Страница 71 из 573
- Скажите же: вы отдаете их под проценты?
- Нет. Вы знаете, что у меня довольно приличный дом, и он составляет главную часть моего состояния.
- А доходы вы прячете?
- Нет.
- Что вы думаете о тайнике где-нибудь в стене?
- Я никогда не пользовался тайниками.
- Так у вас есть доверенный, которому вы отдаете свои капиталы, и он платит вам изрядные проценты?
- Нет.
- Так куда же идут доходы?
- Я трачу все, что получаю; излишков у меня нет, дорогой ДаАртаньян.
- А, вот что! Вы живете как вельможа, и пятнадцать - шестнадцать тысяч ливров в год проходят у вас сквозь пальцы? Притом на вас лежат разные обязанности: вы непременно должны принимать...
- Но, мне кажется, вы точно такой же вельможа, как я, мой друг, и ваших денег вам только-только хватит.
- Триста тысяч ливров!.. Тут две трети лишних!
- Извините, но мне показалось, будто вы говорили... мне послышалось... я вообразил, что у вас есть компаньон...
- Ах, черт возьми! Правда! - вскричал ДаАртаньян, покраснев. - У меня есть Планше! Клянусь честью, я забыл о Планше... Вот и отходит часть моих денег. Жаль, сумма была круглая, и цифра выглядела славно. Правда ваша, Атос, я вовсе не так уж богат. Какая у вас память!
- Да, порядочная, слава богу!
- Добрый Планше не прогадал, - пробормотал д'Артаньян. - Неплохое предприятие, черт возьми! Ну, давши слово - держись!
- Сколько придется на его долю?
- О, - сказал ДаАртаньян, - он славный малый, и я рассчитаюсь с ним на совесть; не забудьте, ведь я много хлопотал, много издержал, все это надо внести в счет.
- Друг мой, я не сомневаюсь в вас, - проговорил Атос спокойно, - и нисколько не боюсь за добряка Планше. Его деньги сохраннее в ваших руках, чем в его собственных. Но теперь, когда вам уже нечего здесь делать, уедем поскорее. Поблагодарите его величество - ив путь! Через неделю мы увидим башни собора Парижской богоматери.
- Да, мой друг, мне самому очень хочется уехать, и я сейчас же пойду проститься с королем.
- А я, - сказал Атос, - пойду повидаться со знакомыми, и потом я к вашим услугам.
- Одолжите мне вашего Гримо.
- Извольте!.. Зачем он вам?
- Он нужен мне для очень простого дела, которое не затруднит его: я попрошу его покараулить мои пистолеты, которые лежат на столе, вот здесь, возле этих сундуков.
- Хорошо, - отвечал Атос хладнокровно.
- И он никуда не уйдет?
- Он останется здесь с пистолетами.
- Тогда я пойду к королю. До свиданья!
ДаАртаньян явился в Сент-Джемсский дворец, где Карл II, писавший в это время письма, заставил его ждать целый час.
ДаАртаньян прогуливался вдоль галереи от дверей до окон и обратно; вдруг в передней промелькнул плащ, очень похожий на плащ Атоса. Не успел ДаАртаньян посмотреть, кто там, как его позвали к королю.
Карл II, потирая руки, принял изъявления благодарности мушкетера.
- Шевалье, - сказал он, - вы напрасно так благодарите меня. Я не заплатил и четверти настоящей цены за историю с ящиком, в который вы запрятали нашего храброго генерала... я хочу сказать, нашего милого герцога Олбермеля.
И король громко расхохотался.
ДаАртаньян не счел нужным прерывать его величество и скромно молчал.
- Кстати, - продолжал Карл, - действительно ли любезный Монк простил вам?
- Да, надеюсь...
- О, но шутка была жестокая... odds fish! Закупорить, как селедку в бочонок, первое лицо английского королевства! На вашем месте я не был бы так спокоен, шевалье.
- Но...
- Монк называет вас своим другом, я знаю... Но по глазам его видно, что память у него хорошая. И к тому же он очень горд, об этом говорят его высокие брови! Знаете, большая supercilium [9].
"Обязательно выучу латынь", - подумал ДаАртаньян.
- Послушайте! - весело продолжал король. - Я должен устроить ваше примирение; я сумею взяться за дело так, что...
ДаАртаньян закусил ус.
- Разрешите сказать откровенно вашему величеству?
- Говорите, шевалье.
- Ваше величество очень пугаете меня... Если вы пожелаете уладить это дело, то я человек погибший: герцог велит убить меня.
Король снова расхохотался: от его смеха страх даАртаньяна перешел в ужас.
- Ваше величество, сделайте милость, обещайте, что позволите мне самому уладить это дело; и если я больше не нужен вам...
- Нет, шевалье. Вы хотите ехать? - спросил Карл с веселостью, вселявшей в мушкетера все большее и большее беспокойство.
- Если ваше величество ничего не хочет приказать мне...
Карл стал почти серьезен.
- У меня есть к вам просьба. Повидайтесь с моей сестрой Генриеттой. Она знает вас?
- Нет, ваше величество. Но такой старый солдат, как я, - скучное зрелище для веселой и молодой принцессы.
- Я хочу, чтоб сестра моя знала вас, чтоб она в случае надобности могла положиться на вас.
- Все, что вам дорого, для меня священно.
- Хорошо!.. Парри! Добрый Парри!.. Войди сюда.
Боковая дверь отворилась, и вошел Парри. Увидев даАртаньяна, он очень обрадовался.
- Что делает Рочестер? - спросил король.
- Он на канале с дамами, - отвечал Парри.
- А Бекингэм?
- Там же.
- Очень хорошо. Ты отведешь господина даАртаньяна к Виллье, - так зовут герцога Бекингэма, шевалье, - и попросишь его представить господина даАртаньяна леди Генриетте.
Парри поклонился королю и улыбнулся даАртаньяну.
- Шевалье, - продолжал король, - это ваша прощальная аудиенция. Можете ехать, когда вам будет угодно.
- Благодарю, ваше величество.
- Но только помиритесь с Монком...
- Непременно!
- Вы знаете, что я предоставил корабль в ваше полное распоряжение?
- Ваше величество осыпаете меня милостями, но я не допущу, чтобы офицеры вашего величества беспокоились ради меня.
Король потрепал даАртаньяна по плечу.
- Вы никому не причиняете хлопот, шевалье, я отправлю во Францию посла, которому, я думаю, вы охотно будете спутником, потому что коротко знакомы с ним.
ДаАртаньян взглянул на короля с изумлением.
- Посол мой - некий граф де Ла Фер... тот самый, которого вы называете Атосом, - прибавил король, оканчивая разговор, как и начал, взрывом веселого смеха. - Прощайте, шевалье, прощайте! Любите меня, как я вас люблю!
Спросив знаком у Парри, не ждет ли его кто-нибудь в соседнем кабинете, король прошел туда, оставив даАртаньяна в величайшем изумлении от такой страны ной аудиенции.