Страница 96 из 124
"Сделай же что-нибудь!"
"Еще не время. Следует дождаться момента выбора. Если я предприму что-либо прежде, у Зандрамас будет время мне воспротивиться!"
- Снаружи творится неладное, - взволнованно произнес Дарник. - В туннеле виден какой-то свет. Он все ближе и ближе.
Гарион быстро оглянулся. Свет был смутен и неярок, но уже сейчас не оставалось сомнений, что он не походит ни на что, виденное им прежде.
- Час выбора пробил, Цирадис! - В голосе Зандрамас звенела злоба. Выбирай!
- Я не могу! - простонала пророчица, поворачиваясь лицом к неведомому свету. - Нет еще! Я еще не готова! - Она заметалась, заламывая руки. - Я не готова! Я не могу выбирать! Пришлите кого-нибудь другого!
- Выбирай! - безжалостно повторила Зандрамас.
- Только бы мне их увидеть! - рыдала Цирадис. - Только бы увидеть! И тут вмешалась Польгара.
- Это легко устроить, Цирадис. - Голос волшебницы звучал безмятежно. Видения застят тебе зрение - вот и все. - Протянув руку, она осторожно сняла повязку с глаз пророчицы. - Смотри теперь глазами человеческими и делай свой выбор.
- Но это запрещено! - взвизгнула Зандрамас, почуяв, что последняя надежда рухнула.
- Нет, - возразила Польгара, - будь это запрещено, я просто не смогла бы снять с ее глаз повязку.
Цирадис же отшатнулась - как ни был слаб и призрачен свет в гроте, но он потряс прорицательницу.
- Не могу! - кричала она, прижимая ладони к глазам. - Я не могу!
Глаза Зандрамас вспыхнули.
- Я торжествую! - воскликнула она ликующе. - Выбор должен быть сделан, однако теперь право выбора переходит к другому. Цирадис лишена этого права, ибо решение не выбирать тоже суть выбор!
- Это правда? - быстро спросил Гарион у Бельдина.
- Существуют две точки зрения на сей вопрос...
- Да или нет, Бельдин!
- Я не знаю. Я, право, не знаю, Гарион.
И тут туннель озарился светом, что был ярче солнца. Сияние все усиливалось, высветив даже глубокие щели между камнями.
- Миг настал, - произнес так хорошо знакомый Гариону голос, доносящийся теперь из уст Эрионда. - Миг выбора настал. Выбирай, Цирадис, иначе все погибло.
Цирадис покачнулась. Глаза ее нерешительно перебегали с одного лица на другое. И вот она вновь заломила руки.
- Она не может! - воскликнул император Маллореи, бросаясь к ней.
- Она должна! - Гарион схватил друга за руку - Если она не сделает этого, все пропало!
И вновь глаза Зандрамас зловеще вспыхнули.
- Хватит с нее! - раздался ее торжествующий крик. - Ты сделала выбор, Цирадис! Ничего уже нельзя изменить! И теперь я сделаю выбор за тебя и вознесена буду превыше всех, когда вновь явится Владыка Тьмы!
Это и была последняя ошибка Зандрамас, ее роковая ошибка. Цирадис выпрямилась, и пылающие глаза ее устремились прямо на огненное лицо колдуньи
- Ты ошибаешься, Зандрамас, - прозвучал ледяной голос келльской пророчицы. - То, что произошло, - лишь минутная слабость, а вовсе не выбор! У меня есть еще время!
Она запрокинула свое прекрасное лицо и закрыла глаза. Под сводами грота мощно, словно аккорд органа, зазвучал хор келльских прорицательниц и вдруг оборвался резко, вопросительно...
- Теперь решать буду только я, - сказала Цирадис. - Все ли условия совпали?
Вопрос ее обращен был к двум безликим сущностям, говорящим теперь устами Эрионда и Гэрана.
- Да, совпали, - произнесла одна из них устами Эрионда.
- Да, совпали, - эхом откликнулась другая устами Гэрана.
- Тогда внемлите!
Прорицательница мгновение внимательно смотрела в лица юноши и мальчика. И вот, с криком нечеловеческого отчаяния, упала она на грудь Эрионду.
- Выбираю тебя! - прорыдала она. - Права я или ошибаюсь, но я выбираю тебя!
Внезапно грот резко накренился, но это не было землетрясение, потому что ни единый камушек не отделился от мрачных стен. Гарион отчего-то не сомневался, что накренился сразу весь мир - нет, даже все мироздание. Энергия, выход которой дало решение Цирадис, была непостижима для смертного ума.
Но вот невыносимо яркий свет стал постепенно гаснуть, вслед за ним и свет, исходящий от Сардиона, померк и поблек. В момент выбора черную колдунью резко отбросило назад, и огоньки у нее под кожей замерцали с удесятеренной силой, затем они стремительно закружились, делаясь все ярче и ярче...
- Нет! - взвизгнула Зандрамас. - Нет!
- Может быть, эти огни и есть знак твоего величия, Зандрамас? - прозвучал голос Поледры. - Ты, возможно, еще "воссияешь ярче прочих созвездий небесных". Ты сослужила верную службу Пророчеству Тьмы и заслужила за это награду.
И бабушка Гариона твердой поступью направилась прямо к черной колдунье. Зандрамас резко отпрянула.
- Не касайся меня!
- Я и не собираюсь касаться тебя, Зандрамас, только твоих одежд! Я хочу видеть своими глазами и награду твою, и твое возвышение. - И Поледра одним движением сорвала с колдуньи черный балахон.
Зандрамас даже не сделала попытки прикрыть наготу, ибо под одеждой у нее не было тела. Виден был лишь смутный абрис, легкий туманный контур, внутри которого кружились огоньки, делаясь с каждой секундой все ярче.
Гэран же на своих крепких ножонках кинулся прямо к матери, а Сенедра, рыдая от счастья, заключила его в объятия и крепко прижала к груди.
- Что будет с ним? - спросил Гарион у Эрионда. - Ведь теперь он Дитя Тьмы.
- Нет более Детей Тьмы. Твой сын в безопасности.
Гарион испытал невыразимое облегчение. И все явственнее делалось посетившее его в момент выбора, сделанного Цирадис, ощущение богоприсутствия. Он пристальнее вгляделся в Эрионда, и ощущение это усилилось. Раньше Эрионду было на вид никак не более двадцати, теперь же он казался ровесником Гариона лицо его, прежде невинное, словно у младенца, стало серьезным и мудрым.
- Нам осталось кое-что докончить, Бельгарион, - сказал он.
Сделав знак Закету приблизиться, он осторожно передал маллорейцу все еще рыдающую Цирадис.
- Прошу тебя, заботься о ней.
- Я никогда ее не оставлю, Эрионд, - пообещал Закет и бережно повел плачущую девушку к остальным.
- А теперь, Бельгарион, - продолжал Эрионд, - передай мне Шар, принадлежащий брату моему. Пора завершить начатое.