Страница 15 из 17
Короче, чем больше я получаю о них информации, тем больше они мне напоминают прожженных вояк, которые видят угрозу абсолютно во всем. Параллельно я все больше не понимаю, зачем было создавать такую мощную военизированную структуру и как их вообще умудрились уничтожить.
Да еще и это «Сердце», системки от которого я, видимо, и получаю в служебном и профессиональном чате. Это вообще выбивает мои рассуждения из колеи, потому что имея отдельный управляющий искин, который, похоже, не подчиняется Серверу, делает скурфайферов практически отдельным государством.
– И такие служебные сообщения могут посылать все? – задал я самый беспокоящий меня на данный момент вопрос.
– Нет, только офицеры, причем список служебных команд расширяется в зависимости от того, насколько высокий у тебя допуск.
– Получается, что кто-то может мне выслать такой приказ, – задумчиво протянул я, начиная в голове перебирать варианты того, как избежать неудобные для меня приказы.
– Нет, – рассмеялась она. – Офицерами могут быть только скурфы. – Увидев мое не понимание, она пояснила. – Ну, мы так сокращаем зубодробительное название скурфайфер. Так вот, контрактникам доступны только звания рядового и сержантского состава. Хотя мне попадались и среди рядовых скурфы. Ну и опять же, подобные задания можно сбрасывать только тем, кто меньше тебя по званию, плюс надо учитывать старшинство подразделений друг над другом. Да и опять же, тот, кому ты бросаешь задание, может отказаться его выполнять. Да, будут небольшие административные штрафы, ну или могут на пару единичек репутацию подрезать, в общем, там все сложно. Но совсем другое дело прямой приказ, его игнорирование или, не дай бог, прямое нарушение, там санкций просто немеряно, вплоть до того, что пикониты могут понизить тебе основные характеристики. Самое страшное, что я видела, это когда один из контрактников хотел продать информацию, попавшую под секретный допуск. Мгновенная смерть с лишением права на репликацию. В его теле пикониты просто в доли секунд разрушили мозг.
– Подожди, но почему тогда Альфред смог проигнорировать мой приказ?
– Да потому, что у него контракт с более высоким уровнем допуска, вот и получается, что, как офицер, ты можешь ему приказывать, но твоя ошибка была в том, что ты затребовал доклад. И тут вступает уже в действие ограничение по допуску, вот он сбросил с себя приказ и быстренько смылся, пока ты не понял, где ошибся.
– Значит, я могу и тебе приказывать, – прищурился я на нее.
– В теории да, на практике не получится. Я же тебе только что говорила, нужно учитывать очень много факторов, большую часть которых ты не знаешь, а я легко выкручусь.
– Понятно, это прям как наши старшины с молодыми офицерами, всегда найдут способ выкрутиться, чтобы не выполнять приказ, или выполнить, но полностью по-своему. Но вернемся к тому, что ты предлагала поделиться какой-то информацией.
– Для того, чтобы ты понял большую часть информации, для начала придется немного рассказать об истории Альфарима…
Ну, ладно, послушаем, лететь-то нам как минимум пару часов. А вот что мне понравилось, что как только она приняла задание, у меня в углу зрения появилась шкала с кривой ее голоса, имеющая три зоны, с расцветкой как у светофора. И если почти все, что она говорила было в зеленой зоне, то когда она убеждала, что с легкостью выкрутится, диаграмма скакнула в желтую, показывая, что она немного приукрасила. Теперь, главное, следить, чтобы ни одно ее слово не ушло в красную зону. Некислый такой себе служебный детектор правды получается.
Глава шесть: Альфарим, скурфайферы, и что с чем едят.
— … Только учти, большую часть того, что я тебе расскажу, в школах не преподают, поэтому это знают не так много людей.
— Учту, особенно в разговорах с другими. Кстати, а почему «Недотрога»?
— Эээ… Кхм… — она аж сбилась. — Отку… А, ну да, глупый вопрос. Давай лучше не будем об этом, я тогда была совсем другой… Глупой мечтательной девочкой… Прям как Альфред, только в юбке.
