Цветок Эридана

− Халдор никогда не женится, − упрямо сказал Гай.

− Он хочет, чтоб все так думали. Но поверь мне: однажды здесь появится молодая королева.

− На черта она сдалась, если можно иметь кучу любовниц и жить в своё удовольствие?

− Не будь идиотом, − женщина ухмыльнулась. − Как говорил один монарх, брак − это не только две пары голых ног в постели. Дойная козочка с большим приданым обеспечит нам доступ к важным портам и голоса в Мировом Совете.

− Эка невидаль, − скептически заметил крепыш. − Главный козырь в политике не козочки, а войско и флот.

− Верно говоришь, − зашумели гассеры.

Дратса прищурилась.

− С такими мозгами, Миттель, ты всю жизнь будешь узнавать новости из газеты "Пиранийская правда".

− Да он и читать-то не умеет, − Хейль толкнул крепыша локтем, и все засмеялись.

Разговор перешёл к обсуждению последних событий в скводах. Внимание других приглашённых по-прежнему было приковано к четвёрке сегодняшних победителей. Те чувствовали себя неуютно: падаваны отмалчивались и скромно топтались в сторонке, квад разглядывал женщин, и лишь тун, подвыпив, пустился в разглагольствования о своих подвигах на арене, чем несказанно веселил окружающих. Вскоре в зал вошёл Хазар. Собравшиеся приветствовали его и продолжали общаться между собой. Вокруг короля собралась кучка избранных во главе с Таргом: как видно, на подобных собраниях не только пили и ели, а ещё решали многие дела.

Мункс не заметила прихода халдора: она стояла, прислонясь спиной к холодной каменной стене, и вслушивалась в разговор между немолодым мужчиной в длинном платье и одетым с иголочки толстяком лет пятидесяти, то и дело отиравшим крупные капли пота с лоснящегося лица. Вокруг вздымались загривки телохранителей.

− Этот выскочка-халдор стал забывать, кому обязан своим приходом к власти, − бурчал толстяк. − До меня дошли странные слухи насчёт женитьбы.

− Что ж, очередная блажь: халдоры и раньше брали себе женщин.

− Но не принцесс! Что он о себе возомнил? Тинт не давал ему разрешения жениться! Так и очнуться не успеешь, а дело дойдёт до престолонаследия. Неуправляемый халдор для нас опасен. Пора организовать новые выборы и назначить своего кандидата.

− Рискованная затея: Хазара всё ещё поддерживают Тарг и его клика.

− Можно надавить на несколько рычагов, тогда часть эрлов проявит недовольство и встанет на нашу сторону.

− Всё-таки сомневаюсь, что этого достаточно. Вдруг они не захотят признать нового правителя? Начнутся междоусобицы, а это навредит торговле. Нам следует действовать по-другому, не провоцируя явный конфликт.

− Как?! Мы пытались образумить его, но он не понимает намёков. Тупая, упрямая обезьяна! Открыто наплевал на наши устои, вооружает войско, дерёт налоги! А теперь ещё и жену хочет!

− Т-с-с, не кричите так, господин Нелу, мы же с вами интеллигентные люди. Очевидно, в намерениях халдора развязать войну с материком. Предлагаю дождаться, когда он её проиграет, и избрать нового правителя − более благоразумного, чем нынешний. Ваш белобрысый посол вполне подойдёт. Я хотел бы встретиться с ним, он здесь?

− Чёрт его знает, − толстый с брюзгливой миной оглядел зал.

Его взгляд равнодушно скользнул по Мункс, но сочтя её всего лишь местной куртизанкой, архонт продолжал:

− Нужно принимать меры. У Хазара слишком много амбиций, он разорит нас своими поборами. Северные рудники и так не приносят прибыли, а он, вместо того чтоб умерить потребности, решил строить флот. Какой флот в наших атмосферных условиях?! Вы видели смету на новые дирижабли? Их выгоднее купить, чем тратить деньги на постройку.

− Говорят, он пытался приобрести несколько кораблей в Нопле. Сделка, понятное дело, сорвалась.

− Наш правитель − идиот, − прорычал Нелу. − Никто ему ничего не продаст. Надо было действовать тонко, через подставных лиц, с откатами, по подложным документам.

