Страница 16 из 98
— Эээ, ты куда-то улетел, какой еще парень? — растерянно спросил Рэд.
— Он из моей головы, это я, — Мерфи постучал себя пальцем по лбу, — как-то так я себе представлял себя, если бы был врачом.
— И что ж не стал?
— Это не мое. Я не могу стать врачом, потому что я обманщик. И что же делает этот парень?
— Притворяется врачом, — щелкнув пальцами и указав на него говорит Рэд.
— А ты учишься, братец, — довольно замечает Мерфи, — Но дело оказалось не простым. Да и план не идеальным. Что я имел тогда на руках? Первое — знал, как подделать врачебную лицензию, диплом и прочие документы. Даже толкал паре студентов, когда набил руку… не думаю, что даже с ними у них вышло что-то хорошее. Второе — я знал, что без практики нельзя выходить на сцену. Всегда нужно выбирать место, где твоя помощь в экстренных случаях почти не понадобится, но всегда, всегда, всегда также нужен расчет на то, что в первый же день тебе принесут десятилетнего мальчика с отрытым переломом, а штатного хирурга не будет на месте. То есть, хреновый ты фальшивый врач, если сразу кого-то убил.
— Мне аж не по себе стало, — хмыкнул Рэд, — это ж сколько моих врачей могли оказаться пронырами вроде тебя.
— Уверяю, ни один мошенник не выберет быть урологом, друг мой, — позволил себе пошутить Мерфи. Все-таки за дни, проведенные в одной камере, его товарищ по несчастью заметно смягчился по отношению к нему и теперь направлял весь свой гнев на полицейских и шерифа, — И третье — тебя проверят на наркотики… и тут у меня вышел Тусон, — он развел руками, — Так что пришлось лечь в клинику. Заодно там можно было получить базовые навыки и натаскать себя, а потом выйти чистеньким. Конечно, тест покажет, что я принимал, но, — Мерфи поднял руки вверх, — «сэр, это было в молодости, с тех пор я работал, не покладая рук». Это скажет парень, у которого накинуты лишние десять лет в паспорте. Черт, если подумать, я по пальцам одной руки смогу пересчитать, когда совмещал полезное с очень полезным. Пока был торчком, мои планы упростились до «притворись пьяным и стащи что-нибудь». А потом парень в моей голове зашел в бар, так-то!
— Привык я слушать твои истории под хавчик, — удрученно сказал Рэд и посмотрел на небольшое окно под самым потолком камеры, — никогда так хорошо не ел, как тут, если честно. Но что-то завтрак наш задерживается. Похоже, эта узкоглазая сука Шамуэй решил поморить нас голодом, садист ебаный. Первым делом, как выйду, найду его дом и втащу ломом прямо по его желтому личику.
— Что-то и правда тихо стало, — пропустив мимо ушей кровавые фантазии Рэда, сказал Мерфи, — У этих парней обычно все по расписанию. Сидеть взаперти вообще не сахар, но без еды самое время поднимать бунт, — он печальным взглядом посмотрел на лица воображаемых сокамерников, — да только не с кем.
Через час, когда в животе у обоих начало громко урчать, дверь в подвал распахнулась и в нее вошел шериф. Под плечо он поддерживал очень худого паренька, по виду на несколько лет младше самого Мерфи. Оба были очень грязными, у обоих на одежде были пятна крови. За ними, позвенивая связкой ключей, спустился вниз запыхавшийся офицер Маккуори.
— Может, все-таки в больницу, шериф? — спросил он.
— Открывай! — прорычал Шамуэй и, стоило решетке открыться, громко крикнул, — К стене, оба! Живо!
Рэд сжал кулаки и сделал шаг вперед, но Мерфи, заметив, что шериф явно не в себе и его заметно трясет, остановил сокамерника и потянул за собой назад. Шамуэй и Маккуори усадили парня на скамью и быстро вышли, заперев камеру.
— Постойте, шериф! — крикнул им вдогонку Мерфи, — объясните, что произошло? У парня кровь идет, ему надо…
Он не успел договорить — полицейские уже дошли до лестницы и захлопнули за собой дверь. Джон посмотрел на парня, который почти не шевелился и, сгорбившись, тупо уставился на пол. Нога у него была перевязана, но из-под повязки виднелось набухшее красное пятно, с которого кровь иногда капала на пол. В полупустом подвале звук этот назойливо бил по ушам раз за разом.
