Страница 8 из 38
- Так и должно быть, - прошептал он.
Я опять закрыла глаза. На удивление лунные лучи начали казаться мне тёплыми, будто солнышко ранней весной. Я поняла, что это была чистая лунная энергия, потому что уже чувствовала такое, тогда, когда полетела в первый раз. Даже на кончике языка появился соленовато-молочный привкус. Я ощущала Кирилла рядом, его энергию, которая буквально искрилась, как бенгальский огонь.
Кирилл сказал, что завтра полнолуние и силы понадобятся, поэтому надо впитать как можно больше энергии. Мы сидели в тишине довольно долго, и сосредоточиться у меня получалось плохо. Частенько я приоткрывала глаза, чтоб украдкой посмотреть на Кирилла. Он тоже сидел с закрытыми глазами. Молчать рядом с ним было так хорошо, что я не решалась что-либо сказать, а просто наслаждалась покоем и лунным светом. Впервые за долгое время я не бежала от него как от чумы и не пряталась, не пыталась переделать себя.
Мой внутренний барометр, чувствовавший неприятности за версту, молчал.
Луна опускалась всё ниже, и, видимо, близилось утро.
- Мы не одни,- сказал Кирилл, и показал рукой куда-то. Я посмотрела в ту сторону и увидела сову. Она сидела высоко на ветке сосны, метрах в пятнадцати от нас.
- Привет, совушка, - сказала я. От луны моя голова кружилась как от легкого хмелька, хотелось даже похихикать.
Кирилл засмеялся, а сова повернула голову на 180 градусов и тоже заухала, подражая человеческому смеху.
- Она нас не боится? - спросила я Кирилла. Он кашлянул в кулак, пытаясь сдержать смех:
- Не боится. Это Лина.
Я открыла рот, но страха как при встрече с Белочкой Катей не испытала. Сложно было представить как человек мог превратиться в сову. Лина-сова что-то проухала Кириллу, после чего тот опять засмеялся.
- Что она сказала? - спросила я.
- Да так, это старая шутка. Она хочет обернуться человеком. Наступает утро.
Тут сова слетела с ветки, и начала кружиться над полянкой перед окном. Её перышки стали светиться голубым светом, сначала только кончики, но постепенно свечение заполнило всё оперение. Чем меньше птица делала круг по поляне, тем сильнее светилась, пока не замерла в воздухе. Последовала яркая вспышка, и на месте зависшей в небе совы, на земле стояла Лина, а к луне полетели призрачные очертания совы, издающей еле уловимое свечение. Это выглядело как затухание фейерверка, искры, обозначавшие тонкие линии, взметнулись ввысь. Призрачная птица пару раз взметнула крыльями и растаяла в воздухе. Лина стояла и наблюдала как её тотем улетал к луне. Когда последняя искорка затухла, девушка наконец-то посмотрела на нас.
- Обалдеть! - я была восхищена. -
Лина, а я думала что ты на три дня останешься... совой, - запнулась немного я.
- Совы днём спят, - фыркнула девушка. - Уже почти утро, а значит я могу отдохнуть.
Было ещё темно вокруг от того, что ранний рассвет был не заметен за раскидистыми ветвями сосен. Засидевшись на этом уютном подоконнике, рядом с Кириллом, я не заметила как пролетело время. Мне было хорошо и беззаботно, но Кирилл сказал, что на сегодня достаточно. Мы слезли с подоконника обратно в комнату, а Лина зашла в дом через дверь.
Кирилл помог мне слезть с подоконника, не наступив обутыми ногами на кровать. Для этого ему пришлось взять меня за талию, отчего на его щеках я заметила легкий румянец. Это от того, что я тяжёлая или от близости со мной?
- Тебе надо поспать, - Кирилл был выше меня на голову, и мне пришлось поднять лицо, чтобы посмотреть ему в глаза. - Можешь остаться в этой комнате, Лина не любит когда её сон тревожат.
Только после этого он убрал руки от моей талии.
- А где будешь спать ты? - спросила я осторожно.
- Не переживай, - Кирилл закрыл окно и вышел.
