Страница 82 из 98
— Не повезло девчонке, — сказала Аня, — Стать калекой… врагу не пожелаешь. Лучше бы Райво ее убил.
Кларк не отрывала взгляда от лица связанной женщины, пытаясь понять, что у нее на уме. Действительно ли она расслабилась и смирилась со своим положением, и теперь просто хочет поговорить, или таким образом пытается притупить ее бдительность?
— Опять твои звериные замашки? — устало спросила Кларк, — Раненные недостойны жизни или еще какое дерьмо?
— Она теперь обуза, — ответила Аня, — Лишний рот, который не сможет себя прокормить.
— Рейвен — наш друг. Мы заботимся о друзьях. Неужели это так чуждо для тебя? — с отвращением произнесла Кларк.
— Не важно, кто она для вас, — покачав головой, сказала Аня, не обращая внимания на тон девушки, — Скоро она осознает свою беспомощность и станет сама себе противна.
— Или приспособится, — возразила Кларк, — и переживет нас всех.
— Ты правда веришь, что эта девочка переживет тебя? — приподняв бровь, с сомнением спросила Аня.
Кларк опустила взгляд и задумалась.
— Нет, — честно ответила она, — Я так не думаю… Но не важно, что я думаю. Она живой человек, одна из нас.
— Прекрасный, живой, бесполезный человек, — разгибая пальцы один за другим, перечисляла Аня, — И много вас тут таких? Кажется, я насчитала пять.
— Ты очень внимательная, — сказала Кларк без утайки, решив, что женщина почувствует ее ложь.
— И теперь одна не может ходить. Итого четыре блеющих овечки против шестерых волков. Все еще думаешь, что мы сможем договориться?
— Мы разные. Ты видишь мир иначе, чем я, — начала Кларк, смягчив тон, — делаешь то, что я считаю неприемлемым, а я делаю то, что ты считаешь глупым. Но, в конце концов, и тебе и мне нужно одно и то же. Это отличает нас от них, — она кивнула в сторону окна, — И это уже что-то.
— Ты очень наивна, если считаешь, что из этого что-то выйдет. Даже если бы мне этого хотелось, Тристан и остальные убьют вас за Райво. И никто, в том числе я, не сможет этого изменить.
— И ты смиришься с таким положением дел? — положив руки на колени и сложив ладони в замок, спросила ее Кларк, — Собираешься прожить год, пять, десять лет, ведя себя, как волк, и живя одним грабежом?
— Хватит петь мне эту песенку, — Аня поморщилась и отвернулась, — Мы почти не отличаемся, — она снова посмотрела на Кларк, — Просто я убиваю сегодня, а ты начнешь убивать завтра.
— Ты не настолько одичала, Аня, как бы тебе этого не хотелось, — слегка улыбнувшись, уверенно произнесла Кларк, — Ты вправила мне палец, пока я была в отключке. Не дала мне умереть, когда мы были в западне, хотя сама при этом подставилась. А теперь ты споришь со мной, пытаешься показать мне мир твоими глазами. К чему это, если я для тебя просто добыча?
— Чтобы… — она поджала губы и хмыкнула, так и не закончив.
— Так или иначе, — продолжила Кларк, — придется тебе пока привыкнуть к моей компании. Пока жизнь Рейвен висит на волоске, у нас не будет времени возиться с тобой. Отвезем тебя обратно завтра или послезавтра. Захочешь в туалет или поесть — просто скажи.
— К чему все это? — разведя руками, спросила Аня, — Я знаю, где мы находимся. Догадываюсь, во всяком случае. И поэтому я знаю, что вы не отпустите меня отсюда живой, ведь иначе я вернусь сюда со своими людьми, и они перебьют вас одного за другим. Даже во имя твоего дурацкого человеколюбия, ты не станешь так рисковать, Кларк.
Девушка поняла, что Аня впервые назвала ее по имени. Она обдумала то, что сказала женщина, и ответила:
— Что ж… у тебя будет достаточно времени, чтобы передумать.
***
Силы, рано или поздно, заканчиваются у каждого. Эбби потеряла сознание от изнеможения сразу же, как только удостоверилась, что состояние Рейвен стабилизировалось. Джексон и Кларк то и дело менялись, чтобы следить за Аней, позволяя себе лишь по паре часов сна. Финн видел, что они относятся к пленнице со страхом и любопытством, и ведут себя рядом с ней так осторожно, словно она была фокусником, способным ходить сквозь стены.
