Страница 73 из 96
- Осторожнее, Гарион, мне не нравятся твои слова!
- Тем хуже для вас. Правда глаза режет, не так ли?
- Полагаю, тебе известно, где Сардион?
- Я могу это узнать.
- Если можешь ты, то могу и я. Уверен, что ты дашь мне несколько ключей.
- Ни единого.
- Ты станешь более сговорчивым, когда я брошу на дыбу твоих друзей. Я даже позволю тебе при этом присутствовать.
- Тогда наймите палача, которого вам не жаль. Неужели вы не помните о моих многочисленных талантах? Я был о вас лучшего мнения.
- С меня довольно, Бельгарион! - рявкнул Закет. - Готовьтесь! Вас отправят в Мал-Зэт и будут содержать порознь. Это даст мне достаточное количество заложников, если кто-то из вас решится на опрометчивый поступок. Разговор окончен!
Бельгарат прикрыл ладонью рот и кашлянул. Тоф кивнул и опустил голову.
Закет ошеломленно отступил перед внезапно возникшим мерцающим видением. Он сердито уставился на Гариона.
- Что это за фокусы?
- Никаких фокусов, Закет, - ответил Гарион. - Она хочет сказать вам кое-что, и я советую вам это выслушать.
- Ты выслушаешь мои слова, Закет? - осведомилась келльская пророчица с повязкой на глазах.
На лице Закета все еще было написано подозрение.
- Что тебе нужно, Цирадис? - осведомился он.
- У меня мало времени, император Маллореи. Я уже говорила тебе о перекрестке на твоем жизненном пути. Сейчас ты приближаешься к нему. Отбрось свои властные манеры и исполни по доброй воле поручение, которое я должна возложить на тебя. Ты говорил о заложниках.
- Это всего лишь обычай, Цирадис, - заюлил император. - Просто удобное средство оградить людей от необдуманных поступков.
- Неужели ты чувствуешь себя настолько немощным, что должен грозить невинному обрушить твой гнев на его друзей? - В ее голосе прозвучало презрение.
- Немощным? Я?
- А что еще могло сподвигнуть тебя на столь трусливые поступки? Слушай меня внимательно, Каль Закет, ибо речь идет о твоей жизни. В тот момент, когда ты поднимешь руку на Дитя Света или кого-нибудь из его спутников, твое сердце разорвется и ты умрешь.
- Пусть так. Я правлю в Маллорее, и склониться перед угрозой - даже твоей - означает для меня стать ничем в собственных глазах.
- Тогда ты умрешь, а после твоей смерти твоя империя обратится в пыль, заявила Цирадис.
Он уставился на нее; его и без того бледное лицо побледнело еще сильнее.
- Ты не прислушиваешься к моим предупреждениям, император Маллореи, поэтому я сделаю тебе предложение. Если тебе необходим заложник, я стану им.
Дитя Света знает, что если я уйду из этой жизни, прежде чем моя задача будет выполнена, то его дело обречено на неудачу.
- Я не могу причинить тебе вред, святая пророчица, - неуверенно заявил Закет.
- А почему нет, могущественный Закет?
- Это не пойдет, - отрезал он. - Больше тебе нечего мне сказать? У меня много дел.
- Они подождут. Самое важное дело - то, которое я намерена тебе поручить.
Исполнение этой задачи - цель твоей жизни. Ты был рожден только для этого. Если ты откажешься, то не доживешь до зимы - Ты уже второй раз грозишь мне смертью, Цирадис. Неужели ты так меня ненавидишь?
- Я не ненавижу тебя, Закет, и не угрожаю тебе. Я всего лишь открываю тебе твою судьбу. Примешь ли ты на себя твою задачу?
- Нет, покуда не узнаю о ней побольше.
- Хорошо. Я открою тебе ее первую часть. Ты должен прибыть ко мне в Келль, где я подчинюсь тебе. Я буду твоим заложником, но и ты станешь моим. Дитя Света и его спутники направляются в Келль, и ты, Закет, присоединись к ним, ибо, как было предсказано в начале отсчета времени, ты принадлежишь к их лагерю.
- Но...
Цирадис подняла руку.
- Оставь здесь твою свиту, твою армию и твои символы власти. Они тебе не понадобятся. - Она сделала паузу. - Или ты боишься, о могущественный Закет, путешествовать по своей империи без солдат, вынуждающих упрямые колени преклониться, а мятежников подчиниться твоей воле?
Закет побагровел от гнева.
- Я ничего не боюсь, о святая пророчица, - холодно ответил он. - Даже смерти.
- Смерть ничего не значит, Каль Закет. По-моему, ты боишься жизни. Как я говорила, ты - мой заложник, и я велю тебе прибыть ко мне в Келль и там принять твою ношу.
Императора Маллореи било крупной дрожью. Гарион знал этого человека и знал, что Закет в обычных обстоятельствах отверг бы требования Цирадис, но сейчас им словно владела какая-то несокрушимая сила. Он дрожал всем телом, а его бледное лицо покрылось потом.
Цирадис, несмотря на завязанные глаза, казалась осведомленной о панике, охватившей ее "заложника".
- Твой выбор предопределен, Каль Закет, - заявила она. - По доброй воле или по принуждению, но ты подчинишься мне, ибо это твоя судьба. - Пророчица выпрямилась. - Говори же, император Маллореи! Прибудешь ли ты ко мне в Келль?
- Да, - словно задыхаясь, вымолвил он.
- Да будет так. Займи предназначенное тебе место рядом с Бельгарионом и отправляйся в священный город. Там я дам тебе дальнейшие указания и объясню, почему от этого зависит не только твоя жизнь, но и жизнь всего мира. - Она повернулась так, чтобы ее завязанные глаза были направлены на Гариона. Приведи его ко мне, о Дитя Света, ибо это является частью того, что должно привести к последней встрече.
Цирадис протянула руки к Тофу и исчезла.
- Теперь нас стало двенадцать, - пробормотал Сади.
Новый член их группы стоял с пепельно-серым лицом посреди палатки, и Гарион с изумлением увидел слезы в глазах императора Маллореи.
Глава 18
- Полый, - удовлетворенно произнес Эрионд. - Теперь почти все ясно. - Не понимаю, - признался Сади. - Цирадис приходила к нам в Реоне, - объяснил юноша, - и сообщила, кто должен отправиться с нами в Место, которого больше нет. Меня интересовало, кто такой Полый. Теперь я это знаю.
- А как она описала меня? - осведомился евнух.
- Ты в самом деле хочешь это знать?
- Я испытываю некоторое любопытство.
- Она назвала тебя Мужчина, который не мужчина.
Сади подмигнул ему.
- Коротко и ясно, не так ли?
- Тебе виднее.
- Все правильно, Эрионд, - вздохнул Сади. - Операцию проделали в детстве, поэтому я так и не узнал, что значит быть другим. Вообще-то преувеличенный интерес к этой функции организма кажется мне несколько забавным. Мой образ жизни куда менее сложен.