Дневник одиночки

До конца отогреться нам не удавалось, но хотя бы чувствительность пальцев рук и ног вернулась. Я, наконец, смогла распрямиться и более осмысленно огляделась. Что-то странное в этой сарае, помимо дырявой крыши, не давало мне покоя. На многочисленных полках лежали сухие и покрывшиеся инеем цветы без стеблей. В них есть какой-то порядок. Не знаю. Голод сводит мой желудок и разум.

Дмитрий молчит все больше. И еще, он сильно начал кашлять. Поэтому я решила, дать ему отоспаться и заступила на вахту на всю ночь.

Запись 25.

Тепло и сыто. Мы укрыты толстыми стенами и теперь не одни.

Ростислав.

Человек с таким именем пришел в наше убежище под самое утро, когда небо только начинало светлеть, переходя от черного в темно-серое свое облачение. Оказалось, это его сарайка. Точнее, когда-то была. То пепелище, посреди которого она стояла было когда-то небольшим поселком в несколько десятков домов, где каждое лето собирались дачники, среди которых был и этот мужчина.

В первые секунды, когда он ворвался в сарай, заметив дым, а я уже готовая держала ружье на взводе, мы испугались друг друга. Ростислав достаточно крупный мужчина, на полторы головы выше меня, Дмитрию тоже приходится смотреть на него снизу вверх. В общем, тогда я ожидала увидеть очередных мертвецов или еще какую сволочь, но никак не могла предположить, что могу пересечься с выжившими на такой пустынной территории. Сначала, мужчина был враждебно настроен, и требовал нас убраться с его территории, но потом, либо сжалился на больным Дмитрием, либо ему на самом деле надоело быть одному, как он сейчас говорит. Чуть позже, когда волна адреналина сошла на нет, и мы смогли трезво мыслить, то Ростислав (который просит звать его просто Слава), предложил нам перебраться к нему в дом, где есть свет, вода, еда и медикаменты. Откуда у него все это я не представляю, но он очень сильно выручил нас. Хотя, на его месте, я бы не стала говорить подозрительным на вид выжившим о том, что имею такое богатство, как зеленый горошек и фасоль в томатной пасте. Все же та встреча с двумя мужчинами в магазине, заставила меня теперь смотреть не так наивно на других людей, как раньше.

Во время Конца он потерял, как и все мы, свою семью. Жена, младший брат и мать точно так же «сгорели» при первой волне. Тогда он мог лишь наблюдать и умирать вместе со своими родными. Долгое время, он ошивался по окрестностям и собирал в свою огромную кладовую всякую съестную и не очень снедь.

У него двухэтажный дом. Первый этаж цокольный, где располагается кухня, ванная комната и кладовая. Посреди кухни стоит дровяной котел, который дает много тепла, пока в нем горят дрова. На втором этаже две спальни и гостиная, где много полок с разными книгами.

Слава дал моему спутнику какие-то таблетки, после тщательного изучения которых, Дмитрий, наконец, согласился их принять и крепко уснул. Несмотря на мои уверения, что мы с Дмитрием не пара и просто идем вместе, хозяин дома выделил нам одну из спален.