— Эй, братец, — обратился Мерфи к их новому соседу, — это шериф тебя так? — он несколько раз ударил его ладонью по щеке, пытаясь привести в себя, — Нам с напарником нужно знать, что там происходит. Давай же, не молчи!
— Я пинал его, а он меня укусил, — как-то по-детски обиженно буркнул парень.
— Чего? — не понял Мерфи, — Шамуэй тебя укусил?
— Нет, не Шамуэй, — произнес парень и обхватил себя руками, — это был мертвец.
***
Даже когда в особняке Джахи поселилась семья Гриффин, в некоторых его уголках чувствовалось гнетущее запустение, настолько он был большим. Телониусу, правда, за его стенами находиться было гораздо спокойнее, чем в том же зале городского совета. Теперь, когда каждый случайный прохожий мог превратить тебя в свой обед, лучше было жить и работать бок о бок со знакомыми людьми и не упускать их лишний раз из виду. Особенно это касалось, конечно же, его сына. Уэллс и Кларк, к его удивлению, после подробного рассказа о причинах и последствиях творящегося вокруг безумия, отнеслись ко всему адекватно и стали планировать подготовку предметов первой необходимости на случай долгой изоляции. Это в очередной раз напомнило Джахе, насколько все-таки его сын уже взрослый. Его лишь печалило, что после всех потрясений, что сейчас переживала эта страна, Уэллс мог не получить того светлого будущего, что он для него готовил.
— Кажется, мы опоздали, — произнес Кейн.
Они с Телониусом сидели сейчас в комнате, отведенной под кабинет, по разные стороны широкого стола, на котором раскинулась карта Нью-Джерси. Джаха согласно кивнул, не отрывая взгляда от карты. Действительно, они слишком долго искали все нужные факты и доказательства, слишком долго составляли план действий и дотянули до того, что эпидемия успела добраться до их штата, до их города, а они до сих пор ничего не предприняли. Джаха успокаивал себя лишь тем, что не ожидал такой скорости распространения болезни и думал, что у него будет больше времени.
— Все равно нужно сделать это, — уверенно сказал он, — если мы сможем помочь заранее хоть кому-то — это уже будет успех.
— А помещение Бриджтона на карантин? — спросил Маркус, в его голосе сквозило отчаяние, — Есть ли теперь смысл, когда у Эбби поступают по два укушенных каждый час?
Эбби Гриффин не стала отсиживаться в сенаторском доме, все-таки долг врача возобладал над прочей ответственностью, и, вскоре после переезда, она уехала на своей машине в больницу. Лишь раз вернувшись, чтобы немного поспать, она сообщила о масштабах заражения. К счастью, на улице ей пока не довелось увидеть свободно гуляющих инфицированных.
Джейк Гриффин тоже не собирался сидеть сложа руки и хотел предупредить хотя бы своих рабочих, но на месте ремонта труб нашел лишь взбешенного Патрика Симмонса, который рассказал Джейку о том, что случилось. Как оказалось, после случая с Сантьяго, его друг Марко своим рассказом так перепугал остальную бригаду, что те отказались работать рядом с этим местом. Люди эти были довольно суеверны и решили, что сбылось какое-то религиозное пророчество о воскрешении мертвых, поэтому тревожить места, где те, по их мнению, теперь обитали, было страшным кощунством. Собственно, рассказал об этом единственный неверующий из бригады, который пришел на работу по расписанию, но одному что-то делать было без толку, поэтому Симмонс, велев передать, что все его товарищи уволены без выходного пособия, отправил беднягу домой. Джейк потом рассказывал Телониусу и Маркусу, что в выражениях тот не стеснялся, как никогда раньше. Когда же Джейк объяснил Симмонсу ситуацию, тот не поверил и сказал, что решит все проблемы с профсоюзом, как только телефонная связь восстановится. Прораб Джейку никогда не нравился, поэтому он не стал утруждаться и пробовать переубедить его.
— Мы организуем людей и будем искать всех инфицированных, изолируем их в больнице. Перекроем въезды в город, и тогда ситуация в скором времени стабилизируется. Займемся этим сразу же, как только запустим в эфир наши инструкции.