Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 95 из 125

- Правда, вкуснота? - то и дело гордо спрашивал Дарник.

- Да, дорогой, - соглашалась Польгара. - Это великолепная, просто чудесная рыба.

- А я рассказывал тебе, как поймал ее, Польгара?

- Да, дорогой, но если хочешь, можешь рассказать еще раз.

Когда они уже заканчивали трапезу, их навестил всклокоченный и хмурый капитан с потрепанной картой в руках.

- Снова они, мой господин.

- Кто - "они"?

- Маллорейцы. К побережью Хтаки идет еще одна эскадра.

Ургит побледнел, и у него затряслись руки.

- А вы уверены, что это не вчерашние наши преследователи? - спросил Гарион, стремительно вскакивая на ноги.

- Никак невозможно, мой господин. Это совсем другие корабли.

Шелк, прищурившись, оглядел капитана и неожиданно спросил:

- Вы когда-нибудь бывали в деле, милейший? Капитан исподлобья бросил испуганный и виноватый взгляд на короля и пробормотал:

- Не пойму, о чем это вы толкуете.

- Сейчас не время для ложной стыдливости, капитан, - продолжал Шелк. - За нами гонится по пятам целая эскадра маллорейских кораблей. Есть ли поблизости бухты или заливы, где можно укрыться?

- Только не здесь, но вот если мы направимся прямо в Море Горанда, то справа по борту как раз будет подходящее местечко. Его хорошо скрывают прибрежные рифы. Замаскируем мачты и борта ветками и кустами и, полагаю, сможем отсидеться там незамеченными.

- Тогда действуйте, капитан, - коротко сказал Бельгарат. - А что у нас с погодой?

- Ничего утешительного. С юга идет грозовой фронт. Полагаю, еще до полудня разразится приличный шторм.

- Хорошо.

- Чего ж тут хорошего?

- Мы не одни в здешних водах, - напомнил капитану Бельгарат. - Во время шторма у маллорейцев достаточно забот кроме того, чтобы, сидя верхом на мачтах, разыскивать нас. Идите и отдайте приказания, капитан. Поскорее поворачивайте судно.

- А как ты догадался, что капитан знает о потайной заводи? - спросил Шелка Ургит сразу, как только за капитаном закрылась дверь.

Драсниец поднял брови.

- Вот те на. Послушай, ты ведь облагаешь налогом товары, которые перевозят с места на место?

- Разумеется, ведь это одна из статей государственного дохода.

- Ну а предприимчивый человек, к тому же владелец судна, вполне может запамятовать, что надобно зарегистрировать свой груз, или подыщет укромное местечко, чтобы припрятать товары, покуда на них не найдется покупатель.

- Но это же контрабанда!

- И что с того? Да, некоторые называют это именно так. Впрочем, лично я полагаю, что все капитаны мира хотя бы раз в жизни занимались подобными делишками.

- Только не мурги! - настаивал Ургит.

- А как иначе ты объяснишь тот факт, что твой капитан знает великолепное укрытие менее чем в пяти лигах от места, где мы сейчас находимся, а возможно, и еще добрую сотню подобных мест?

- Ты продажный человечишка и вообще омерзительный тип, Хелдар!

- Знаю. Но учти, контрабанда - дело весьма и весьма прибыльное. Предлагаю тебе поразмыслить хорошенько, не заняться ли этим самому.

- Но, Хелдар, ведь я король! Последовав твоему совету, стану красть сам у себя!

- Поверь мне, - не унимался Шелк. - Все это довольно непросто, но я могу растолковать тебе даже на пальцах, как поиметь на этом деле приличные барыши.

Корабль качнуло, и все выглянули в окошки - судно резко меняло курс. Далеко за кормой маячило шесть красных парусов - издалека они казались крошечными.

- Есть ли гролимы на борту этих кораблей, Польгара? - спросил у дочери Бельгарат.

Голубые глаза Польгары на мгновение сделались почти совсем прозрачными, а рука коснулась брови.

- Нет, отец. Там только простые маллорейцы.

- Хорошо. Тогда нам не составит труда от них укрыться.

- К тому же они вот-вот попадут в тот самый шторм, который напророчил наш капитан, - прибавил Дарник.

- А вдруг это заставит их поторопиться? - нервно спросил Ургит.

- Да нет, не похоже, - ответил кузнец. - Скорее всего им придется развернуться против ветра - только так можно выдержать сильный шторм.

- А не придется ли нам сделать то же самое?

- Маллорейцев раз в шесть больше, чем нас, - напомнил Шелк брату. - Нам волей-неволей придется попытать счастья.

Вода на горизонте стремительно чернела - красные паруса маллорейцев ярко выделялись на этой черноте. Шторм неумолимо приближался. Море заволновалось, и мургский корабль нещадно бросало из стороны в сторону. Снасти страдальчески стонали и поскрипывали, а откуда-то сверху доносилось пение парусов. Гарион какое-то время прислушивался к этому звуку, прежде чем его значение начало мало-помалу доходить до него. Но всерьез Гарион насторожился, услышав странное потрескивание, доносящееся откуда-то из самого чрева корабля.

- Ах, какой идиот! - воскликнул Гарион, вскакивая на ноги и хватая плащ.

- Что стряслось? - спросил встревоженный Сади.

- Он идет на всех парусах! Если грот-мачта не переломится, мы потонем!

Гарион стремглав выскочил из кают-компании и взлетел по лестнице.

- Капитан! - заорал он, оскальзываясь на мокрой палубе, по которой вовсю гуляли волны. Чтобы не упасть, он ухватился за натянутый канат, и вовремя: огромная волна как раз в этот момент чуть было не свалила его с ног, окатив до коленей. - Капитан! - снова закричал он, не выпуская каната и передвигаясь по нему в направлении рулевой рубки.

- Что, мой господин? - закричал капитан в ответ. Он был явно изумлен.

- Спустите парус! Грот-мачту вот-вот вырвет с корнем!

Капитан задрал голову.

- Решительно невозможно, мой господин. Матросы не смогут свернуть парус в такой шторм.

Гарион, заслоняя глаза ладонью, взглянул на надутый ветром парус.

- Тогда придется вам рубить канаты.

- Рубить канаты? Но, мой господин, парус совсем новый.

- Выбирайте: корабль или парус! Если ветром вырвет мачту, судно просто-напросто разорвет пополам, а если мачта устоит, мы потонем. А теперь уберите проклятый парус, или я сделаю это сам!

Капитан молча уставился на него.

- Поверьте мне, - продолжал Гарион, - если я сам возьмусь за дело, то смету с палубы все подчистую - и мачты, и снасти, и паруса!

И капитан немедленно отдал приказ рубить канаты. Как только гигантский парус взмыл в небо, подобно огромному воздушному змею, и скрылся из глаз, страшный треск прекратился, и судно тотчас же сбавило ход - ведь теперь на мачте оставался лишь малый парус.