Страница 63 из 99
Энрике скромно спросил:
- А если вообще не обратиться?
Полицейский рявкнул:
- Тогда считай рот заклеенным!
Энрике заковали в кандалы на руках и ногах. И повели по коридорам. В обуви не по размерам, идти очень неудобно. Мальчишка даже спросил:
- А ботинки зачем? Не надо!
Полицейский строго ответил:
- Это суд! Ты не можешь придти туда босиком!
Мальчик хихикнул и заметил:
- Это как в католический храм! Тоже нужно обуваться!
Полицейский с подозрением в голосе спросил:
- А ты что не католик?
Энрике пожал плечами, и ответил:
- Моя приемная мать цыганка, и протестантка. А я... Еще не определился.
Полицейский усмехнулся и заметил:
- Скорее всего, Бога вообще нет! Но тебе я советую ему помолиться! Так как срок может быть велик, и колония жуткая!
Энрике равнодушно, пусть это равнодушие и было нарочитым, произнес:
- Неприятность эту мы переживем!
В ворон вводили и других ребят. Все они были еще малолетки, пусть и старше Энрике. Тоже в новых полосатых робах, со свежевыбритыми головами, и неуклюжих, надраенных ботинках. Видно слух про Энрике уже разнесся по тюрьме. Мальчишки смотрели на юного узника с почтением и уважением. Один из них произнес:
- Белый воин!
Полицейские махнули дубинками, и пригрозили врезать. Ругнулись матом. Но до суда бить опасались. Надо отметить Энрике тоже не слишком били. Пацан-терминатор внушал уважение. Кроме того тюремные крысы не полакомились им, а сам Энрике передавил и съел кучу опасных грызунов.
Такое внушает невольное уважение. Питаться крысами и не заболеть. Энрике чувствовал себя словно жеребец. То что он обретает авторитет среди ребят сильно заводило, и придавало в собственных глазах важность.
Мальчишку вместе с другими пацанами заперли в воронке. Приковали кандалы к выемке. Пацаны сидели тихо и перешептывались.
Старший из них спросил Энрике:
- Ты был в подвале?
Мальчишка с улыбкой ответил:
- Да был!
Главный мальчишка заметил, глядя с сочувствием:
- Крысы там многих обгрызают. Это опасно! Одного пацана объели буквально до костей!
Энрике уверенно произнес:
- Не стремно будет! Но я думаю, что придет время и полицейское государство рухнет!
Главарь подтвердил кивком:
- Дай Бог!
Другой пацан все же спросил Энрике:
- А тебя за что?
Мальчишка уверенно ответил:
- Почти не за что... Я не совершал кражи, в которой меня обвиняют!
Пацан однако, заметил:
- Я слыхал, что ты уже много раз бил различных мальчишек. И на тебя писали жалобы! Интересно кто тебя так фриколькно научил драться?
Энрике честно и искренне ответил:
- Я сам учился. Нашел на свалке журнал - самоучитель по карате, и тренировался. Как это не удивительно.
Мальчишки одобрительно загалдели. И воскликнули:
- Ты, конечно же, далеко пойдешь!
И застучали каблуками казенный, начищенной ваксой ботинок. Машина притормозила. И остановилась у здания суда. Теперь предстояло взять и решить дела пацанов.
Энрике как самого опасного преступника судили в самом конце. Мальчишка сидел на деревянной лавке ждал. Дела впрочем, слушались быстро. Судья бил молотком и раздавал тюремные сроки. Адвокат присутствовал чисто формально. И не задавал лишних вопросов. Одновременно мальчишек после вынесения приговора выводили в другу дверь.
Впрочем, не все так быстро пошло. Один из пацанов имел родителей побогаче, и ему наняли адвоката, и судебный процесс задержался. Энрике немного призадумался.
Мальчишке-каратисту вспомнилась небольшая, наброшенная на пейджере повесть. В ней описывался альтернативный ход второй мировой войны. Случилось, в общем, вполне вероятное событие: японцы открыли фронт на Дальнем Востоке. Наиболее боеспособные дивизии Красной армии оказались скованы боями с самураями. Причем советские генералы даже смогли повторить некое подобие Халхин-гола, только в гораздо больших масштабах.
Но несмотря тяжелое поражение японской армии, победа досталась советским войскам дорогой ценой. Большая часть танков и значительная часть авиации оказались выбиты, почти целиком уничтожен Тихоокеанский флот. Сталин, будучи слишком взвинченным в первые дни и недели войны требовал ненужной активности. Естественно более сильные и имеющие куда больше опыта ведения боев на море японцы добились крупных успехов, частично компенсировав неудачи на суше.
На западном фронте дела же обстояли разумеется похуже, чем реальности. Правда Гитлер тоже повернул войска на юг, но зато наступление под Ельней из-за того что в нем приняло участие значительно меньше, боеспособных подразделений и самолетов быстро выдохлось.