Страница 70 из 83
Охрану объекта обеспечивало двадцать солдат под командованием сержанта Реймонда Ливорски. Служба протекала спокойно, даже мертвецы сюда не добирались. Каждый вечер и утро два патруля совершали обход периметра. Один солдат всегда дежурил на КПП, еще двое следили за камерами. Остальные проводили время за игрой в покер. И так изо дня в день.
Вечером патрули вышли на плановый обход, солдаты называли это вечерним променадом. Патрули по два человека не торопливо прогуливались вдоль сетчатого забора и расслабленно болтали.
Изредка по шоссе проезжали машины и, когда со стороны дороги послышался шум двигателей, на это не обратили внимание. Грузовик “Mан” свернул с шоссе и, не сбавляя скорости снес сетчатые ворота. За ним на территорию через образовавшуюся брешь въехали два автобуса и пять легковых автомобилей.
Солдат на КПП трясущимися руками схватился за трубку интеркома, чтобы доложить о вторжении, но было уже поздно, выбежавшие из автобуса люди бросились к нему. Солдат схватился за стоящую в углу винтовку, вскинул ее и нажал на спусковой крючок. Выстрела не произошло, он впал в оцепенение, не понимая, что произошло, а когда до него дошло, что винтовка на предохранителе, фанатик уже занес над ним молоток и через мгновение все было кончено. Патрули бежали к зданию в надежде успеть укрыться внутри, нарвавшись на хаотичный огонь сектантов, солдаты попытались уйти с линии обстрела, но не успели добежать до укрытия и были расстреляны. Обороняющиеся собрали работников станции в зале управления, в блоке А. Солдаты принялись баррикадировать входы в блок и сооружать позиции. Не смотря на суматоху и панику, сержант Ливорски все-таки успел передать сигнал тревоги перед тем, как покинул комнату наблюдения и укрылся в блоке А.
3 апреля. Форт Уильям. Подполковник МакАлитер.
- Сэр, срочный звонок из Инвернесса, переключить на вас или на дежурного офицера?
- Переключай на меня.
- Минуту, сэр, соединяю.
- МакАлистер, я вас слушаю.
- Доброй ночи подполковник, Чарльз Бэнистон.
- Полагаю, что-то случилось, раз вы звоните в столь поздний час.
- Поступил сигнал тревоги с АЭС Торнесс. Информации почти нет, похоже на нападение. Это не ваша зона ответственности, но из наземных подразделений ближе вас никого нет. Необходимо, чтобы вы срочно направили туда группу. Официальный приказ я подготовлю утром.
- Вы хоть какую-то информацию о ситуации можете дать, до Данбара сто шестьдесят миль, бронегруппа доберется за шесть-семь часов, не раньше. Чтобы отправить людей без прикрытия, я должен хотя бы иметь представление о численности и вооружении противника.
- Подполковник, я не обладаю информацией, пока не обладаю. Отправляйте людей, поддержку вам обеспечат. В воздухе будет один из наших БПЛА. “Рипер” уже должен взлетать с базы в Абердине.
Выбора у подполковника не было, надо было выполнять “просьбу” главного разведчика. Личный состав и транспорт был подготовлен за двадцать минут. Передовой отряд был небольшим, сорок человек разместились в двух грузовиках и двух Лендроверах. Выпустив колону из ворот, подполковник сразу же преступил к формированию второй группы, в состав которой уже входили БМП.
3 апреля. Шоссе А1, недалеко от Данбара. Яков Леирман.