Не знаю как его, но меня это всё волновало не по-детски. Я понимаю, мы оба лунники, он хочет помочь разобраться с моей силой и всё такое, но эти прикосновения, держания за руку, к чему это? Или для него это в порядке вещей? Потому что я от природы влюбчивая, и для меня все эти необычные знаки могут многое значить.
Хотя, с другой стороны сейчас мне отношения ни к чему, не известно сколько я здесь пробуду. Поэтому я твердо решила не обращать внимание на Кирилла, и выключить своё больное воображение.
Насчёт всего остального я решила подумать завтра, когда свалившаяся на меня информация немного уляжется в голове. С такими мыслями я засыпала, лежа на животе и обняв обеими руками подушку, пахнущую хвоей и каким-то ещё незнакомым горьковатым запахом.
Спала без всяческих сновидений. Это дошло до меня не сразу, а после того как минут десять после пробуждения я провалялась в кровати, разминая по очереди руки и ноги. И тут заметила что правая нога не болит. Я сделала пару круговых движений ступней, и - ничего. Не помню, когда она перестала болеть. И пощупала её, и осмотрела со всех сторон, но нога была как новенькая, будто я и не ковыляла вчера весь день. Тут всплыли в памяти обстоятельства, из-за которых нога болела и настроение сразу пропало. Надо думать, как жить дальше. Если бы я не нашла этот домик и его обитателей, я бы направилась к границе страны, чтобы пересечь её и скрыться, возможно, пришлось бы даже изменить внешность. Но сейчас, после того как неожиданно раскрылись многие тайны, долгое время терзавшие мою душу, я не могла уйти отсюда так быстро. Итак, что вчера узнали нового? Я лунница. И могу летать, могу собирать в ладони лунный свет. Пока это было негусто для того чтобы сложить полную картину о природе моего бытия, но я пообещала себе не слезть с Кирилла, пока всё не узнаю.
Люди, которых я встретила здесь, были оборотни, и превращение двух из них я видела воочию. Превращение Кати меня повергло в шок, это было очень неожиданно. Но превращение Лины было очень зрелищно! Я закрыла глаза и представила себе произошедшее вчера. Из-за яркого сияния не было видно как меняется тело девушки, но я буквально чувствовала как лунная энергия облекает её тело, как приятно холодит кожу, и как освобождается при обращении.
Интересно, почему когда Катя превращалась в человека не было свечения? Может потому что она делала это днём? Надо будет спросить.
В доме было тихо. Интересно, где все? Надо было вставать. Я сделала потягушки в последний раз и села на кровати. Организм требовал удовлетворить свои потребности, поэтому я решила сначала заглянуть кое-куда, а потом уже искать куда подевались мои новые друзья.
Который час я не знала, так как часов не имела, но солнышко, светившее в окошко, было явно не утреннее.
Я пошла в спальню Лины, чтобы пробраться в ванную. Лина спала на кровати, зарывшись в нескольких одеялах. Я тихонько прикрыла дверь и на цыпочках пошла в ванную. Одежда, которую я постирала и оставила сушиться вчера, была уже сухая. Я сняла её с верёвки и сложила. Хорошо бы разжиться рюкзачком для дальнейшего путешествия и кое-какими вещами. Я вернулась в комнату, и скрипя половицами подошла к небольшому исцарапанному зеркалу. Волосы спутались в ужасные колтуны, минут десять которые я раздирала пальцами и расческой, которую я взяла на полочке около зеркала. Когда я поняла, что совершенства мне не достичь и надо довольствоваться тем что есть, я удовлетворённо крякнула и положила расчёску на место. Лина всё это время спала и даже бровью не пошевелила, даже сопения не было слышно, только одеяло равномерно поднималось и опускалось.
Я решила заглянуть на кухню, желая найти Кирилла и чем-нибудь подкрепиться. Во всём доме было тихо. Мои шаги отдавались в каждой досочке деревянного пола, это было крайне неловко, я ощущала себя героиней фильма ужасов.
Я подошла к двери кухни. Дверь была приоткрыта. В щёлку увидела, что в кресле у камина кто-то есть. Без сомнений, это был Кирилл, вытянувший ноги перед собой и скрестивший руки на груди, и судя по тому, как его голова покоилась на подлокотнике, парень спал. Я вошла в комнату и приблизилась к креслу, стараясь идти как можно бесшумнее.