Страница 21 из 62
- Еще раз. - Холодно бросила Алила.
С третьего раза Дэну всё-таки удалось запихнуть свой комок в сферу. И он удовлетворенно откинулся на спинку кресла.
– Хорошо. - Сказал Лиантр. – В эту сферу поместиться около сотни таких шариков. Думаю, тебе дня на три ее хватит. Когда она начнет звенеть от переизбытка силы, ты почувствуешь. И тогда я тебе заменю ее на пустую. Нам как раз понадобиться много сфер на восстановление башни. Есть еще одно упражнение. И полезное, и нужное.
Лиантр сконцентрировал на раскрытой ладонишарик голубоватого огонька-светлячка и поднял его на струйке силы к потолку. Нить, держащая и питающая светлячка, сместилась к плечу и там застыла.
- Это поможет тебе привыкнуть на подсознательном уровне держать простые приемы долгое время и не отвлекаться на них. Попробуй сам. Возьми в себе самую слабую часть силы, пропитай ею небольшой шарик воздуха. Заставь его гореть от переизбытка силы, а потом толкни на нити силы вверх и постарайся там удерживать, даже не смотря на него. Просто чувствуй его, как свою руку или ногу.
Дэн старательно попробовал повторить прием. Но у него получался постоянно комок силы, который он тут же сбрасывал в сферу. Только с двадцатойпопытки он все же создал нечто подобное. Но его светлячок был так же неустойчив, как первый шарик силы. Он то начинал мерцать как светомузыка, то сиял как электросварка, заставляя наблюдателей отворачиваться. Подкинуть его вверх оказалось еще сложнее. Все наперебой стали показывать ему, как это просто. В итоге под потолком балкона закружился десяток ярких огоньков и один безумно пульсирующий светляк-переросток размером с теннисный мяч.
Эта феерия привлекла внимание толпы зевак, разбредшейся по парку вокруг башни. Так что Лиантру, как главе клана, пришлось спускаться навстречу ходокам, приносить свои извинения и пообещать устроить вечером званый ужин для обсуждения ситуации.
Целый день Дэн провел в своей комнате, тренируясь создавать светлячков и заряжать сферу. Ниса была все время рядом и помогала советами. Пока что она была опытнее своего господина, но к вечеру, несмотря на усталость, Дэн все же довольно ловко создавал светлячков,хотя и не мог их оставлять без внимания.На закате к нему пришел Атол и пригласил в зал приемов, где Дэн уже один раз удивил гостей старика.
В этот раз гостей было много больше, но Дэн решил не менять сложившейся традиции, поздоровался на японский манер и все так же принес с собой атлу за правым плечом. По распахнувшимся от удивления глазам он отметил, кто из присутствующих его еще не видел. В прошлый раз парень не удосужился запомнить всех. Он вошел в зал уже не столь неуверенно как тогда. Поздоровался с орками и даже с Тарком, все так же считавшимся фаворитом Алилы. Но теперь уже в Тарке проскальзывал страх потерять свое место. Маги уважали только силу. Так что, несмотря на неопытность, Дэн был практически главой клана. А Лиантр лишь временно исполняющим обязанности. У Тарка была лишь одна надежда на то, что Дэн со временем не захочет возглавлять столь слабый, пусть и славный, клан и уйдет своим путем.
Вечер проходил по накатанной колее. Все те же темные камзолы мужчин и откровенные яркие наряды дам, та же музыка и веселье, те же прозрачные платьица обслуги. Атол, сидящий рядом по просьбе Дэна, знакомил его с магами не живущими в башне. Они занимались управленческой деятельностью в городке и жили там же со своими семьями. Все они присягнули серебряному волку на верность, не захотев уходить с насиженного места с остальными магами, ранее владевшими этим островом. Они и в том клане были приблудными, и им было все равно, кто будет главой. Их сила гарантировала им статус при любом хозяине. Они толком и не знали, чем занимается Лиантр. Для них он был ученным не от мира сего, коих и на Земле хватало. Он особо не лез в их дела, а они не доставали его своими прошениями. Этакий политический симбиоз.
