Страница 43 из 46
Опять раздался взрыв, и тарелку снова швырнуло. Видимо, вояки били из базук. Били очень метко, ничего не скажешь.
Дым уже заполнил все внутреннее пространство аппарата. Майк периодически терял сознание, его рвало, но блевать было нечем, и он отплевывал только густую слюну, перемешанную с горьким желудочным соком. Отравление угарным газом было налицо. Перед глазами юноши все плыло, а через несколько секунд у него началось удушье. Майк сделал несколько судорожных вздохов и…
У него остановилось дыхание.
Глава 18. Убейте меня! Это же так легко!
Яркий нежно-голубой свет, пробиваясь через полузакрытые веки, неприятно раздражал глаза, давая понять мозгу, что настало время приходить в себя.
Веки задрожали от напряжения, плотно сжались, но потом все же медленно и тяжело поднялись. Назойливые лучи, исходящие непонятно откуда, беспрепятственно проходили через идеально прозрачное сферическое стекло, заставляя снова закрыть глаза, уже привыкшие к сплошной шестидневной темноте.
Человек, придя окончательно в себя, огляделся. Он был одет во все белое и лежал в какой-то стеклянной капсуле с подведенными к его телу проводами и трубками. Человек попытался пошевелиться. У него это получилось, но частично. Руки и ноги были пристегнуты к капсуле ремнями. Страшно чесался нос, но как владелец этой зудящей части тела ни старался, он ничего не мог поделать. С этим ощущением не сравнилась бы ни одна изощренная пытка, придуманная человечеством.
Человек грязно выругался и, набрав в легкие максимально большое количество насыщенного озоном воздуха, закричал:
– Эй вы, ублюдки! Я вам что здесь, подопытный кролик, что ли? Открывайте к дьяволу эту консервную банку, иначе я тут к вашей гребаной матери все разнесу!
Привязанный ремнями «подопытный кролик» отчаянно пытался разорвать прочные, но эластичные оковы. На руках от напряжения надувались вены, и даже небольшой шов на левом плече, оставшийся от какого-то ранения, побагровел и набух.
Внезапно за крышкой стеклянного саркофага появились две довольные мужские физиономии, одна из которых явно была обожжена.
– Эй, Майк! – раздалось за колпаком. – Что, парень, от страха штаны намочил?
На человека, названного Майком, смотрели лица Мерфи и Дайрона!
Это действительно был Майкл Деррик, девятнадцатилетний заговорщик, у которого от страшного отравления угарным газом остановилось сердце через десять минут после того, как летающая тарелка вырвалась из «Ангара 18». Юноша ничего не помнил с того момента, как их аппарат тряхануло вторым взрывом. Тогда он окончательно потерял сознание.
Внезапное появление морпехов за стеклом колпака явилось огромным стрессом для Майка, и это послужило толчком для усиленной работы его мозга. Его память начала возвращаться.
– Вот дерьмо! Они же умерли! – в ужасе думал Майк. Ему стали мерещиться покойные морпехи. Он уже был уверен, что попал в ад и сейчас его будут предавать страшным мукам. Майк сильно зажмурил глаза и потряс головой…
Помогло!
Улыбающиеся физиономии морских пехотинцев исчезли.
– Что здесь происходит? Эй! Выпустите меня, пожалуйста! – снова закричал Майк, но уже не так смело и уверенно, как какое-то время назад. В голосе юноши чувствовались страх и отчаяние. Он судорожно вертел головой, глядя в разные стороны через стекло саркофага, пытаясь понять, где он находится. Но кроме света, который сплошным потоком исходил отовсюду, юноша ничего видеть не мог.
Майк снова посмотрел вверх и от неожиданности чуть не подавился обильной слюной. Ее раньше отсасывала трубка, которую юноша, пытаясь высвободиться, случайно сорвал с крепления, и та валялась где-то под его спиной, издавая хлюпающие звуки.
На Майка смотрело уже три человека.
То были сержант Дэвид Мерфи, чернокожий морпех Дайрон Джексон и какой-то странный неизвестный мужчина.
– Все! Конец! Я сошел с ума! – подумал Майк. – Пусть будет то, что будет! – юноша закрыл глаза и приготовился к самому худшему.
Внезапно раздался щелчок, и стеклянный колпак саркофага медленно поднялся вверх.
Голос Мерфи заставил юношу открыть глаза.
