Страница 84 из 124
- Ты уже не один раз упомянул отца Торака, - Закет озадаченно заморгал, а я и не подозревал, что у богов есть отцы.
- Разумеется, есть, - высокомерно заявила Сенедра. - И это всем известно.
- А вот я не знал.
- Отец богов - Ул, - будничным тоном произнесла она.
- Но разве он не бог улгов?
- Он не просто избран их богом, - сказал Бельгарат. - Горим с присущей ему эксцентричностью силой заставил Ула стать их богом.
- Как можно силой заставить бога что-то сделать?
- Осторожненько, - ответил Бельдин. - Очень, очень осторожно.
- Я встречалась с Улом, - сразила его Сенедра. - И я ему понравилась.
- Знаешь, временами она препротивная! - шеп нул Закет Гариону.
- А, так ты заметил?
- Тебе и не надо "меня любить, - тряхнула маленькая королева медными кудрями. - Пусть хоть все меня возненавидят! Покуда женщину любят боги, с нею все в полном порядке.
И в сердце Гариона затеплилась робкая надежда. Сенедра способна шутить, значит, она не столь уж убеждена в том, что скорая кончина ее неминуема. Но тут же Гарион сильно занервничал и испытал страстное желание как можно скорее отнять у нее кинжал.
- Удалось ли тебе в ходе твоих захватывающих исследований обнаружить вход в пещеру? - спросил Бельгарат у Шелка. - Я отчего-то полагал, что именно для этого ты рыскал в тумане.
- Пещера? - переспросил Шелк. - А, это на северном склоне горы. Перед нею нечто вроде амфитеатра. Вход на самой середине склона. Я обнаружил это в первые же десять минут.
Бельгарат захлопал ресницами.
- Впрочем, это не в полном смысле пещера, - прибавил Шелк. - Может быть, внутри горы и есть пещера, но вход больше напоминает огромную дверь. По обеим сторонам ее колонны, а над притолокой - знакомая харя.
- Торак?
Сердце Гариона упало.
- Собственной персоной.
- Может быть, пора двигаться? - предложил Дарник. - Если Зандрамас уже на острове... - И он развел руками.
- Ну и что с того? - поинтересовался Бельдин. Все дружно уставились на маленького уродливого горбуна.
- Ведь Зандрамас не может войти в пещеру прежде нас, я правильно понял? спросил он у Цирадис.
- Да, Бельдин, - ответила она. - Это запрещено.
- Вот и прекрасно. Тогда мы подождем. Уверен, она вполне насладится предвкушением долгожданной встречи. Додумался кто-нибудь захватить с собой что-нибудь вкусненькое? Я могу стать чайкой, но сырая рыба мне не по вкусу.
Глава 22
Они прождали около часа, покуда Бельдин не решил, что Зандрамас уже доведена до белого каления. Гарион и Закет воспользовались отсрочкой и облачились в латы.
- Теперь надо поглядеть, как там она, - наконец решил горбун.
Со всей возможной осторожностью Бельдин обернулся чайкой и скрылся в тумане. Вскоре он возвратился, злобно хихикая.
- Никогда не слыхивал, чтобы женщина употребляла такие выражения! - сказал он. - Даже тебя, Пол, она заткнула за пояс!
- Что она делает? - спросил Бельгарат.
- Стоит у входа в пещеру - ну, около двери или как там ее - в обществе сорока очаровательных гролимов. Именно столько их было.
- Сорока? - воскликнул Гарион. Он повернулся к Цирадис. - Но ведь ты говорила, что числом мы должны совпасть!
- Но разве ты не стоишь по крайней мере пятерых, Гарион? - просто спросила она.
- Но...
- Ты сказал "их было сорок"? - Бельгарат внимательно поглядел на брата.
- Видишь ли, наша страдающая звездной оспой подруга пыталась пропихнуть нескольких гролимов в эту самую дверь, а вход что-то упорно загораживало. Уж не знаю, что тому виной: эта самая преграда или гнев Зандрамас, опыт которой не удался. В общем, на данный момент пятеро уже мертвы, а Зандрамас мечется перед входом, изобретая все новые ругательства. Кстати, у всех гролимов пурпурные подкладки внутри капюшонов.
- Значит, все они колдуны, - бесстрастно произнесла Польгара.
- Колдовство гролимов не такое уж могущественное, - презрительно буркнул Бельдин.
- А ты заметил огоньки у нее под кожей? - спросил Гарион.
- О да! Лицо ее напоминает полный светлячков летний лужок вечером. Я еще кое-что заприметил. Наш альбатрос тоже тут. Мы раскланялись, но поговорить было недосуг.
- Что он тут делает? - подозрительно спросил Шелк.
- Просто парит в небесах. Ты знаешь, какие они, альбатросы. Взмахнут крыльями раз в неделю - и то хорошо. А туман начинает понемногу рассеиваться. Почему бы нам просто не выстроиться на одной из ступеней террасы прямо перед этим амфитеатром и не подождать, покуда ветер разгонит голубую муть? Если из тумана вдруг появятся темные фигуры, это произведет на Зандрамас некоторое впечатление, не так ли?
- Ты видел моего малыша? - трепещущим голоском пролепетала Сенедра.
- Он вовсе уже не малыш, моя девочка. Он крепенький мальчонка с такими же светлыми кудряшками, как у нашего Эрионда. По выражению его мордашки я понял, что он не в восторге от своей компании. Если судить по первому впечатлению, то он, похоже, вырастет таким же буяном, как все в его семействе. Сдается мне, Гарион может спокойно сойти вниз, вручить ему Ривский меч, а нам всем останется сидеть и наблюдать, как он там со всеми разберется.
- Я не намерен позволить ему убивать, прежде чем у него выпадет последний молочный зуб! - твердо заявил Гарион. - А кто-нибудь еще там есть?
- Если супруга в свое время правдиво описала его, то с ними эрцгерцог Отрат. На голове у него дешевенькая корона и облачен он в какое-то поношенное королевское платье.
- Этот - мой! - рыкнул Закет. - Прежде у меня просто не было возможности поговорить по душам с этим изменником!
- Супруга его будет вашей вечной должницей, - хихикнул Бельдин. Возможно, она даже отважится совершить путешествие в Мал-Зэт, чтобы лично засвидетельствовать вам свое почтение, принести благодарность и кое-что еще. Она похотливая бабенка, Закет. Советую тебе как следует отдохнуть.
- Сожалею, но ваш разговор более мне не интересен, - строго оборвала его Цирадис. - Время не ждет. Пора.
- Все, что будет вашей душеньке угодно, моя радость, - ухмыльнулся Бельдин.
Цирадис не выдержала и улыбнулась.
И снова все принялись шутить и бравировать своей храбростью. Неумолимо приближался самый важный час в истории мироздания - и они словно старались позабыть о величайшей его важности.