Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 54 из 103

"Отвлекающий маневр, да, - ответили пальцы Бельгарата. - Но не сражение во дворце. О чем вы думали, идиоты?"

- Ничего лучшего мы придумать не смогли, - вслух ответил Гарион.

- Дайте-ка мне сообразить, - произнес старик. С минуту он ходил по комнате, сжав руки за спиной и сосредоточившись.

"Пошли поговорим с Дарником. Он занимается лошадьми, так что нам потребуется его совет. Постарайтесь не слишком мягко ступать по лестнице, сказал он им языком жестов. - Мне нужно дать вам указания, а размахивать для этого пальцами - слишком долго".

Выйдя из комнаты, Гарион и Шелк пошли, громко шаркая и с грохотом опуская каблуки сапог на мраморные ступени, чтобы заглушить шепот Бельгарата.

- Ну ладно, - едва выдохнул старик, почти не двигая губами. - Раз мы не можем остановить эту драку, пусть она начнется. Однако нам понадобятся лошади, и я хочу, чтобы ты, Гарион, пошел к Закету и попросил распорядиться вывести наших лошадей из общих конюшен. Скажи, мы не хотим, чтобы они заразились чумой.

- Разве лошади болеют чумой? - удивленно прошептал Гарион.

- Кто их знает. Но если этого не знаю я, то можешь быть уверен, Закет тоже не знает. Шелк, а ты обеги всех и скажи, но без шума, что нужно незаметно подготовиться к быстрому отъезду.

- Уедем? - шепнул пораженный Гарион. - А разве ты знаешь, как выбраться из дворца и из города?

- Нет, но я знаю того, кому это известно. Иди к Закету с просьбой о лошадях как можно быстрее. У него сейчас так много забот, что он скорее всего не станет возражать.

- Не знаешь ли случайно, Шелк, когда точно начнется твоя заварушка?

- Не знаю, - прошептал Шелк, с шумом переставляя ноги. - Думаю, может начаться в любую минуту.

Бельгарат сокрушенно махнул рукой.

- Тебя снова надо бы отправить в школу, - проворчал он. - Важно, конечно, как ты делаешь дело, но иногда еще важнее, когда ты его делаешь.

- Постараюсь запомнить.

- Будь так добр. А теперь побыстрее, нам нужно быть готовыми к тому моменту, когда начнется незапланированное извержение.

Когда Гариона пригласили войти в большой с красной драпировкой зал, у Закета еще находилось около десятка офицеров и генералов - император держал совет.

- Подождите немного, Гарион, - сказал император. Он выглядел изможденным и осунувшимся. Затем снова обратился к своим генералам: - Задача такова: послать добровольцев в город.

Генералы переглядывались, растерянно топчась, по толстому синему ковру.

- Мне что же, самому кого-то посылать? - раздраженно спросил Закет.

- M-м... прошу прощения, - смущаясь, вмешался Гарион, - а почему вообще нужно посылать кого-то?

- Потому что солдаты сидят в своих казармах сложа руки, а Мал-Зэт горит! в гневе произнес Закет. - Они должны сносить дома, остановить распространение пожара. Иначе мы потеряем весь город. Кто-то должен донести до них этот приказ.

- А вы выставили охрану с наружной стороны стены, окружающей дворец? спросил Гарион. - Тогда почему бы попросту не крикнуть им, взобравшись на стену. Прикажите кому-нибудь из них сходить за начальником и отдайте ему приказ. Скажите, что войска должны приступить к работе. Насколько я знаю, нельзя заразиться чумой на расстоянии нескольких сотен ярдов.

Закет уставился на него, а затем горестно рассмеялся.

- Господи, почему я сам до этого не додумался?

- Вы выросли в городе, - ответил Гарион. - А деревенский человек все, что ему нужно, прокричит соседу через поле, не переходя межу. Иначе пришлось бы слишком много ходить туда-сюда.

- Добро, - отрывисто произнес Закет, - у кого из господ генералов самая сильная глотка?

Краснолицый офицер в просторной накидке с белыми как снег волосами подался вперед.

- Во время парадов меня когда-то слышало все войско, ваше величество, сказал он.

- Хорошо. Посмотрим, на что вы теперь способны. Прикажите кому-нибудь из сообразительных полковников разрушить дома по периметру района, охваченного пожаром. Это предотвратит распространение огня. Скажите, что он будет произведен в генералы, если спасет от разрушения хотя бы половину Мал-Зэта.

- Если раньше не умрет от чумы, - прошептал один из генералов.

- За это солдатам и платят деньги, господа, - за риск. - И, уже обращаясь к Гариону, устало улыбнувшись, сказал: - Толковая мысль, Гарион. Спасибо...

- Вам нужно немного поспать, Закет. Вы выглядите как человек на последнем издыхании.

- О боги, - взмолился Закет, - я бы сейчас отдал половину Каранды за несколько часов сна, если, конечно, у меня еще есть Каранда.

- Тогда идите спать.

- Нет, у меня слишком много дел.

- А на что ваши министры, ваши генералы? Закет только поежился и посмотрел на Гариона.

- Что вы хотели? - спросил он. - Ведь это не просто визит вежливости.

- Да вот, - начал Гарион, стараясь говорить как бы между прочим. - Дарника беспокоят наши лошади. Мы говорили с моей тетушкой, госпожой Польгарой, и она тоже не знает - болеют ли кони чумой. Дарник спрашивает, нельзя ли нам вывести наших животных из главных конюшен и разместить их где-нибудь около восточного флигеля, чтобы можно было за ними наблюдать.

- Лошади? - недоверчиво спросил Закет. - В такое время его беспокоят лошади?

- Нужно знать, что за человек Дарник, - ответил Гарион. - Он очень ответственно относится к своим обязанностям. Воспринимает их как свой высший долг, и я думаю, что это достойно одобрения.

Закет устало засмеялся.

- Легендарные сендарийские добродетели, - сказал он, - долг, честность и практицизм. - Он пожал плечами. - Почему бы и нет? Если это доставит Дарнику радость, он может завести лошадей в коридоры восточного флигеля, если ему угодно.

- О нет, не думаю, что это ему понравится, - ответил Гарион после минутного раздумья. - Вы забыли еще об одной сендарийской добродетели уместности. Лошадям не место в доме. Кроме того, - добавил он, - мраморный пол может повредить их копыта.

Закет снова улыбнулся.

- Вы бесподобны, Гарион. Иногда придаете такое значение пустякам.

- Важное состоит из пустяков, Закет, - поучительным тоном возразил Гарион. Он взглянул на сидящего напротив него изможденного человека, чувствуя сожаление, что вынужден обманывать того, кто ему искренне нравился. - С вами все будет в порядке? - спросил он.