Страница 37 из 155
- Неужели вы и вправду можете разглядеть на картинке Шлии человека? - с некоторым изумлением спросил Улаф у бога еды.
- А ты не можешь? - Гхномб, судя по всему, удивился еще сильнее. - Мы пошлем с вами Блоква, чтобы он помогал вам, и будем следить за вами по картинке Шлии. Когда злые покажут человеку по имени Берит подругу Анакхи, ты и Тиниен-из-Дэйры выйдете из времени, которое не движется, и заберете у злых подругу Анакхи.
- Тогда я протяну руку в картинку Шлии и схвачу злых, - мрачно добавил Кхвай. - Я принесу их сюда и превращу в огонь, который никогда не гаснет.
- И ты в самом деле можешь сунуть руку в картинку Шлии и достать злых из настоящего мира? - потрясение спросил Улаф.
- Это легко, - пожал плечами Кхвай. Тиниен резко замотал головой.
- Что такое? - повелительно спросил Шлии.
- Человек по имени Заласта тоже может приходить во время, которое не движется. Мы видели, как он делал это.
- Это неважно, - сказал Кхвай. - Человек по имени Заласта - один из злых. Я превращу его в огонь, который никогда не гаснет. Он будет гореть вечно во времени, которое не движется. Огонь там такой же горячий, как и здесь.
Снегопад усилился - снег теперь шел сырой и вязкий - после того, как рыцари церкви перевалили через скалистый хребет, который отделял реки, текущие на север, от рек, текущих на юг. Гигантское облако влажного воздуха, всегда висевшее над Астелийскими топями, нависло у восточных склонов Земохских гор, вызывая обильные снежные лавины, которые накрывали леса и заваливали снегом перевалы. Рыцари церкви с угрюмой решимостью прокладывали себе дорогу по вязким сырым сугробам, продвигаясь по долине южного рукава реки Эсос к земохскому городу Басна.
Лорд Абриэль, магистр ордена сириникийцев, вступил в эту кампанию более или менее здоровым и крепким. Он всегда отличался отменной выносливостью, а долгие годы воинского обучения поддерживали его тело на вершине физических сил. Тем не менее ему шел семидесятый год, и он обнаружил, что с каждым утром ему все труднее становится просыпаться и приниматься за дела - хотя он ни за что на свете не признался бы в этом.
Около полудня под непрекращающимся снегопадом один из отрядов, выезжавших на разведку, вернулся с тремя земохцами в одежде из козьих шкур. На лицах истощенных и грязных земохцев застыл извечный ужас. Патриарх Бергстен выехал вперед, чтобы поговорить с ними. Когда остальные нагнали рослого церковника, он вел довольно жаркий спор с одним из арсианских рыцарей.
- Но ведь это земохцы, ваша светлость, - возражал рыцарь.
- Мы воевали с Оттом, сэр рыцарь, - холодно отвечал Бергстен, - а не с этими суеверными бедолагами. Дайте им теплую одежду и немного еды, и пусть уходят.
- Но...
- У нас ведь не возникнет с этим трудностей, не так ли, сэр рыцарь? зловещим тоном осведомился Бергстен, становясь, казалось, еще больше.
Рыцарь подумал - и поспешно отступил на пару штагов.
- Э-э... нет, конечно, ваша светлость, - ответил он, - не думаю.
- Наша Святая Матерь весьма похвально смотрит на твое послушание, сын мой, - ухмыльнулся Бергстен.
- Много было проку от этих троих? - спросил Комьер.
- Не очень, - ответил Бергстен, рывком забросив свое тело в седло. Примерно к востоку от Аргоха разворачивается какое-то войско. В том, что они говорили, было немало суеверной чуши, так что мне не удалось добиться от них внятных подробностей.
- Стало быть, драка, - проворчал Комьер, потирая руки от предвкушения.
- Сомневаюсь, - возразил Бергстен. - Насколько я сумел понять из лепета земохцев, войско, которое поджидает нас, состоит по большей части из людей невоенных - какие-то фанатики. Наша Святая Матерь обрела в этих землях немало врагов, когда в девятом столетии пыталась воссоединиться с местными приверженцами эленийской веры.
- Но, Бергстен, это же было почти две тысячи лет назад! - возразил Комьер. - Вражда не может длиться так долго.
Бергстен пожал плечами.
- Чем старее вражда, тем лучше она сохраняется. Вышли своих разведчиков подальше, Комьер. Посмотрим, удастся ли нам выяснить что-нибудь вразумительное о подготовленной нам торжественной встрече. Не помешали бы и несколько пленников.
- Бергстен, я и сам знаю, как это делается.
- Ну так делай! Нечего сидеть тут и болтать без толку.
Они миновали Аргох, и разведчики Комьера доставили нескольких пленников. Патриарх Бергстен наскоро допросил бедно одетых и невежественных эленийцев, а затем велел отпустить их.
- Ваша светлость, - протестовал Дареллон, - это просто неумно. Эти люди вернутся к своим вожакам и расскажут обо всем, что видели.
- Знаю, - ответил Бергстен. - Я и хочу, чтобы они поступили именно так. Я хочу, чтобы они рассказали своим друзьям, что видели, как с гор спускаются сто тысяч рыцарей церкви. Я поощряю дезертирство в их рядах, Дареллон. Мы не хотим убивать этих бедных заблудших еретиков, мы хотим только, чтобы они убрались с нашей дороги.
- И все-таки, ваша светлость, я считаю, что это стратегически неверно.
- Ты можешь думать все что угодно, сын мой, - добродушно заметил Бергстен. - Это не постулат веры, так что наша Святая Матерь не против споров и разногласий в этом вопросе.
- Какой смысл спорить, ваша светлость, если вы уже отпустили их?
- Ты знаешь, мне и самому пришла в голову та же мысль.
Они повстречались с противником в широкой долине реки Эсос, к югу от земохского города Басна и лигах в тридцати западнее астелийской границы. Сообщения разведчиков и сведения, полученные от пленников, оказались точными. Рыцарям церкви противостояло не столько обученное войско, сколько плохо вооруженная и беспорядочная толпа.
Магистры четырех орденов собрались вокруг патриарха Бергстена, чтобы обсудить ситуацию.
- Эти люди одной с нами веры, - сказал Бергстен. - Наши несогласия лежат в области церковного управления, а не в сути нашего вероучения. Такие вопросы улаживаются отнюдь не на поле боя, а посему я не хочу, чтобы эти люди гибли во множестве.
- Они не представляют для нас особой опасности, ваша светлость, - заметил лорд Абриэль.
- Лорд Абриэль, но ведь они вдвое превосходят нас числом, - указал сэр Гельдэн.