Страница 41 из 77
- Но как мог толнедрийский император решить судьбу Сендарии? - удивился Гарион.
- Рука империи длинна, - пояснил Силк, - Великий Северный путь был построен во времена второй династии Борунов, по-моему, строительство начал Рэн Борун Четвертый, не так ли, капитан?
- Пятый, - поправил тот, не отрывая глаз от пергамента. - Рэн Борун Пятый.
- Спасибо, капитан, - поблагодарил Силк. - Вечно путаюсь в этой династии. Ну, короче говоря, к этому времени для охраны порядка в Сендарию уже были присланы императорские легионеры, а если кто-нибудь может позволить себе иметь войска в какой-либо местности, значит, этот кто-то обладает там определенной властью, вы согласны, капитан?
- Рассказ ваш, излагайте как хотите, - коротко ответил Брендиг.
- Совершенно верно, - согласился Силк. - Должен сказать, Гарион, что Рэн Хоб принял такое решение вовсе не из благородства, на этот счет не существует никаких сомнений. Толнедрийцы никогда ничего не делают просто так и не отдают задаром. Дело в том, что к тому времени мимбратские аренды победили в гражданской войне между арендийскими племенами, закончилось длившееся тысячу лет кровопролитие, поэтому Толнедра не могла позволить мимбратам продвинуться на север. Создание независимого королевства в Сендарии воспрепятствовало бы доступу мимбратов к проезжим дорогам, по которым можно перевозить товары из Драснии, а также не дало бы Мимбру возможности стать средоточием власти вместо столицы империи Тол Хонета.
- Все кажется ужасно запутанным, - покачал головой Гарион.
- Ну, не так уж сложно, - утешил Силк. - Обыкновенная политика и, в сущности, очень простая игра, верно, капитан?
- Я в подобные игры не играю, - отозвался Брендиг, не глядя на них.
- Неужели? - удивился Силк. - Так долго при дворе - и не иметь ничего общего с политикой? Вы редкостная птица, капитан. Ладно, короче говоря, сендары обнаружили внезапно, что у них появилось королевство, но нет ни одного древнего благородного семейства. Конечно, имелись несколько престарелых толнедрийских аристократов, живущих в разбросанных по всей Сендарии поместьях, а также с десяток претендентов на тот или иной весайтский или астурийский титул, парочка чирекских вождей с горсткой сторонников, но настоящих сендаров - ни одного. Поэтому и было решено устроить всенародные выборы - избрать короля, возложив на него обязанность раздавать титулы и звания. Очень практичный метод, я бы сказал, типично сендарийский.
- Но как выбирают королей? - спросил Гарион, так увлекшийся рассказом, что забыл о страхе перед темницей.
- Все голосуют, - просто объяснил Силк. - Родители, конечно, должны голосовать за детей, но, по всей видимости, подлога и обмана почти не было. Весь мир потешался над глупостью сендаров, но те, не обращая внимания, поступали как было решено, и все это продолжалось двенадцать лет.
- Шесть, - снова вмешался Брендиг, все еще склонившийся над пергаментом, с три тысячи восемьсот двадцать седьмого по три тысячи восемьсот тридцать третий год.
- У них было больше тысячи кандидатов, - возбужденно объявил Силк.
- Семьсот сорок три, - сухо добавил Брендиг.
- Хорошо, что есть кому поправить меня, благородный капитан! Огромное утешение знать, что рядом сидит такой знаток, готовый прийти на помощь. Я всего-навсего простой малообразованный драснийский торговец, ничего не понимающий в истории. Наконец, после двадцать третьего голосования, сендары избрали короля по имени Фандор, фермера, чья брюква была известна по всей стране.
- Он выращивал не только брюкву! - воскликнул Брендиг, гневно глядя на рассказчика.
- Конечно, конечно! - поспешно сказал тот, ударив себя ладонью по лбу. Как я мог забыть о капусте?! Он выращивал и капусту, Гарион, запомни хорошенько! Ну, все почтенные люди Сендарии отправились на ферму к Фандору и нашли его на поле, где он трудился не покладая рук: удобрял землю. Они приветствовали его громкими криками: "Да здравствует Фандор Великолепный, король Сендарии!" - и упали на колени перед его августейшим величеством.
- Это долго будет продолжаться? - прошипел Брендиг сквозь зубы.
- Но мальчик хочет знать, капитан, - невинно улыбаясь, объяснил Силк. Обязанность старших наставлять его, раскрывать историю нашего славного прошлого, разве не так?
- Говори что хочешь, - пробормотал Брендиг.
- Спасибо за разрешение, капитан, - вежливо наклонил голову Силк. - И знаешь, что ответил король Сендарии, Гарион?
- Нет. А что?
- "Прошу вас, ваши светлости, поосторожнее, не запачкайте эту красивую одежду! Я только что разбросал навоз на той грядке, где вы стоите на коленях!"
Сидевший рядом Бэйрек разразился громовым хохотом, ударив в восторге огромным кулаком по колену.
- Не вижу причин для веселья, господин мой, - холодно заметил капитан Брендиг, вскакивая на ноги. - Не припомню, чтобы я издевался над королем Драснии!
- Вы - человек благовоспитанный, капитан, - мягко заметил Силк, - да к тому же аристократ. Я же - простой бедняк, пытающийся заработать на кусок хлеба.
Брендиг, беспомощно оглядев нахала, устремился вон из комнаты.
На следующее утро ветер стих и дождь прекратился. Дороги превратились в месиво, но Брендиг решил продолжать путешествие. Передвигались с большими трудностями; правда, на следующий день земля начала подсыхать.
Тетя Пол, казалось, совсем не была озабочена тем, что их схватили по приказу короля, и вела себя как настоящая герцогиня, хотя Гарион не понимал, зачем теперь притворяться, и желал всем сердцем, чтобы она стала прежней. Прежняя практичность и хозяйственность, с которыми она правила на кухне у Фолдора, сменились чем-то вроде капризного своеволия; впервые в жизни он почувствовал, как велико расстояние между ними, и это сознание оставило ничем не заполняемую пустоту. Хуже всего была постоянно растущая в душе неуверенность, появившаяся с тех пор, как Силк объяснил, что тетя Пол вовсе не его тетя, и это открытие точило сердце мальчика, вселяло сомнения в чистоту его происхождения. С того ужасного момента Гариона постоянно мучил роковой вопрос: "Кто же я на самом деле?"
Господин Волк тоже сильно изменился. Он теперь редко открывал рот, в гостиницах почти все время проводил сидя в одиночестве с мрачным выражением лица.