– Да мы это, мы, не пугайся! Вставай, парень! – приговаривал сержант, освобождая не на шутку перепуганного Майка от удерживающих того ремней. – Давай, давай, вставай! Надо как можно скорее валить отсюда, – подгонял юношу сержант, хлопая по плечу.
Перед Майком стоял настоящий, живой сержант Мерфи. Рядом с ним возвышался Дайрон, держа сзади за шею того странного человека, который еще минуту назад вместе с морпехами смотрел на него через стекло саркофага. Мужчина пытался вырваться из крепких рук чернокожего здоровяка и что-то лепетал на непонятном языке.
Майк приподнялся и сел. Мышцы онемели от длительного нахождения в лежачем положении, и юноша чувствовал покалывание в конечностях от прилива к ним крови.
Сейчас Майк уже мог оглядеться. Рядом с его саркофагом стояло еще четыре точно таких же, с аналогичными сферическими стеклянными колпаками. У одного из них была открыта крышка, а прозрачный колпак другой капсулы разлетелся на куски, и те валялись по всему полу мелкими осколками, играя на ярком свету, заполняющем все помещение.
Майк не понимал, где он находился. Это был пустой зал с пятью саркофагами, и больше ничего вокруг не было.
«Где я? Как я сюда попал? – в голове юноши была каша из миллиона вопросов. – Как так? Мерфи и Дайрон живы! Они же умерли и их невозможно было воскресить! Где Маркус Фастмувер и кто вообще этот странный человек, которого удерживает Дайрон?»
– Эй, парень! Давай живее, просыпайся! – жесткий голос сержанта развеял мысли Майка и привел в чувства. Юноша открыл рот, пытаясь что-то спросить, но Мерфи, поняв это, продолжил: – Потом на все твои вопросы отвечу, а сейчас нет времени на болтовню. Надо еще Маркуса отыскать, без него нам отсюда не выбраться!
Майк смотрел на сержанта, хлопая глазами.
– Откуда выбраться? Где мы вообще находимся-то? И тем более куда надо бежать? – наконец заговорил Майк, продолжая сидеть на месте. Юноша ожидал получить какой-нибудь ответ, но руки Мерфи, схватив его за рубашку, извлекли из саркофага. Майк свалился на пол и после этого понял, что сержант не шутил.
В это время Дайрон, одетый в какой-то белый, но местами окровавленный балахон, тряс своего пленника, держа того за шею и пытаясь ему что-то объяснить.
– Где Маркус Фастмувер? Где наш робот? – морпех уже выходил из себя. – Ты хоть по-английски что-нибудь понимаешь или только понимаешь, как во мне дырки делать и всякие свои гребаные штуки мне в брюхо запихивать?
Мерфи поднял с пола шокированного Майка и потащил к овальной двери, находящейся в излучающей свет стене. За ними последовал Дайрон, грубо увлекая за собой лепечущего на непонятном языке человека. Тот, как мог, упирался, но противостоять разозленному чернокожему громиле было бесполезно. Щуплые ручонки пленника безуспешно пытались отодрать мощную пятерню морпеха от своего воротника.
Мерфи, подойдя к двери, отпустил Майка и, приставив ухо к блестящей металлической поверхности, прислушался.
– Эй, Дайрон! Там вроде все тихо, давай открывай.
Проговорив это шепотом, сержант отошел в сторону, освобождая место перед каким-то устройством, находящимся в стене, сбоку от овальной створки. Дайрон не мешкая подтащил к двери упирающегося пленника и, схватив того за руку, оттопырил его большой палец и прижал его к устройству.
Дверь издала легкий шипящий звук и быстро задвинулась в стену, открыв выход из помещения.
Дайрон внезапно отшатнулся назад. Чья-то рука из-за стены влетела ему в лицо, разбив бровь. Удар был достаточно сильный, что тут же брызнула кровь, заливая морпеху глаз. Дайрон от неожиданности отпустил своего пленника, схватившись за лицо, а тот резко рванул в дверной проем, но тут же упал. Подножка, сделанная пришедшим в себя Майком, достигла цели, человек свалился с ног и, ударившись головой о металлический пол, потерял сознание. Следом Мерфи наотмашь запустил руку за угол и кого-то там достал. Этот кто-то вскрикнул от боли и наконец появился в дверном проеме. Перед заговорщиками стоял высокий, крепкого телосложения мужчина в голубом халате и брюках того же цвета. От удара сержанта с лица человека сползла медицинская маска, открыв сломанный нос, из которого ручьем текла кровь. Глаза незнакомца блестели от злости, и, стиснув зубы, он ринулся на заговорщиков.