Страница 58 из 143
Перед ней открылась большая, с каменным полом, кухня, тускло освещенная одиноким фонарем и красными углями из печки у дальней стены. На низких дубовых стропилах висела посуда. Сюда-то и должны были войти два пришельца.
Маллиана не обманулась в своих ожиданиях. Оба были тут: один остролицый, другой в наводящей ужас маске. Они отряхивали плащи, промоченные о плющ на стене. Тот, что в маске, прислонил в углу свой причудливый посох. Тут же болталась проклятая старая нянька Талассы, Аланда - она, должно быть, их и впустила. Аланда старалась не приближаться к человеку в маске - похоже, он ее пугал. Потом она задала остролицему какой-то вопрос, и Маллиана приложила ухо к дыре, чтобы лучше слышать.
- Зря ты пришел так рано - это опасно, - говорила старуха.
- Больше некуда было, - ответил мужчина - наверное, тот, без маски. Наш друг попал в беду, а я знал, что ты в этот час будешь одна.
- Счастье, что вы и вправду застали меня одну - у госпожи нынче был разговор с верховной жрицей.
- Что за разговор?
- Случилось худшее - ее вызывают в храм Исса.
- Когда?
- Нынче же в полночь. Но на сей раз Фаран намерен оставить ее у себя.
- Подумать только, что завтра она была бы уже вне опасности!
- Делать нечего: до полуночи она прослужит, как обычно, а потом за ней придут. - Голос Аланды дрожал от волнения.
- Ну нет! Просто нам придется осуществить задуманное чуть раньше срока. - Маллиана улыбнулась в темноте: дело поворачивалось так, как она и мечтать не могла.
- Кто это с тобой? - спросила Аланда про человека в маске.
- Достаточно будет сказать, что наши враги его ищут. Я собирался вывести его из города вместе с тобой и Талассой.
"Значит, заговор существует давно, - подумала Маллиана, - а я не сумела его раскрыть". Она прямо-таки корчилась от удовольствия, предвкушая, как поступит сейчас. Теперь в храм Исса отправится не только Таласса, но и Аланда с этими двумя. Остролицый продолжил:
- И мы уведем ее, только придется выждать почти до самый полуночи. Раньше Зараман и остальные не будут готовы. Притворимся до той поры, будто мы гости. Нет ли у тебя другой маски? Нельзя же ему войти в зал в своей.
- Маски найдутся, но что ты замышляешь?
- Мы присоединимся к другим гостям. Когда придет время, наш жрец выберет Талассу: пусть лучше будет с другом, чем с чужим. Незадолго до полуночи я приду к ней в комнату, и мы вместе уйдем. Но сейчас маска: лучше всего подошла бы та, что носят служители Червя.
- Есть и такие: пьяные жрецы то и дело забывают их тут. Сейчас принесу. - И старуха заторопилась прочь, оставив мужчин одних.
- По-твоему, этот план хорош? - Маллиана впервые услышала голос жреца в маске - в нем чувствовалась большая усталость.
- Другого у нас нет.
Жрец неохотно кивнул головой.
- А как я узнаю, кто из них Таласса?
- Узнать ее нетрудно - мужчин так и тянет к ней: золотоволосая, высокая, бледная... - Говоривший умолк, будто и сам был неравнодушен к той, кого описывал. - Ты не ошибешься, жрец: она тут самая красивая.
- Не будут ли другие гости добиваться ее?
- Нет: она обещана князю Фарану. Сторонники Исса будут держаться от нее подальше. Быть может, верховная жрица откажет и тебе - тогда выбери кого-нибудь еще и веди себя так, будто хорошо знаком с обрядами богини.
- А вдруг у меня не получится?
- Придется постараться. И еще одно...
- Да?
- Если пойдешь с Талассой, не забывай, кто она.
- Думаешь, я способен поддаться соблазну? - с явной насмешкой спросил жрец.
- Нет, но она так красива...
- Мир плоти чужд мне.
- Многие говорили так и все же пали. Вот тебе деньги, чтобы уплатить за жрицу. - Маллиана услышала звон монет и снова приникла к дыре глазом. В кухню как раз вошла Аланда, неся серую маску в виде черепа, неотъемлемую принадлежность жрецов Исса.
- Вот эта должна подойти, - сказала она, подав маску неизвестному.
- Хорошо, - сказал первый. - Ступай к себе и уложи свои вещи и вещи своей госпожи - к полуночи все должно быть готово.
- Мы уже сделали это. Я буду у нее в комнате. Дорогу в зал ты знаешь. Если кто-то увидит вас, скажите просто, что заблудились. - С этими словами Аланда ушла. Первый сказал жрецу:
- Надевай это, а свою маску брось в огонь - вот сюда, в печь. Теперь она тебе больше не понадобится.
Хотя лица второго не было видно, Маллиана почувствовала, что он не согласен.
- Нет, сжечь я ее не могу, но могу спрятать под плащом.
- Как хочешь. Но если Чернь схватит тебя, она обеспечит тебе колодки.
- Придется рискнуть. Отвернись: я не слишком... хорош собой. - Первый, пожав плечами, отвернулся. Жрец, глубоко вздохнув, отстегнул свою маску, и Маллиана едва сдержала крик ужаса, увидев его изуродованное лицо. Обличье демона из Хеля - такого она могла пожелать разве что злейшему врагу. Вот он-то и должен стать последним клиентом Талассы в храме: он послужит девчонке достойной наградой за все ее ужимки и гордый вид. Притом устроить это будет до смешного просто: заговорщики сами играют ей на руку. Жрец уже надел на себя другую маску, спрятав свою, страшную, под плащом. Его спутник обернулся и, оставшись доволен увиденным, сказал:
- Теперь ступай за мной.
- А посох? - спросил жрец.
- Его пока придется оставить здесь. Спрячь его вот сюда. - Остролицый открыл чулан рядом с печью, где хранились метлы, тряпки и тому подобное. Жрец сунул туда посох, и оба ушли влево, из поля зрения Маллианы.
Маллиана немного поразмышляла. Эти двое, конечно, преступники, и Червь хорошо заплатит за сведения о них. Она уже слышала от кого-то из гостей, что Голон, чародей князя Фарана, рыщет по городу в поисках человека, убившего верховного жреца Огня. Этот человек носит демонскую маску. Жрец, который явился сюда, несомненно, и есть убийца. Маллиане по всем статьям полагалось бы немедленно отправить гонца в храм Исса. Но Таласса должна увидеть его лицо в свою последнюю ночь - это даже хуже, чем вечные поползновения Фарана. Нет, гонец подождет, пока Таласса не обслужит своего последнего клиента в храме Сутис. Маллиана тихо скользнула обратно в потайной коридор.
Сереш открыл тяжелую кухонную дверь. Коридор был пуст: слуги, которые суетились здесь днем, теперь прислуживали гостям в зале. Сереш и Уртред пошли по устланному ковром коридору на жалобные звуки лютни, несущиеся из глубины дома.