает?
– Люди смотрят глазами. У тебя зрячая душа, Элли.
Я отбросила подушку и сердито вытерла слезы:
– Толку от нее. Знать бы, существуешь ли ты на самом деле. Может, Китти права и я чокнутая. А ты – мой воображаемый друг.
– Ты не можешь сомневаться во мне и в то же время просить помощи. Выбери что-то одно.
Я подняла голову. Сейчас Терранс почти не просвечивал.
Странно, но он рос вместе со мной. По чуть-чуть, незаметно, но все же. Я раньше думала, что призраки не растут.
Сейчас его издалека можно принять за подростка. Ростом едва с меня, даже чуть ниже. Скуластый, бледнокожий, с раскосыми зелеными глазами. Темные взъерошенные волосы слегка вьются на концах. Короткий жгут косички, от правого виска перевитый разноцветными шнурками.
Красивый. Очень.
Я всегда любила смотреть на него. Как он двигается с мягкой грацией, как улыбается. Любила его негромкий голос. И его жестокую правдивость.
Если бы он был настоящий…
– Тебя ведь никто не видит, кроме меня, Терри.
– Так надо.
– Толку от тебя, – горько сказала я. – Не обнимешь, не утешишь. Одни поучения.
Призрак покачал головой.
– Принцесса, зачем вы ждете, что я буду делать то, что вы и сами в силах сделать?
– Вот об этом я и говорила! Одни поучения. И давно хотела спросить: почему «принцесса»?
– Потому что до королевы тебе еще расти и расти.
Вот всегда он такой.
– Слушай, Терри. А зачем я Блудсворду? Он мог бы найти жену знатнее, богаче…
– А я откуда знаю, – призрак очень натурально удивился. Так натурально, что я поняла: знает, но не скажет. – И да, я дам тебе кое-что гораздо лучше утешений. Совет.
– Дай совет. Что мне делать? Саймон мог бы меня спасти, но Саймона здесь нет.
Терри покачал головой в удивлении:
– Это же очевидно! Найди его и заставь вернуться.
– Как?! Подойти к ближайшему холму и постучать?
– Общение с сестрами плохо влияет на тебя, Элли. Неужели ты откажешься от путешествия только потому, что не знаешь дороги?
Я вскочила и начала мерить комнату шагами:
– Мне нужен проводник. Так, Терри? Хватит намеков, давай сразу к делу! Кто может знать дорогу на ту сторону холмов? Маг?
– Обычный маг здесь не поможет.
– Я же сказала, хватит игры в загадки. Где взять необычного?
– Я слышал про одного…
Глава 3. Услуга за услугу
– Я нужна вам, Ламберт.
День едва перевалил за половину, а в кабинете сумрачно, как под вечер. Слишком мало света дают крохотные оконца, и слишком пасмурно за стенами – второй день, как небо обложено тучами. Серые, низкие, они давят, не дают дышать. В камине потрескивают дрова, отблески огня ложатся рваным красно-желтым кружевом.
– Вы – полукровка, родившийся без тени. В глазах закона это делает вас человеком.
Ламберт леан Фианнамайл яростно стискивает зубы.
1
Мидст (авт.) – праздник середины зимы, зимнего Излома.