Страница 26 из 28
– Думаешь, это смешно? – холодно произносит здоровяк.
– Я не понимаю…
– Этому сопляку здесь не место.
Снова поворот и мы расходимся. Я танцую с Андресом.
– Глебушка зол? – смеется Андрес. – Пускай злится, он ведь еще не знает, что ты со своими дружками задумала.
– А ты знаешь? – резко отвечаю я, даже не попытавшись опровергнуть его высказывание.
– Ну разумеется. Твой друг слишком подвержен влиянию любви… запретной.
– Сергей? – опять поворот. – Что он тебе рассказал?
– Не мне, Виктору.
– Зачем ты здесь?
– Я хочу тебя предостеречь…
– Я здесь благодаря тебе! – почти выкрикиваю я, опять сделав паузу в танце.
– Не забывай двигаться, ты ведь знаешь, что прячется за этими цветами.
Краем глаза смотрю на вазоны, установленные по всему периметру зала.
– Зачем ты так со мной поступил?
– Я спасал нас обоих. У меня не было другого выхода.
Андрес выглядит виноватым.
– Всё должно было быть по другому. Ты не должна была узнать…
– То есть только это тебя волнует?
– Это должен был быть просто бал, ты бы никогда не узнала об этих дурацких камерах, я бы отделался от Глеба и мы жили бы с тобой вместе и любили друг друга… Мне было с тобой очень хорошо. Я никогда не был так счастлив. Ты научила меня радоваться простым вещам: веселиться на каруселях, наслаждаться закатом и самое главное – любить.
– Сергей сказал…
– Сергей? Ты ему веришь?
– Да.
– Сергей часть этого всего. Он находил девушек в трудном финансовом положении, узнавал об их жизни, а дальше подключалась Марьяна. Понимаешь? Это не ты приехала тогда на курсы по повышению квалификации по неверному адресу, Сергей специально изменил его. Только этот болван после расставания с Виктором так напился, что перепутал твой номер с номером твоей коллеги Милены. Изначально, она была целью – легкомысленная, красивая и пустая, как и все остальные наши клиентки. Но тогда в офисе появилась ты. Роскошная умная девушка, я был очарован твоей шутливой манерой разговора, яркой копной волос и легким румянцем на щеках. К сожалению, не я один на тебя запал. Именно в тот день явился Глеб и потребовал сдать ему весь мой бизнес, угрожая расправой надо мной и девченками – Марьяной и Евой.
– Я запуталась.
– Виктор с Сергеем были на сеансе и случайно услышали разговор психолога. Она с кем-то разговаривала по телефону и обмолвилась, что одна фирма ищет нового сотрудника. Сергей с Виктором тогда как-раз подыскивали новую жертву. А теперь угадай, что это за фирма и на какую должность пришел Сергей?
– Не может быть…
Разворот. Иду к Глебу. Встаем на против друг друга. Двигаюсь по инерции, в такт не попадаю, да это уже и не важно. Идем на встречу друг другу. Случайно наступаю Глебу на ногу, чуть не упала. Толпа оживилась. Продолжаю танец. Слышится гул, откуда – непонятно. Кажется, люди уже не интересуются нами. Начинается суета. Доносится запах гари. Я хочу все бросить и убежать отсюда, но все танцующие пары делают вид, что ничего не замечают.
– Закончи танец, – грубо, повелительно и надменно произносит Глеб. Последняя смена партнера. Иду к Андресу.
– Жаклин, не надо было этого делать… тебе надо было просто провести хорошо вечер… а теперь… мы оба влипли…
Иду обратно. Встаю напротив Глеба. Поклон. Танец окончен. Секундная тишина и люди бросаются на паркет и бегут к выходу. Глеб прожигает меня своим взглядом. Я и подумать не могла, что его пухлое лицо способно изобразить маску такой злобы и агрессии, что мне становится страшно за свою жизнь. Кто-то сбивает меня с ног и тащит за собой сквозь поток людей. Кто-то падает, люди этого не замечают и рвутся дальше. Паника. Двери закрыты, никого не выпускают. Меня утаскивают в подсобное помещение.
Отдышавшись смотрю на Лизу, Сергея и… Андреса.
– Сергей, зачем ты устроился на работу в мой офис?
Он испепеляюще смотрит на Андреса, потом переводит взгляд на меня.
– Ты уже и сама знаешь.
– Зачем ты так со мной?