— Хорошо, – пожал я плечами. – Так что ты там говорила про историю Альфарима?
— Ну, пожалуй, начну с самого начала. Согласно информации, которую я смогла накопать, Альфарим изначально строился то ли как хранилище всех изобретений человечества, то ли как убежище рода человеческого, я так и не смогла полностью разобраться в этом вопросе, но точно знаю, что этот город строила какая-то другая раса, которая очень сильно опережала нас в развитии. Как в технологическом, так и в ресурсном…
– Это ты про тот неизвестный металл, из которого сделаны все основные опоры?
– Не только, еще и про купол… ну или сферу, внутри которой находится город. Процессы репликации, система миниатюризации, пикониты — все это создано на основе их технологий.
— Так и просится на язык вопрос: что это за раса такая и почему они вообще построили для человечества этот город?
– Не могу ответить, из-за ограничения твоего допуска.
Вот и допуски начали вылезать со своими ограничениями. Но тогда если в данном вопросе вступают в силу ограничения скурфайферов, то, значит, они владели полностью этой информацией и посчитали ее секретной. Эм… и как тут понять, что секретно, а что нет? Лучше, наверное, уточнить у Ксении, что я и сделал.
– А как ты определяешь, что можно сказать, а что нет?
— Когда звучит прямой вопрос, идет системное оповещение о недостаточном допуске того, кто интересуется. А когда я начинаю самостоятельно приближаться к информации, которая попадает под ограничение, в нижнем правом углу появляется значок замочка. Вот тут уже нужно быть осторожным. Но я нашла небольшой выход — установила себе дополнение в виде текстового блокнота, в котором набираю то, что хочу сказать. А там уже Сердце подсвечивает красным то, что нельзя озвучивать.
– Зачем такие сложности? Не проще мысленно проговорить сначала? – удивился я.
– Нет, – покачала головой Ксения. – Сервер, как и Сердце, не имеет доступа к твоим мыслям. Они могут получить и обработать только то, что получено одним из пяти чувств любого носителя пиконитов, ну а дальше меняются данными при необходимости.
– В смысле меняются?
– В прямом… Смотри, управление пиконитами напрямую осуществляет один из двух главных искусственных интеллектов, соответственно, и данные с них уходят в архив того искина, под управлением которого они находятся. Например, у меня пикониты под управлением Сердца, у тебя сейчас под управлением Сервера. Вот и при необходимости Сервер и Сердце обмениваются пакетами данных, которые у них хранятся. Так понятно?
– Да, – я еще и головой кивнул для убедительности. – Только не понял, почему управление моими пиконитами не передано Сердцу.
– Тут все просто, тебе не где было перепрошить пиконитов. Для этого нужно либо специализированное оборудование, либо репликация в одной из капсул скурфов. А ни одно, ни другое сейчас тебе не доступно, – грустно вздохнула Ксения.
– А зачем перепрошивать? Ведь они все равно данными меняются.
– Меняются, но при этом есть файлы, допуск к которым они друг другу не дают. Например, информация о скурфах закрыта для Сервера. Так, ты вообще будешь меня слушать? Или решил постоянно перебивать вопросами?
Буркнув ей в ответ, что я внимательно слушаю, попутно прогонял уже полученную информацию в голове. Как я и подозревал, сохранить какую-то информацию можно, лишь держа ее у себя в голове, и то, при условии, что не нарвешься на какого-то телепата… Хотя, с другой стороны, телепаты – единственный способ передачи информации от одного человека к другому, мимо Сервера… ну или Сердца.
Только не понимаю, как тогда реализовано мысленное управление интерфейсом, но как теорию можно взять, что управление производится так же, как и конечностями. Ведь если нужно, к примеру, поднять руку, мозг просто подает определенный сигнал по нервным окончаниям. С интерфейсом, возможно, реализовано что-то похожее. Так, нужно действительно послушать Ксению, может, что-то еще выплывет по этому Сердцу.