Яше пока везло, первая часть плана, если бездумное нападение в лоб можно считать планом, прошла успешно. Сработал эффект неожиданности. Протаранив ворота, его последователи не встретили сопротивления, и пока он стоял напротив главного входа с видом победителя и, как ему казалось, руководил процессом, его люди пытались вскрыть дверь, ведущую внутрь станции. Прозрачная дверь из толстого ударопрочного стекла, которым обычно оборудывают кассы в банках, никак не хотела поддаваться. Удары монтировкой, оставляли небольшие сколы. Под каждым ударом стекло сотрясалось, но оставалось на своем месте. После безуспешных попыток, было решено выбить дверь автомобилем. Грузовик, снесший ворота, развернулся, и восьми тонная махина на скорости десять миль в час въехала в дверной проем. Звук осыпающего стекла вызвал шквал восторженных криков фанатиков. Они лавиной ворвались внутрь помещения и стали громить и переворачивать все внутри в поисках, чем бы поживится. Чтобы не потерять контроль над заведенной толпой, Яша взял мегафон и начал проповедь прямо на парковке перед зданием. Толпа немного утихла, стала вслушиваться в слова. Яша был как всегда убедителен, он говорил, что нельзя поддаваться соблазну сиюминутной выгоды. Что это место было даровано богом, и своими действиями они оскверняют его. Как не странно, это подействовало, люди столпились на парковке и слушали каждое слово.
Сектанты снова вернулись назад в здание, но вели себя уже спокойно, они осматривали помещение за помещением. Найденные вещи и продукты аккуратно складировались в холле перед главным входом. На осмотр административных помещений ушло два часа. Внутри здание оказалось больше, чем виделось с улицы, и при этом значительная часть проходов и помещений были заперты толстыми дверьми-шлюзами. Нападавшие расслабились, фанатики были довольны достигнутым: легкая победа, гора припасов, светлое теплое помещение. Однако преподобный Джейкоб был недоволен, он горел желанием получить доступ ко всем помещениям, кроме того он был уверен, что в здании спрятались люди, не могло быть на таком объекте только пять охранников и ведь кто-то закрыл все эти двери изнутри.
На третьем этаже в одном из коридоров, блуждающие по зданию фанатики наткнулись на очередное препятствие. Проход перекрывали железные противопожарные двери, но в отличие от толстенных створок внизу, их вполне можно было открыть.
Пила по резке металла, выбрасывая искры с неприятным свистом, вгрызалась в металл. Сантиметр за сантиметром продвигаясь к цели. Замок вместе с куском двери со звоном упал на кафельный пол, проход был открыт, сектанты готовые ворваться внутрь застыли на месте, не понимая, что произошло, за дверьми их встретило нагромождение из мебели. Несколько человек безуспешно попыталось с наскока развалить возникшее на пути препятствие, которое даже не пошатнулось. Баррикаду пришлось разбирать, снова заработала болгарка. Вытаскивая распиленные на части офисные столы, сектанты открыли сначала не большие окошки в баррикаде, а затем полностью разобрали верхний ряд мебели. Свет в коридоре был выключен, и что находилось или происходило на расстоянии трех метров от открытого лаза, было не разглядеть. Из непроглядной темноты донесся крик “огонь” и во мраке стали вспыхивать оранжево-красные вспышки, сопровождаемые эхом выстрелов, отраженных от стен. Двое убитых упали на пол, а остальные, прикрываясь баррикадой, отбежали за угол. Такое развитие событий стало неожиданностью и ко второй попытки уже подошли более скрупулезно. Не найдя выключатели, фанатики расстреляли лампы на потолке и теперь темно стало по обе стороны баррикады. После этого несколько “счастливчиков” предприняли попытку незаметно пробраться через баррикаду, проскочив в образовавшуюся под потолком щель. Когда трое из них перебрались на другую сторону, по ним опять открыли стрельбу, остальные вернулись назад, не желая расставаться с жизнью.
На улице преподобный рвал и метал, он требовал результатов, Яростно выкрикивая угрозы в адрес последователей. Для большинства страх смерти был сильнее страха перед гневом их лидера, запал от первых успехов прошел, и теперь многие уже думали, как бы поскорее отсюда свалить.
- Да вы никчемное сборище дегенератов, которые даже не способны разобрать простой завал, какое вам спасение, если вы не способны на элементарные действия, - лицо Яши стало бардовым от натуги и злости, но он не мог успокоиться и продолжал, - Идите, ищите другой вход, но чтобы через час, все было сделано, а то… - от пламенной речи его отвлекла черная тень, которая беззвучно проплыла по ночному небу. Он остановился, не закончив фразу, пытаясь понять, что он только что видел, была ли это какая-то большая птица, и ли это игра теней с его воображением. Вынырнув из раздумий преподобный уже мягким голосом сказал: “Идите”, и махнул рукой в сторону здания.