Страница 8 из 49
Глава 7. Снова - здорово.
Ужин прошел в неловком молчании. Только Василиса щебетала что-то пустое. Марьяна в это время глядела в тарелку, практически ничего не съев. Несмотря на изобилие, питалась она здесь чрезвычайно скромно. Так и похудеть недолго. Но все ее мысли сейчас сконцентрировались на предстоящем побеге.
После она поднялась в комнату и уселась на диван, в напряжении сплела пальцы рук. Волнение подступало к горлу, не давая дышать. И что это она так волнуется? Может быть, после дневного разговора с Царевичем она осознала, что все происходящее – реальность, пусть и слегка смахивающая на фантазию. Все это совсем не сон, и если она погибнет здесь, то никогда не вернется домой. Нет, такой смерти она не хотела. Да и вообще никакой не хотела. Она еще не нажилась, не нагулялась. «Молодежь!» - как приятно называла ее когда-то бабушка.
Главное, чтобы сейчас к ней не пожаловал Кощей, иначе задача сразу усложнится. Если все получится, то его она больше не увидит. Странное чувство. Когда осознаешь, что что-то заканчивается, было оно хорошим или плохим, появляется сожаление. А было ли ее пребывание в Койграде неприятным? Пожалуй, сложно так сразу ответить.
Марьяна переоделась в свои вещи, но плащ брать не стала. Он символизировал для нее неудачу прошлой попытки. Пусть остается Кощею. Она нервно поглядывала за окно, когда же сядет солнце. Переплела косу, вымыла руки, застелила кровать. Как будто уезжает из санатория.
Наконец, солнце стало прятаться за горизонт. Бросила последний взгляд в зеркало. В коридоре, на лестнице и в холле перед дверью никакие препятствия ее не поджидали. Она вышла из замка и осторожно, прилипая спиной к каменной кладке, отошла в сторону конюшни. На улице стремительно темнело.
Пс, пс, - зашикали ей из конюшни. Оттуда выглядывал человек в накинутом на голову капюшоне.
Царевич поманил ее рукой.
- Мы уйдем через этот лаз, - он махнул куда-то внутрь конюшни, и Марьяна послушно вошла. Царевич глянул на нее с интересом. Ах, да! Она же в брюках. Такого он раньше не видывал. Ну, пусть глазеет – не жалко.
Деревянная стена конюшни, примыкающая к крепостной стене, была разломана.
- А что с этим? – Марьяна с интересом похлопала по темному камню.
- Сейчас, - Царевич доставал что-то из-за пазухи. – У меня есть одно средство…
В его руке оказался платок, чуть больше носового, чуть меньше шейного. Марьяна скептически посмотрела на вещицу. Это конечно сказка, но неужели этот платок…
Не успела она додумать, как Иван махнул тряпицей, и камни дрогнули. Потом еще раз. Все бы ничего, но звук при этом был не очень тихий. Даже громкий. Очень громкий! Пожалуй, нужно спешить. Царевич взмахнул снова и несколько камней треснули и выпали из кладки. Иван доломал камни так, чтоб мог пролезть человек. А со двора уже послышался топот.
За стеной стояли два оседланных скакуна. Царевич помог ей забраться на гнедого, а сам резво заскочил на вороного. И те понеслись галопом, унося их прочь от Койграда.
Марьяна оглянулась на скаку, чуть не потеряв равновесие. В проломленной стене крепости стоял Кощей. Выражение его лица разглядеть было уже невозможно, но Марьяна готова была поклясться, что он прищурил черные глаза и закусил губу. Появилось предчувствие, почти уверенность, что он на этом не успокоиться. Она спешно отвернулась. Впереди стояла непроглядная темнота.
Скакали они долго, несколько часов. Погони за ними не было. Марьяна устала, но чувствовала невероятный подъем, ощущая свободу всеми фибрами души. Ветер бил по лицу, откидывал косу назад, но Марьяна закрывала глаза и представляла, что это ветер перемен – сильный, но при этом теплый и ласковый.
Вот клонит ее здесь на романтичные сравнения. Ну, и ладно. Вернется к себе и будет занудничать. А здесь так и тянет остановиться и зачитать что-нибудь из Пушкина.
Зимоград был такой же крепостью как Койград, только немного больше. И камень крепостных стен был молочно-белым. Иван и Марьяна замедлили скакунов, и остановились перед огромными белыми воротами. Высокие створки открылись, и беглецов встретил седовласый старик. Он поклонился царевичу, затем Марьяне. Помог ей спешиться.
