Страница 55 из 573
Атос понял, что Монк слишком хорошо осведомлен обо всем, что касается Карла II, и потому счел бесполезным продолжать свои настояния. И час и место мало подходили для этого.
- Милорд, - сказал он, - мне остается только выразить вам мою благодарность.
- За что, сударь? За то, что вы разгадали меня и что я поступил так, как вы надеялись? Право, это не стоит благодарности. Золото, которое вы отвезете Карлу, послужит ему испытанием. Увидим, что он из него сделает, и, может быть, я переменю о нем мнение.
- Однако ваша милость не боится скомпрометировать себя, выпуская из рук деньги, которые дадут вашему противнику средство действовать против вас?
- Моему противнику, говорите вы? Но у меня, сударь, нет противника. Я служу парламенту, который приказывает мне сражаться с генералом Ламбертом и королем Карлом! Они - враги парламента, а не мои, По его приказанию я сражаюсь с ними. Если бы парламент приказал мне украсить флагами Лондонский порт, выстроить солдат на берегу и встретить короля Карла Второго...
- То вы бы повиновались ему? - воскликнул Атос с радостью.
- Извините меня, - отвечал Монк с улыбкою, - где моя голова: я, седой старик, чуть не сказал ребяческой глупости.
- Так вы ослушались бы приказания парламента? - спросил Атос.
- Я не говорю и этого, сударь. Прежде всего спасение родины. Богу угодно было дать мне силу, которую я должен употребить на общее благо, и в то же время он дал мне способность рассуждения. Поэтому, если бы парламент отдал мне подобное приказание, то я бы еще подумал.
Атос опечалился.
- Вижу, - вздохнул он, - вижу, ваша милость, что вы решительно против короля Карла Второго.
- Вы все предлагали мне вопросы; позвольте и мне спросить вас, граф.
- Извольте, сударь, я отвечу вам так же откровенно, как вы мне.
- Когда вы доставите этот миллион вашему принцу, что посоветуете вы ему с ним сделать?
Атос устремил на Монка гордый - и решительный взгляд.
- Милорд, - сказал он, - другие употребили бы эти деньги на подкуп. Но я посоветую королю навербовать два полка, явиться в Шотландию, которую вы усмирили, и дать народу вольности, обещанные ему революцией, но еще не обеспеченные. Я посоветую ему лично командовать этой небольшой армией, которая быстро будет расти, верьте мне, и искать смерти со знаменем в руках, не обнажая шпаги, с криком: "Англичане! От вашей руки погибнет третий король! Берегитесь! Есть высшее правосудие!"
Монк опустил голову и задумался.
- А если он добьется успеха, - спросил он, - что очень невероятно, однако и не невозможно, ибо нет ничего невозможного на этом свете, - в таком случае что посоветуете вы ему?
- Посоветую помнить, что судьба лишила его престола, а добрые люди помогли вернуть его.
Монк насмешливо улыбнулся.
- К несчастью, - сказал он, - короли не всегда следуют хорошим советам.
- Ах, милорд, Карл Второй не король, - отвечал Атос, тоже улыбаясь, но с иным выражением.
- Граф, кончим переговоры... Вы сами того же хотите, не так ли?
Атос поклонился.
- Я прикажу отнести эти два бочонка куда вам угодно. Где вы живете?
- В предместье, около устья реки.
- О, я знаю его: все предместье состоит из пяти или шести домов.
- Совершенно верно. Я поселился в первом доме. Два рыбака живут со мной; они перевезли меня сюда на своей лодке.
- А где сейчас ваше судно?
- Стоит в море на якоре и ждет меня.
- Но вы поедете не тотчас?
- Милорд, я попытаюсь еще раз убедить вашу милость.
- Вам это не удастся, - сказал Монк. - Но вам надо выехать из Ньюкасла так, чтобы вы не оставили здесь никаких подозрений, которые могут повредить вам или мне. Офицеры мои думают, что Ламберт атакует меня завтра. Я же ручаюсь, что он не двинется с места. Ламберт предводительствует армией, неоднородною по своим принципам, а такая армия не может существовать. Я обучил моих солдат подчинять мой авторитет высшему авторитету, так чтобы после меня, вокруг меня, надо мною они чувствовали еще что-то. У моих солдат есть цель. Если я умру, что очень возможно, армия моя не начнет сразу же разлагаться; если я отлучусь, а это иногда бывает, в лагере моем не будет и тени беспокойства или беспорядка. Я магнит, сила, естественно притягивающая всех англичан. Я притяну к себе все мечи, посланные против меня. Ламберт командует теперь восемнадцатью тысячами дезертиров. Но вы понимаете, я ни слова не сказал об этом моим офицерам. Очень полезно для армии чувствовать, что предстоит сражение: все осторожны, внимательны. Я говорю вам об этом, чтобы вы жили спокойно, поэтому не спешите на родину: через неделю случится чтонибудь новое - либо сражение, либо мир. Так как вы, считая меня порядочным человеком, доверили мне вашу тайну, то я должен отблагодарить вас за доверие. Я приду к вам или пришлю за вами. Не уезжайте же, не поговорив со мной, еще раз прошу вас об этом.
- Обещаю вам остаться! - вскричал Атос, и искра радости вспыхнула в его глазах.
Монк понял его радость и остановил ее немою улыбкою, - так он убивал надежду у тех, кто думал, что убедил его.
- А что же мне делать в течение этой недели?
- Если у нас будет сражение, не принимайте в нем участия, прошу вас. Я знаю, французы любят развлечения подобного рода. В вас может попасть шальная пуля; наши шотландцы стреляют очень плохо, и я не хочу, чтобы такой достойный дворянин вернулся во Францию раненым. Наконец, я не хочу, чтобы мне пришлось самому отсылать вашему принцу миллион, который вы мне оставите; тогда скажут, и не без оснований, что я плачу претенденту на престол, чтобы он воевал с парламентом. Ступайте, сударь, и будем оба соблюдать наши условия.
- Ах, милорд, - сказал Атос, - в каком был бы я восторге, если бы первый проник в тайны благородного сердца, которое бьется в груди, прикрытой этим плащом.
- Так вы решительно думаете, что у меня есть тайны? - спросил Монк, не меняя слегка насмешливого выражения лица. - Какая тайна может скрываться в пустой голове простого солдата? Но уже поздно, фонарь гаснет; пора позвать нашего моряка. Эй, рыбак! - крикнул Монк по-французски, подходя к лестнице.
Рыбак, продрогший на холоде, откликнулся хриплым голосом:
- Что угодно?