Страница 49 из 124
- Победим? - фыркнул Гарион. - Конечно, ты многому научился за эту неделю, но ведь нам предстоит сразиться с теми, кто орудует копьем всю жизнь! Так что, думаю, победа нам не грозит.
- Тогда идем на компромисс? - хитренько прищурился Закет.
- Да что у тебя на уме?
- Если мы выйдем победителями в турнире, король не сможет ни в чем нам отказать, правда?
- Обычно так и происходит.
- Тогда, возможно, он с радостью позволит Бельгарату взглянуть на вожделенную карту? Уверен, он прекрасно знает, где она находится, или вынудит Нарадаса показать ее.
- Слова твои не вполне лишены здравого смысла...
- Ты ведь волшебник. Так устрой, чтобы мы выиграли!
- Да ведь это же мошенничество!
- Ты удивительно непоследователен, Гарион. Сперва ты предлагаешь нам свалиться с коней, словно кули с мукой, но ведь и это мошенничество, не так ли? Вот что я тебе скажу, друг мой. Я, император Маллореи, даю тебе свое императорское соизволение: можешь мошенничать сколько влезет. Ну как, теперь ты согласен?
Гарион с минуту поразмышлял и кое о чем вспомнил.
- Помнишь, я рассказывал тебе, как прекратил войну, чтобы дать возможность Мандореллену и Нерине без помех пожениться?
- Ну да. А что?
- Вот как я это сделал. Любое копье рано или поздно ломается. К концу турнира лошади будут разгуливать по колено в щепках. Мое же копье стало прочнее стали. Это великолепно сработало. В тот день ни один из самых доблестных рыцарей во всем Мимбре не усидел в седле.
- А мне казалось, ты говорил, будто обрушил на их головы бурю...
- Это было несколько позднее. Тогда две огромные армии сошлись лицом к лицу на равнине. Даже мимбрийцы не могут сражаться на поле, которое то и дело дырявят кошмарные молнии. Они не настолько глупы.
- Прекрасная военная карьера, мой юный друг, - засмеялся Закет.
- Да, забавный выдался денек, - признался Гарион. - Нечасто удавалось мне в одиночку обратить в бегство сразу две армии. Правда, потом я долго выпутывался из того, что сам нагородил. Когда портишь погоду, никогда не знаешь, каковы окажутся последствия. Бельгарат и Бельдин потом полгода шныряли туда-сюда по свету, усмиряя стихию. Дедушка был невероятно зол, когда вернулся. Среди прозвищ, которыми он щедро меня одаривал, "болван" было самым ласковым.
- Кстати, ты вскользь упоминал о каких-то "заграждениях". Что это за штука?
- В землю в самом центре ристалища вбивают нечто вроде свай, между которыми укрепляют длинные шесты - примерно на высоте лошадиной груди. Противники с противоположных сторон съезжаются как раз к этому шесту. Полагаю, это делается для того, чтобы лошади не налетели друг на друга. Добрые кони нынче в большой цене. Кстати, это мне кое о чем напомнило. На нашей стороне еще одно преимущество - и, надо сказать, немалое. Кони наши крупнее и сильнее здешних.
- Правда твоя - и все же я чувствовал бы себе спокойнее, ежели б ты прибег к хитрости.
- Одно другого не исключает. В честном бою мы с тобой оба нахватали бы столько синяков и ссадин, что потом неделю не смогли бы подняться с постели. Но нам предстоит важное свидание - если, разумеется, удастся дойти до места, где оно назначено.
В преддверии поединка ристалище щедро украсили яркими флагами и вымпелами, а для короля, придворных дам и тех, кто в силу почтенного возраста уже не мог принимать участия в состязании, возвели трибуну. Простолюдины плотным кольцом окружили ристалище - они глазели на двух шутов, развлекавших толпу, покуда рыцари заканчивали последние приготовления. В противоположных концах поля высились яркие полосатые шатры - они предназначались для рыцарей, которым могло понадобиться починить доспехи или вволю пострадать вдали от посторонних глаз: ведь стоны и зубовный скрежет поверженных могли бы испортить всеобщее веселье.
- Я сейчас вернусь, - сказал другу Гарион. - Хочу потолковать с дедушкой.
Он спешился и двинулся к тому краю трибуны, где восседал Бельгарат, облаченный в белоснежное одеяние, нимало не согласующееся с сердитым выражением лица.
- Как ты элегантен! - оценил его наряд Гарион.
- Вероятно, таково у здешних портных представление о шутках, - буркнул Бельгарат.
- Твое высокое чело изобличает почтенный возраст, старина, - довольно дерзко вставил Шелк, сидевший у Бельгарата за спиной. - Они бессознательно попытались придать тебе - если, конечно, это возможно - еще более импозантный вид.
- А тебя это задевает? Что у тебя, Гарион?
- Мы с Закетом решили немножко схитрить. Если мы выйдем победителями на турнире, король осыплет нас милостями - к примеру, даст взглянуть на карту.
- Знаешь, это может сработать.
- А как ты собираешься схитрить во время турнира? - спросил Шелк.
- Н-ну, есть способы...
- А ты уверен, что вы победите?
- Могу это гарантировать.
Шелк стремительно вскочил на ноги.
- Куда ты собрался? - спросил Бельгарат.
- Пойду сделаю ставки. - И маленький человечек поспешил прочь.
- Он верен себе, - отметил Бельгарат.
- И еще кое-что, дедушка. Здесь присутствует Нарадас - он гролим и, вне сомнений, поймет, что к чему. Прошу, дедушка, возьми его на себя. Я вовсе не хочу, чтобы он помешал мне в решительный момент.
- Я придержу его, - уныло сказал Бельгарат. - А ты отправляйся и сделай все, что в твоих силах, но помни об осторожности.
- Хорошо, дедушка.
И Гарион отправился к Закету, который поджидал его около лошадей.
- Мы с тобой - вторые или даже третьи, - сказал ему Гарион. - В соответствии с обычаем первыми состязаются победители предыдущих турниров. Такая позиция сохранит нашу репутацию скромняг - к тому же ты успеешь понять, как правильно приближаться к заграждению. - Он огляделся. - Нам придется перед началом поединка отдать оруженосцам наши копья, а они выдадут нам вон те, с тупыми наконечниками, которые стоят на подставке. Я позабочусь о копьях сразу же, как только они окажутся у нас в руках.
- Ты - хитер, хоть и молод, Гарион. А что поделывает Хелдар? Смотри, мечется в толпе, словно заправский карманник.
- Прослышав про то, что мы задумали, он тотчас же побежал делать ставки.
Закет оглушительно расхохотался.
- Я мог бы догадаться! Я сам дал ему несколько монет, чтобы он поставил на меня.