Страница 49 из 155
- Он действительно видел их, - говорил Телэн. - Он слишком подробно их описал, чтобы это была выдумка.
Юный вор только что вернулся из путешествия по злачным кварталам Бересы.
- Что он за человек? - спросил Спархок. - Дело слишком важное, чтобы полагаться на случайные сплетни.
- Это дакит, - отвечал Телэн, - бродяга из Джуры. Его интересует не политика, а тугая мошна. К армии Скарпы он присоединился главным образом оттого, что предвкушал грабежи в Материоне. Словом, его трудно назвать человеком с высокими идеалами. Когда он оказался в Натайосе и обнаружил, что придется не только грабить, но и драться, его интерес к этому предприятию слегка приугас. Как бы то ни было, я наткнулся на него в одной из паршивейших таверн, какие мне доводилось видеть, и он был вусмерть пьян. Поверь мне, Фрон, он был не в том состоянии, чтобы лгать. Я сказал ему, что подумываю поступить на службу в армию Скарпы, и он с почти отцовской заботой принялся меня отговаривать: не вздумай, мол, сынок, это гиблое дело, и все такое прочее. Он сказал, что Скарпа - свихнувшийся маньяк, который считает себя непобедимым и полагает, что сможет одним щелчком одолеть атанов. Он так или иначе уже подумывал о том, чтобы дезертировать, и тут в Натайос вернулся Скарпа, а с ним - Крегер, Элрон и барон Парок. Они везли с собой королеву и Алиэн, и у ворот их встречал Заласта. Дакит оказался поблизости и услышал их разговор. Заласта, видимо, еще не забыл, что такое хорошие манеры, потому что его разозлило, как Скарпа обращался с пленницами. Они поссорились, и Заласта чарами скрутил своего сынка в тугой узел. Я так думаю, Скарпа довольно долго извивался, как червяк на раскаленном камне. Потом Заласта увел женщин в большой дом, где для них были приготовлены комнаты. Судя по словам этого дезертира, дом обставлен почти роскошно - если не считать решеток на окнах.
- Его могли обучить этому рассказу, - с горечью проговорил Спархок. - Быть может, он был не настолько пьян, как казался.
- Поверь мне, Фрон, он здорово нализался, - заверил его Телэн. - По дороге в таверну я срезал кошелек - просто так, практики ради, - и денег у меня хватало. Я влил в него столько хмельного, что хватило бы и полк напоить.
- Фрон, я думаю, что он прав, - вставил Стрейджен. - Его рассказ чересчур подробен для вымысла.
- А если этого дезертира послали сюда для того, чтобы обвести нас вокруг пальца, с какой стати он стал бы тратить драгоценное время на мальчишку-карманника? - резонно добавил Телэн. - Все мы выглядим не такими, как запомнил нас Заласта, и я сомневаюсь, что даже ему может прийти в голову, что Ксанетия и Сефрения сообща наколдовали нам новые лица.
- И все же, - сказал Спархок, - я считаю, что торопиться не следует. Не сегодня-завтра Афраэль доставит в Натайос Ксанетию, а уж Ксанетия наверняка сумеет выяснить, кто именно сидит под замком в этом доме.
- Но мы бы могли покуда хотя бы перебраться поближе к Натайосу, - возразил Стрейджен.
- Зачем? Расстояние ничего не значит для моего синего друга. - Спархок коснулся ладонью шкатулки, оттопыривавшей рубашку на его груди. - Как только я буду точно знать, что Элана там, мы нанесем визит Заласте и его ублюдку. Я могу даже пригласить с собой Кхвая. Меня крайне занимает то, что он приготовил им обоим.
Дневной свет вдруг обрел былую яркость, и жители Супаля разом перестали прыгать и дергаться, как марионетки, обретя нормальную человеческую походку. У них ушло полдня на то, чтобы объяснить Гхномбу, почему им нужно вернуться в реальное время, и бог еды до сих пор сомневался, так ли это необходимо.
- Я подожду тебя вон в той таверне, дальше по улице, - сказал Тиниен, когда они с Улафом вышли в узкий проулок. - Ты помнишь пароль?
Улаф что-то проворчал.
- Я не задержусь, - сказал он и, перейдя через улицу, направился к двоим всадникам, которые только что въехали в город.
- Занятное у тебя седло, приятель, - обратился он к одному из всадников, человеку средних лет, с перебитым носом, который восседал на чалом жеребце. Из чего оно сделано - из стриженого барашка?
Берит ошеломленно взглянул на него, затем окинул быстрым взглядом узкую улочку у восточных ворот Супаля.
- Я как-то забыл спросить об этом седельщика, сержант, - ответил он, приметив потрепанную форменную куртку светловолосого эленийца. - Да, кстати, может быть, ты дашь мне и моему юному другу один совет.
- Советы я даю бесплатно. Валяй спрашивай.
- Не знаешь, где здесь, в Супале, приличный трактир?
- Тот, в котором остановились мы с другом, вполне недурен. Он в трех улицах отсюда, - Улаф жестом указал направление. - На нем болтается вывеска с изображением вепря - хотя рисунок мало напоминает вепрей, которых мне доводилось видеть.
- Мы заглянем туда.
- Может быть, вы встретитесь там со мной и моим другом. После ужина мы обычно сидим в пивной.
- Мы заглянем и туда - если решим остановиться именно в этом трактире.
Улаф кивнул и зашагал вверх по улице, направляясь к таверне. Он вошел внутрь и присоединился к Тиниену, который сидел за столом у очага.
- Куда ты девал нашего косматого друга? - спросил он.
- Он отправился поискать еще одну собаку, - ответил Тиниен. - Тут ты, видно, сделал промашку, сержант. Похоже, собаки пришлись ему по вкусу. Если мы задержимся в Супале, здесь не останется ни одной шавки.
Улаф сел за стол и откинулся на спинку стула.
- Я тут встретил на улице одного эленийца, - сказал он достаточно громко, чтобы его могли расслышать остальные посетители таверны.
- Вот как? - небрежно отозвался Тиниен. - Астелийца или эдомца?
- Трудно сказать. Ему когда-то перебили нос, так что нелегко понять, откуда он родом. Он искал при личный трактир, и я посоветовал ему тот, в котором мы остановились. Может, мы с ним там и увидимся. Приятно будет для разнообразия послушать элений скую речь. Надоело мне это тамульское лопотанье. Если ты уже допиваешь свое пиво, почему бы нам не прогу ляться к гавани и не поискать кого-нибудь, кто пере правил бы нас через озеро в Тиану?
Тиниен одним глотком осушил кружку.
- Пошли, - сказал он вставая.
Они вышли из таверны и, заведя какой-то пустячный разговор, направились к знакомому трактиру - неспешной походкой людей, у которых нет никаких срочных дел.