– Я… я был слеп. Виктор использовал меня, использовал мои чувства, чтобы подкидывать Глебу новых девочек. Когда я это понял, было уже поздно. Пришлось доигрывать игру на два фронта. Я позвонил Лизе и сказал, что случайно нашел у Виктора эту информацию… Да, я сволочь. Но я же постарался исправить ситуацию, я же помог тебе! – почти кричит Сергей. Мне становится его жалко и в какой-то степени я его понимаю, меня тоже использовали и предали.
– Знаешь в чем твоя проблема? – надменно обращается Андрес к Сергею. – Ты ничего не можешь сделать нормально. Сплошные косяки. Смс отправил не на тот номер, предал Виктора, рассказав всё Лизе, потом предал Лизу с Жаклин расколовшись Виктору…
– Что? Виктор всё знает? – Лиза начинает нервничать.
– По-твоему откуда я узнал о ваших замыслах?
– Почему тогда он не остановил нас?
– Я не знаю. Знаю только, что Глеб будет в бешенстве… этот Бал его детище.
Моя голова раскалывалась, во рту был привкус гари, а в маленькой подсобке, набитой мной, Андресом, Лизой и Сергеем, было так душно, что у мужчин на лбах выступили капельки пота. Я прислонилась к стенке, ноги стали подкашиваться, в глазах двоится. Вдруг, я перестала слышать своих друзей, в ушах возник белый шум, а картинка перед глазами стала гаснуть, но я всё еще была в сознании.
Не знаю, сколько времени прошло, но зрение постепенно стало возвращаться. Сначала яркий свет ослепил меня, затем нечеткие очертания силуэтов. Это уже явно была не темная подсобка, но где я находилась, я ещё не понимала. Осязание вернулось самым первым, я поняла, что сижу развалившись в большом кресле. Затем зрение – я находилась в бальном зале, на паркете, вокруг стояла толпа людей, оживленно разговаривающих и хихикающих. В самом центре этой толпы стояло кресло, а в нем развалившись с запрокинутой головой сидела я. Слух вернулся в последнюю очередь – резко вместо белого шума в голову ударили громкие голоса, смех, звук бокалов и ругань всех присутствующих. Я быстро выпрямилась и схватилась за волосы, отчего стало ещё хуже, голова закружилась и меня повело в сторону. Скрючившись, как усохшая бабка, я прижалась к металлической ручке кресла, а смех раздавался всё громче и жестче. Эти люди вокруг смеялись над моей беспомощностью, как недавно смеялись над той девушкой в белом дурацком платье. Я хотела рыдать, бежать или уползать отсюда, но не могла даже пошевелиться. Когда это закончится, когда эти голоса замолчат? Неужели никто мне не поможет?!
Кто-то потянул мою руку, заставив меня поднять голову и выпрямиться. Вот она, помощь!
– К сожалению, моя спутница не выдержала напряжения.
Это был голос Глеба. Он стоял рядом со мной, положив одну руку на свой выпирающий живот и размахивая другой, словно шпрехшталмейстер, обращался к публике.
– Не жалеете ли вы о выборе спутницы на этот год? – раздался вопрос из толпы.
– Я всегда очень серьезно подхожу к выбору девушки… Я уверен, что это всего лишь недоразвумение.
По толпе прошла волна умиления, словно он только что спас пушистого котенка. Глеб повернулся ко мне и улыбка исчезла с его лица. Жесткий взгляд пронизывал меня насквозь, я словно вдавливалась в кресло под его натиском.
– Но не будем о грустном. У нас для вас приготовлено последнее представление! Попрошу публику расступиться и освободить паркет.
Я почувствовала облегчение, решив, что я сейчас отойду или отползу, в зависимости от способности управлять телом, и на этом мой позор будет завершен, однако Глеб так не считал. Он грубо взял меня за локоть, заставив резко встать, и прошипел на ухо: « Ты достоишь этот вечер до конца, а потом с тобой сделают то, что и со всеми облажавшимися.»
– Что именно? – прохрипела я.
– Заставят отработать хорошо проведенное время, – ухмыльнулся Глеб и потащил за собой, крепко сжимая мой локоть.
Паркет опять был пустой, вокруг него снова выстроилась стена из участников этого проклятого бала. Глеб притащил меня на ступени около входа, по которым я недавно грациозно ступала в своем элегантном синем платье. Сейчас же я держалась из последних сил, немного благодаря Глебу, который до боли сжимал мой локоть.