Но вчерашний инцидент разрушил монотонно текущую жизнь городка. И теперь всем хотелось объяснений. В прошлый раз Лиантр представил Дэна как своего наследника и многие отнеслись к этому как очередной причуде старика. Теперь же даже самые недалекие поняли, что Дэн действительно очень скоро займет место главы, и начали приглядываться к парню. Многие подходили просто побеседовать, приглашая посетить их дом в городе или жалуясь на какие-то проблемы, вроде обнаглевших русалок, что разогнали рыбу или на скупость редких торговцев, заплывающих на остров. Многие в городке занимались добычей золота из шахт на свой страх и риск. Тем и жили. Но сбывать его оказалось трудно. Товар не целевой для торговцев, что занимались совсем иным.
Но все, и старые, и новые знакомые смотрели на Дэна с неким благоговением. Как объяснил такую перемену в поведении Лиантр, это связано было не столько с сиянием в небе, хотя оно тоже немало впечатляло, сколько с изменением ауры после инициации. Не пробудившаяся аура напитывается больше грубой и простой энергией низших уровней и выгладит несколько неопрятно. По ней тяжело неопытному человеку определить уровень стоящего перед ним. После инициации, она стремится вобрать в себя наивысшую из доступных энергий.Остальные уровни лишь немного заполняют пробелы между основной энергией. И теперь Дэн для многих из присутствующих выглядит как обычный земной человек для другого – совсем без ауры. Лишь мелкие клочки легкого тумана, как дым от тлеющей сигареты. Даже Лиантр с третьим уровнемвоспринимает едва ли четверть ауры своего протеже. И если ранее многие глядя на ауру Дэна не осознавали его силы, и могли общаться с ним более-менее расковано, то теперь львиная доля окружающих даже боялись к нему подходить. Большинство из присутствующих никогда в жизни не видели человека, почти лишенного ауры в их глазах. И это их очень пугало.
Несмотря на то, что Дэн вроде бы и не изменился, однако теперь всем стала видно, кто он есть на самом деле. Так же и на Земле, вахтеру легко перекинуться панибратской шуткой с человеком, выбегающим каждое утро на пробежку в спортивном костюме. Но увидев его в парадном мундире генерала госбезопасности, в окружении охраны, тяжело заставить себя похлопать его по плечу и пожелать доброго утра, как делал это еще вчера.
- А почему мне нужно смотреть на человека, что бы определить его ауру? Я ведь все равно не глазами ее вижу, хоть и определяю ее больше как цветовую гамму? – Спросил у него Дэн, во время короткой паузы между собеседниками. – Это как-то странно. И видеть человека, и ощущать его ауру, как будто глазами ее видишь.
- Со временем ты научишься определять ауру и с закрытыми глазами, просто глаза помогают сфокусироваться на объекте. И, действуя в паре с твоей ауро-сенсорной системой, они создают такой эффект. Ничего, скоро привыкнешь. Можешь потренироваться определять ауру собеседника с закрытыми глазами. Но для этого нужно знать, где твой собеседник, хотя бы приблизительно. Направить свою ауру в его сторону.
В общем, вечер прошел спокойно и довольно непринужденно. Гости, слегка поуспокоившись, оставили парня в покое и занялись своимипривычными делами. Все превратилось в обычный светский раут. Ближе к полуночи гости стали расходиться. Как понял Дэн, ранее не задававшийся таким вопросом, в империи не существовало самоходного транспорта, кроме больших кораблей. Магия была слишком ценной вещью, что бы тратить ее так бездарно. Или, скорее всего не было одаренных механиков, которые бы придумали аналог автомобилю. Так что на всех планетах существовали верховые звери, включая собратьев земных лошадей. Более того Лиантр подозревал, что и на землю лошади попали из империи тидов, во времена когда там еще правилимаги под личинами античных богов. Точнее, уже тогда правили их потомки. Потому как атлановы войны обрушились на Землю много раньше первых упоминаний Зевса, Сварога, Одина и прочего человеческого пантеона.
Но так как до города было полчаса ходу все сюда прибыли пешим ходом. Таким же и удалялись по лесной тропе вдоль ручья, освещая себе путь светлячками и весело перекликаясь между собой. Дэн следил за процессией с широкой террасы, примыкавшей к пиршественному залу. Здесь светлячки не требовались, весь пейзаж освещало потускневшее, но еще игравшее буйством красок северное сияние. Но под сводами лесных гигантов было довольно темно. Вот гости и уходили,