Собеседники прошли мимо, и женщина переместилась поближе к пёстрому кружку слушателей, откуда доносились гневные возгласы: высокий кадар со множеством насечек на базубанде, означавших потопленные корабли, спорил о чём-то с мужчиной в одежде священника.

− Все мы игрушки судьбы, − со вздохом вещал тот. Речь его была быстрой и гладкой, словно льющейся из узкого бледного рта. − Бывает, волна выносит на гребне песчинку. Песчинка мнит себя выше других, но приходит время, и она снова оседает на дно. Плеск волн − это лишь хаотичное мгновенье жизни, а взлёт и падение − не более чем воля случая.

− Ерунда! Человек - хозяин судьбы. Я могу управлять ей, как своим кораблём.

− Сколько людей бросало вызов Создателю в тщетной попытке пересечь океан жизни! И каждого из них настигла буря − одна из тех, что срывает паруса и топит корабли, швыряя на скалы мёртвые тела.

− При чём тут создатель? Какой дурак потащит в шторм свои снеккары? Разве что идиот, всю жизнь проторчавший на суше, − воин выругался и сплюнул. − Не лезьте в наши порядки, магистр, добром это не кончится.

− Вот и вам не следует влезать в управление государством. Пусть каждый занимается своим делом: одни воюют, другие издают законы. Во главе государства должен стоять не тиран, а мудрый и достойный правитель.

− Какой же он достойный, если не смог победить соперников?

− А был ли смысл начинать неравную схватку? Разве исход борьбы не очевиден? Давайте изменим правила и не будем махать топором, чтоб доказать свою правоту, как в той бойне на арене, которую вы зовёте игрой. Впрочем, она являет собой отражение нашего общества: одни довлеют над другими, прикрываясь законами, которые для себя же и сочинили. Власть сильных не обеспечивает порядок, а вынуждает к повиновению. Правила выгодны лишь тем, кто их установил, кто присвоил себе право всегда выигрывать и возвышаться над другими, творить насилие и произвол, не являясь при этом лучшим представителем своего народа.

− Так и должно быть! Слабак никогда не сможет укрепиться и подчинить других. Кто будет такого слушать? Да его растопчут! Это закон природы, он незыблем.

− Факты, друг мой, свидетельствуют об обратном, − с насмешкой ответил собеседник.

− Какие ещё факты? − нахмурился кадар.

− В истории их много, − учёный небрежно махнул рукой. − Скажу одно: присвоенное вами право ПОПИРАТЬ других людей ногами есть не более чем болезненная мания человеческой особи, потребность в утверждении над себе подобными, выражение индивидуального эгоизма; законы природы не имеют к этому ровным счётом никакого отношения. Вы трактуете их однобоко и примитивно, не понимая сути вещей: для вас это лишь наукообразная теория, придуманная ради подтверждения существующего порядка − иначе говоря, идеология власти. Однако есть иной, более важный закон, именуемый нравственностью, и идёт он от Бога. Он гласит: все люди от рождения равны, свободны и имеют право выбора.

− Хватит нести чушь! Не вы ли твердите, что люди − это рабы божьи? Как рабы могут быть свободны?

− Вы рассуждаете неверно, − возразил Лаг. − Они свободны в своём самоотречении, в своей вере, в то время как другие пребывают в подчинении у мелочных земных властителей.

Кадар побагровел:

− Лучше подчиняться халдору, чем вашему идиотскому богу! Проклятые святоши! Катитесь на материк и проповедывайте там.

− Не пойму, чем вам так не угодили верующие, − улыбнулся мужчина, и его задумчивый взгляд остановился на Мункс. − Все они мирные и благочестивые люди.

− Которые сеют смуту и подрывают устои общества! Они хуже бандитов − они бунтовщики, не желающие выполнять приказы короля. Их место среди воров и убийц!

− То есть человек, желающий свободы, бунтовщик? А человек, желающий неограниченной свободы?

− Анархист! И должен быть казнён!

− Всего лишь за свои желания? − магистр укоризненно покачал головой.

− Не только! Мирные люди не устраивают взрывов и не освобождают рабов, чтоб грабить окрестные деревни, − вмешался какой-то юнец.

− За них это делают квады халдора! Столько отнимут, что хоть ляг и помирай! − выкрикнули из-за спин слушателей.