Вот кто тут выглядел сказочным персонажем, так это он. Белоснежные длинные волосы, седая борода, глубокие морщины и умные голубые глаза.
- Проводи девицу в покои, все устрой, – приказал царевич старику. И обратился к Марьяне. - А завтра мы все обсудим.
Она устало кивнула и поплелась за седовласым. Он проводил ее в белоснежную комнату, скрытую за белоснежными дверями, предложил переодеться в белоснежную одежду и лечь спать на белоснежную кровать. А затем ушел, оставив ее в одиночестве. Не потрудившись переодеться, она прилегла с краю огромной кровати и быстро уснула.
Утром, едва открыв глаза, она зажмурилась от яркого солнца. В комнате было пусто. Здесь никакой Алены к ней не приставили. Чудно! Она встала, отряхнула брюки, поправила слегка мятую блузку, потерла лицо.
В дверь тихонько постучали. Потом слегка приотворили. В щель просунулась симпатичная девчачья мордашка.
- Вы проснулись! – утвердительно произнесла она, и из-за двери показалась тоненькая фигурка. – Я принесла вам воду для умывания. Наша прислуга давно разбежалась, поэтому я сама решила вам помочь.
Девочка внесла в комнату большую чашу с прозрачной водой.
- Кто же вы? – поинтересовалась Марьяна.
- Анна–царевна, - с достоинством выговорила девочка.
Марьяна наморщила лоб. Что-то знакомое.
- У вас сестриц случайно нет? Марьи и Ольги? – спросила она.
- Есть, - подтвердила гостья. – А откуда вы знаете? Вам Иван рассказывал?
- Да, наверное… - задумчиво протянула Марьяна.
Так значит это Иван из Марьи Моревны. Там у него было три сестры. А родители…
- А ваши родители…?
- Совсем недавно покинули нас, - с грустью закончила ее фразу маленькая царевна.
- Сожалею.
Она умылась принесенной водой. Вытерла лицо белоснежным полотенцем.
- Братец сказал, чтоб я накормила вас и привела к нему – побеседовать. Но мне самой ужасно любопытно, кто вы такая?
- Марьяна.
А что тут еще скажешь? Про другой мир говорить, пожалуй, не стоит. А в этом мире она кто? Просто Марьяна и больше никто.
Девочка хитро улыбнулась, пытливо рассматривая ее одежду.
- Вряд ли все так просто. Не хотите говорить?
Молоденькая, а упрямая.
- Нечего больше рассказывать, - призналась Марьяна.
Девочка кивнула.
- А откуда вы?
- Издалека, - уклончиво ответила Марьяна.
- Из-за моря? - глаза девочки округлились. Видимо самое дальнее, что могут представить эти люди – какое-то море. – Оттуда я еще никого не встречала.
- Наверное, - сказала Марьяна, не понимая, к чему клонит ее гостья.
- Тогда буду называть вас Марья Моревна, - со смаком произнесла царевна.
Нет, нет, стоп. Она же не сказочный персонаж. Чужое имя ей не нужно! Марья Моревна – королева-воительница. А она просто заплутала в мирах. Вот и все.
- Нет, нет! Я Марьяна, а не Марья. И почему Моревна?
- Вы же говорили про море, - удивленно сказала девочка, не понимая ее реакцию.
- Да, но…
- А по-моему красиво, - Анна произнесла на распев. – Ма-рья Мо-рееев-на.
- Ох, ладно… - вздохнула Марьяна, смирившись.
- Тогда пойдемте есть, - довольная собой, встрепенулась царевна.
Проворно соскочила со стула.
- А потом к Ивану, иначе он будет сердиться.
- Ну, тогда нам лучше поторопиться! - Марьяна с улыбкой кивнула и поднялась с кровати.
Завтрак был скромнее, нежели в Койграде, но Марьяна поела с удовольствием. Настроение было прекрасным. Вот бы быстренько помочь Ивану, а потом вернуться домой!
Ждет ли ее там кто-то? – подумалось вдруг.
Мама давно умерла, отец пьет. С Никитой поссорилась. Разве что на работе хватились? Ну и пусть! Даже если никто не ждет! Там она дома, там все родное и знакомое. Есть магазины, таблетки, электрические чайники и горячая вода. Эх…