Страница 83 из 125
Похожий на мертвеца Агахак прибыл в крытых носилках, которые несли не менее десятка гролимов. Подле повелителя с высоко поднятой готовой выступала жрица со страшными шрамами на щеках. Глаза Хабат припухли от слез, а лицо стало мертвенно-бледным. Но пламенный взор ее, брошенный на Сади, горел все той же жгучей ненавистью.
Позади носилок Агахака медленно двигалась фигура в черном с опущенным на лицо капюшоном, но шел этот человек не так, как гролимы с негнущимися в коленках ногами, из чего Гарион заключил, что это и есть таинственный Кабах. Гарион с любопытством глядел на него, но, как ни силился, не мог разглядеть его лица.
Когда носилки поравнялись с причалом, Агахак дал знак своим людям остановиться.
- Ваше величество, - приветствовал он Ургита гулким голосом, когда носилки коснулись земли.
- Приветствую вас, великий иерарх.
- Я получил ваше послание. А что, ситуация на юге и впрямь столь серьезна, как можно заключить из письма?
- Боюсь, что да, Агахак. Поэтому я сам решил воспользоваться этим кораблем, чтобы отправиться в Рэк-Хтаку и лично принять командование. - Вы, ваше величество? - Агахак оторопел. - Но мудро ли это?
- Возможно, и нет, но я уверен, что напакостить мне больше, чем это уже сделали мои доблестные генералы, никому не удастся. Я отдал приказ, чтобы подкрепление прибыло в город по морю.
- По морю? Смелая новация, ваше величество. Удивительно, как это ваши генералы согласились на такое.
- А я и не спрашивал их согласия. Я понял наконец, что их долг - помогать мне советами, но это не дает им права приказывать мне и тем паче помыкать мною!
Агахак задумчиво поглядел на короля.
- Вы открылись мне с совершенно новой стороны, ваше величество. - Иерарх выбрался из носилок и ступил на камни.
- Я решил, что настало время перемен. Именно в это мгновение Гарион услышал знакомый предупреждающий звон в ушах и почувствовал легкое, но ощутимое давление на голову, источник которого, казалось, находился прямо над его макушкой. Он быстро взглянул на Польгару, и она кивнула. Не похоже было, что сила эта исходит от иерарха, который, казалось, совершенно поглощен беседой с Ургитом. Хабат стояла в сторонке, и ее пылающие глаза сверлили Сади, но не было никаких признаков того, что она концентрирует волю. Сигнал, слабый, но настойчивый, шел откуда-то еще.
- Мы достигнем Рэк-Хтаки дней за пять-шесть, - говорил Ургит иерарху, облаченному в свое обычное кроваво-красное одеяние. - Как только мы причалим, Усса со своими людьми и нашим дагашем направятся прямиком в Рэк-Хаггу. Им придется взять немного южнее, чтобы не налететь на передовые части маллорейцев, но они не потеряют много времени.
- Вам следует быть очень осторожным в Рэк-Хтаке, ваше величество, предостерег короля Агахак. - Вы несете на своих плечах не только бремя власти от вас зависят судьбы мира!
- Меня не слишком беспокоят судьбы мира, Агахак. У того, кто всю жизнь заботился лишь о том, чтобы дожить до утра, не хватало времени размышлять о том, что произойдет через год. Где Кабах?
Человек в черном капюшоне выступил вперед за носилок.
- Я здесь, ваше величество, - произнес он глубоким звучным голосом.
Что-то знакомое почудилось в этом голосе Гариону, и по спине его пробежали мурашки.
- Хорошо, - сказал Ургит. - Ты уже дал ему последние наставления, Агахак?
- Он знает все то, что должен знать, - ответил иерарх.
- Тогда вопрос исчерпан. - Ургит огляделся. - Хорошо, а теперь - все на борт!
- Возможно, придется слегка повременить, ваше величество, - сказал вдруг дагаш и откинул с лица черный капюшон.
Гарион с трудом совладал с изумлением. Хотя черной бороды уже не было и в помине, но не оставалось ни малейших сомнений в том, кто на самом деле этот человек. Это был Харакан.
- Ваше величество должны узнать еще кое-что прежде, чем взойти на борт корабля. - Харакан, казалось, намеренно говорил так, чтобы его расслышали все присутствующие. - Известно ли вам, что этот вот человек с мечом - не кто иной, как сам Бельгарион из Ривы?
Глаза Ургита широко раскрылись, ропот пробежал по рядам облаченных в черное жрецов, зашептались солдаты, стоящие на скользких камнях причала. Но король мургов быстро овладел собой.
- Весьма любопытное предположение, Кабах, - осторожно заговорил он. Интересно узнать, откуда у тебя такая уверенность в этом?
- Полнейшая чушь, - пролепетал Сади. Глубоко запавшие глаза Агахака впились в лицо Гариона.
- Я сам видел Бельгариона, - гулко и медленно проговорил он. - Тогда он был много моложе, но сходство есть.
- Разумеется, - быстро согласился Сади, - но это всего-навсего сходство, не более. Этот молодой человек с малолетства у меня на службе. Да, я признаю, тип лица у них примерно один и тот же, но могу клятвенно заверить вас, что этот человек совершенно определенно не Бельгарион.
Шелк стоял пряма за спиной Ургита, и его губы непрерывно двигались - он что-то почти бесшумно шептал на ухо своему вновь обретенному брату. Король мургов был достаточно изощренным политиком, чтобы уметь скрывать свои чувства, но глаза его беспокойно перебегали с одного участника разыгрывающейся драмы на другого. Наконец, он откашлялся.
- Вы все еще не объяснили мне, Кабах, что заставляет вас полагать, будто этот человек - Бельгарион.
- Я был в Тол-Хонете несколько лет тому назад, - ответил Харакан. - В то же самое время там был и Бельгарион - думаю, приезжал на похороны. Кто-то и указал мне на него.
- Полагаю, доблестный дагаш ошибается, - сказал Сади. - Ведь тогда он всего лишь мельком видел Бельгариона, к тому же издали. Это едва ли можно счесть убедительным доказательством его правоты. Повторяю вам, это не Бельгарион.
- Он лжет, - бесстрастно сказал Харакан. - Я истинный дагаш по крови. А мы отличаемся наблюдательностью.
- Но я тоже наблюдателен. - Ургит сузил глаза и внимательно поглядел на Харакана. - Невзирая ни на что, дагаши - тоже мурги, а каждый мург по обычаю делает на лице разрезы, принося свою кровь в жертву Тораку. - Король указал на два едва заметных тонких белых шрама на своих щеках. - Поглядите на этого дагаша, - продолжал король. - Я не вижу никаких отметин на его лице. А вы?