Страница 49 из 125
- Жестокий способ вести войну, - произнес Шелк.
- Битва, по-моему, окончена, - заметил Гарион, наблюдая, как одетые в черное мурги спускались вниз, добивая по дороге раненых.
- О да, - отвечал Шелк. Голос его дрожал. - Битва окончена, но смерть продолжает разгуливать.
- А может, оставшиеся в живых сумеют пересечь пустыню и спастись?
- У них нет ни малейшего шанса.
- Совершенно верно, - произнес худощавый человек в черном, выступая из-за ближайшей скалы с натянутым луком в руках. - Ну а теперь, когда вы все видели, почему бы вам не возвратиться в лагерь и не присоединиться к остальным?
Глава 10
Шелк поднялся на ноги, стараясь, чтобы противник видел обе его руки одновременно. - Ты передвигаешься бесшумно, приятель, - заметил он.
- Я хорошо натренирован, - ответил человек с луком. - Поторапливайтесь! Друзья вас заждались.
Шелк бросил на Гариона быстрый предупреждающий взгляд. "Лучше покориться, по крайней мере пока мы не сможем оценить ситуацию. - Его пальцы сжались. Уверен, он здесь не один".
Друг за другом они медленно спустились по склону - человек с луком пристально наблюдал за ними, держа оружие наготове. В дальнем конце оврага, где они прошлой ночью разбили лагерь, несколько воинов в черном с луками стерегли остальных. Щеки у всех воинов были в шрамах, а глаза раскосые, как и подобает мургам, и все же в их наружности присутствовали пусть и незначительные, но все же отличия от представителей этого народа. Те мурги, которых Гариону доводилось видеть прежде, были широкоплечие, а в позах их ясно читалось холодное высокомерие. Эти же были куда стройнее, а осанка их, хоть и воинственная, выглядела не столь вызывающе.
- Поверьте, благородный Таджак, - раболепно говорил Сади, обращаясь к худощавому человеку, который, похоже, был тут главным, - все так, как я сказал. Со мною лишь эти двое слуг.
- Мы знаем, сколько вас здесь, работорговец, - хриплым голосом с сильным характерным акцентом ответил худощавый, - мы следим за вами от самой границы Хтол-Мургоса.
- Да мы и не пытались скрываться, - нерешительно возразил Сади. - Мы затаились здесь единственно затем, чтобы не оказаться втянутыми в эти неприятные события там, внизу. - Он помолчал. - Одно мне любопытно: с какой стати доблестные дагаши так заинтересовались горсткой найсанских работорговцев? Несомненно, мы далеко не первые проходим этим путем.
Таджак, казалось, не слышал евнуха - его узкие глаза пристально разглядывали Гариона и его друзей.
- Как твое имя, работорговец? - спросил он наконец у Сади.
- Я Усса из Стисс-Тора, добрый господин, честный работорговец. У меня при себе все бумаги, вот извольте взглянуть.
- А почему среди твоих слуг нет найсанцев? Сади с невинным видом развел руками.
- Война, которая идет на юге, - вот причина. Никого из моих соотечественников сейчас и калачом не заманишь в Хтол-Мургос, - объяснил он. Вот и пришлось мне нанять чужеземцев себе в помощь.
- Возможно, ты и не врешь, - сказал дагаш ровным голосом, в котором отсутствовали какие бы то ни было эмоции. Он внимательно оглядел Сади, оценивая его. - Ты любишь деньги, Усса из Стисс-Тора? - неожиданно спросил он.
Глаза Сади оживленно засверкали, он принялся потирать руки.
- Почему бы нам не потолковать? Только вот чем могу служить? И сколько вы намереваетесь уплатить мне?
- Придется тебе обсудить это с моим господином, - ответил Таджак. - Мне приказано было отыскать отряд работорговцев и сообщить им, что я могу свести их с человеком, который хорошо заплатит за необременительную услугу. Заинтересовало тебя это предложение?
Сади помешкал, исподтишка поглядывая на Бельгарата, словно ожидая от него совета.
- Ну? - нетерпеливо произнес Таджак. - Так тебя это заинтересовало?
- Разумеется, - осторожно ответил Сади. - А кто твой господин, Таджак? Кто этот благодетель, который хочет сделать меня богачом?
- Он откроет тебе свое имя и изложит свою просьбу при встрече - в Кахше.
- В Кахше? - воскликнул Сади. - Но ты не предупредил, что мне придется ехать туда!
- Я многого еще не успел тебе сказать. Итак, ты согласен отправиться с нами в Кахшу?
- Есть ли у меня право выбора?
- Нет.
Сади беспомощно развел руками.
"Где находится Кахша?" - едва заметным движением пальцев спросил Гарион у Шелка.
"Главный город дагашей, их столица. У него дурная репутация".
- Ну, хорошо, - решительно сказал Таджак. - Сворачивайте лагерь и готовьтесь тронуться в путь. До Кахши много часов езды, а полдень - не лучшее время в пустыне.
Солнце было уже высоко, когда отряд выехал из лощины в окружении воинов Таджака, не спускающих глаз с пленников. В песках разбитые наголову маллорейцы тянулись цепочками через бескрайние просторы.
- Не попытаются ли они воспользоваться вашими колодцами, благородный Таджак? - спросил Сади.
- Возможно, и попытаются, да вот только вряд ли им удастся их отыскать. Мы накрываем наши колодцы каменными глыбами, а все камни в пустыне на одно лицо.
Воины-мурги, сгрудившиеся у самой подошвы горюй гряды, наблюдали за позорным отступлением маллорейцев. Приблизившись к ним, Таджак сделал повелительный жест, и они хмуро расступились.
Когда они проезжали сквозь узкую расщелину, ведущую в пустыню, Гариону удалось подъехать к Бельгарату, и теперь они ехали бок о бок.
- Дедушка, - зашептал он, - что нам делать?
- Поживем и увидим, что из всего этого выйдет, - ответил ему старик. Пока же постараемся не выказывать недовольства - по крайней мере некоторое время.
Отряд выехал в раскаленные, словно сковородка, пески, и Сади оглянулся на мургов, стоящих у подножий гор.
- Ваши соседи-мурги прекрасно вышколены, сказал он, обращаясь к Таджаку. Удивительно, что они не остановили нас, чтобы задать нам парочку вопросов.
- Им известно, кто мы такие, - коротко ответил Таджак. - Они знают, что с нами лучше не связываться. - Он кинул взгляд на обливающегося потом евнуха. Лучше было бы тебе держать рот на замке, Усса. Здесь в пустыне солнце выпивает влагу из человеческого тела очень быстро, а раскрытый рот лишь облегчает ему эту задачу. Вполне можно доболтаться до смерти.