Прошедший день был одним из самых тяжелых для каждого из них. Для Рейвен он был худшим в жизни, да и для Финна тоже. Его переполняла злоба на тех, кто сделал это с его девушкой. Вдобавок он ненавидел себя за то, что оказался беспомощным в тот момент и тем самым подставил всех. И он то и дело ловил себя на мысли, что происходящее было каким-то… неправильным, словно раньше события полностью зависели только от его действий, а теперь он утратил контроль над ситуацией. Был ли он в силах теперь что-то исправить? По крайней мере, он пытался. Последние сутки он почти все время бдел рядом с Рейвен, пока та спала, восстанавливая силы. Иногда она приходила в себя, здоровалась с Финном, но больше ничего не говорила. Парень и не пытался ее разговорить, сейчас она не стала бы слушать его, да и что он мог ей сказать? Что она спасена и худшее позади? Это была не правда. Ее жизнь рассыпалась кусок за кусом, и Финну нужно было придумать, как сохранить в ней хоть что-то. Почти всю ночь он думал о том, что же ей сказать, когда она полностью придет в себя, и когда утром Рейвен проснулась, он все еще не знал, с чего начать.
Она посмотрела на него с полным безразличием, никак не отреагировав на приветственную улыбку, а затем отодвинула одеяло, чтобы увидеть свою культю. Веки Рейвен словно потяжелели, наполовину опустившись, подбородок задрожал, но она не заплакала, сдержалась, и все никак не могла отвести взгляд, пока Финн не вернул одеяло в прежнее положение. Он попробовал взять девушку за руку, но она вырвала свою ладонь из его хватки и отвернулась. Он сдержался, чтобы не вздохнуть. У нее было полное право на любые эмоции в его отношении, Финн понимал это.
— Пить хочешь? — спросил он.
— Черт, да, — она вытянула руку, чтобы взять стакан, после чего приложилась к нему, пока не осушила его целиком, — Знатная вышла у меня протечка, надо хоть водой заполнить, — Рейвен выдавила из себя улыбку, — Эбби в порядке? Мне показалось, что она в меня всю свою кровь перекачала.
— Она отдыхает, — ответил Финн, — у нее случился обморок, но Кларк сказала, что с ней все будет хорошо. Поваляется недельку-другую и все.
— Ну, — Рейвен цокнула языком, — теперь у нее будет компания.
— Ты сможешь ходить, — наклонившись вперед, сказал ей Финн.
— Неужели?
— Я покатаюсь по округе, найду тебе протез. Тебе не придется торчать тут вечно.
— Сплошные перспективы, — буркнула она, — просто сказка. Боже, мне до сих пор кажется, что она там… вот сейчас я протру глаза, присмотрюсь повнимательнее и…
— Я помогу, — заверил ее Финн.
— Чем же? Вернешь все, как было?
— Помогу пережить это, восстановиться. Можешь на меня положиться.
— Вы только посмотрите на него, какой же молодец, — с презрением произнесла она, покачав головой.
— Рейвен?
— Если бы знала, что ты про меня вспомнишь, только если мне оттяпают ногу, давно бы послала тебя подальше, Коллинз.
— Не говори так, — грустно нахмурившись, попросил ее Финн, — Ты же знаешь, что это неправда.
— Черт, а прикинь, если бы это случилось с Кларк? Ты бы тогда, наверное, даже имя мое бы забыл, пока таскал ее на руках. Ты… что ты тут вообще делаешь? Я, кажется, ясно дала понять, что не хочу иметь с тобой никаких дел.
— Я хочу все исправить, — напрягшись от таких заявлений, ответил Финн.
— Чтобы с собой было проще уживаться?
— Нет же! Ты… — он сделал над собой усилие и сбавил тон, — Я здесь, чтобы помочь тебе. И теперь всегда буду рядом. Все станет, как раньше, поверь мне.
— Ты сам-то в это веришь? — с сомнением произнесла Рейвен.
— Да, — твердо ответил он.
Похоже, эти слова не произвели на нее никакого впечатления. Решимость Финна это не сильно поколебало. Скоро он подкрепит свои слова действиями, станет тем, кто поставит ее на ноги. Тогда она изменит свое отношение, и он будет знать, что хоть что-то смог сделать, как надо. Рейвен довольно долго была для него путеводной звездой, теперь им предстояло поменяться местами. Их связывало так много, что это просто не могло вот так обесцениться.