Страница 37 из 99
Энрике в следующей комнате был поставлен к белой стенке и ему дали номер. Сфотографировали в профиль, анфас, под углом, и с затылка.
Потом сделали фото целиком. Сначала прямо, потом полубоком, затем боком, а после и сзади.
Далее стали осматривать в поисках родинок, шрамов и разных примет. Все записывали и переносили на компьютер. Энрике чувствовал себя неуютно, словно зверек в клетке. Впрочем, купаться голышом ему не в новинку. Мальчишка подумал, что он как раб, выставленный на аукцион. И его осматривают, фотографируют, и все приметы вычисляют.
Энрике и в самом деле поступил: как особо опасный преступник, и его проверяли, шмонали, и описывали крайне дотошно.
Потом, наконец, отвели в душевую. После стрижки и мазанья краской это приятно. Но... Под душем мыться не дали, а обрушили струю сначала холодной, потом и горячей воды. Брр... Так и ошпариться можно. И с ног сбивает струя. Да еще хлоркой сыпанут. Вообще глаза есть и кожу щиплет.
Энрике понял, что и водные процедуры могут быть крайне мучительными. То тебя словно вулкан поджаривает. То наоборот льдом обдает. А Энрике привык что море, даже зимой теплое. И в зимние ночи можно ночуя на берегу согреться в воде. А тут специально охладили что ли?
Но кипяток конечно еще болезненней. И Энрике покраснел словно рака, и даже чуть ли не стали появляться волдыри от кипятка. Но вот и это подошло к концу. Видно решили поберечь воду.
Последняя стадия: это выдача одежды. Обыкновенная полосатая пижама на голое тело и тюбетейка. Обувь малолетке пожалели, но Энрике даже этому рад. Штаны был по колено, а рубашка по локоть. На ней был номерок, а также фамилия и имя. Кстати, у Энрике и не было фамилии. Только имя. Но видно в насмешку, ему уже в тюрьме дали фамилию - Трамп!
Теперь он: Энрике Трамп!
И вот Энрике снова сковали наручными и ножными кандалами. И повели стриженого наголо мальчика по коридорам.
Старший надзиратель приказал:
- В детское его!
Мальчишка, вступив в коридоры самой тюрьмы, ощутил сильную вонь, смешанную с запахом хлорки. В принципе чего еще ожидать. Но для мальчишки привыкшему к свежему воздуху, это весьма стремно.
В тюрьме было и шумно. Ругались матом и кричали. Раздавался смех...
Появилась пара преступников в наручниках, и они строили Энрике страшные рожи. В ответ мальчишка показал язык. И преступники выругались.
Наконец взрослый отсек окончился, и Энрике перешел в детскую половину. Тут было немного меньше вони и больше чистоты, хотя тоже полно ругани.
Мальчик шел по коридорам, ощущая себя неуютно в кандалах и со скованными сзади руками. Тем более, что тут могли и пырнуть ножом. Но вот надзиратель остановился, и расстегнули с Энрике кандалы. Другой ударил мальчишку по пятой точке дубинкой. И проскулил:
- Со знакомством тебя!
После чего стальные двери раскрылись и Энрике втолкнули в камеру.
Мальчишка, ощутив сильный запах туалета, немытых тел, и сигарет вошел в камеру. В ней сидели, или лежали на нарах пацаны. И босые и обутые, и казенных пижамах и собственной одежде. Часть стрижена наголо, у части отрасли торчком ежики. Ребят было много: более сотни в камере всем тесновато. И нары в три яруса.
Правда, все мальчишки еще шпана. Никого старше четырнадцати. Но теснота в камере страшная. У большинства ни подушек, ни матрасов. Только несколько наиболее старших и крупных, в своей одежде и с постельными принадлежностями.
Энрике несколько растерялся. Он видел про детские колонии только фильм "Спящие". Но там каждому мальчишке была предоставленная отдельная камера. А тут, словно зверинец какой-то.
Старший по камере, тоже мальчишка, но самый крупный, с мускулами качка, и стрижкой под ежик рыкнул:
- А ты кто такой малявка? Какая статья?
Энрике ответил с улыбкой:
- Я человек и этим все сказано! А статья не имеет значение, так как я невиновен!
Пахан слез с койки. И ним поднялось двое подельников, тоже весьма крепкие мальчишки. Втроем они двинулись на Энрике. Главарь прошипел:
-Прописку мы тебе сделаем! Ты просто охамевший гринго.
Энрике стиснул кулаки, и ему уже не раз приходилось драться. Мальчишка подскочил и атаковал пацана что заходит справа. Тот успел отшатнуться, но пропустил удар пяткой в печень и упал глотая ртом воздух.
Главных пахан выхватил нож. Но Энрике опередил его, засадив кулаком в горло. Тот упал, и харкая кровью. Третий боец пробовал также достать нож. Но Энрике подскочил и зарядил по виску. Мальчишка упал, и отключился.
Вся камера гаркнула хором:
- Белый воин! Вот дает!
Энрике подпер руками бока и заявил:
- Теперь главным паханом по камере буду я!
Дети хором завопили:
- Да именно ты! Ты достоин! Такой супермен!
В камеру ввалились полицейские. Несколько бойцов, и остановились. Трое здоровых пацанов главных в камере повержены. А мальчишка, стриженный, в полосатой тюремной робе стоит и улыбается. И как тут не запсиховать.
Полицейские не стали бить Энрике, они тоже посмотрели на мальчика, с уважение. Он ведь вырубил, тех, кто крупнее его. И стали звонить по сотовому начальству. Мол, ЧП.
Начальник полиции, услыхав об этом, пришел в ярость и закричал: