Страница 18 из 183
− Сдаюсь! − хрипел он.
Пальцы на трибунах показывали вниз, но хенкер огрел его пару раз и отпустил. После того как повторно объявили супплициум, он вырезал смертнику сердце и трагическим жестом протянул его в сторону Мункс. Та грубо выругалась.
− Прекрасно, − в восхищении произнёс Тарг. − Финал превосходит все мои ожидания.
Прасет несколько раз ударил в гонг, призывая к порядку.
− Унести тело! − приказал он страже. − Да продолжится игра! Объявляю девятнадцатый ход!
Не успели стихнуть восторженные крики толпы, как по решению туна в игру вновь вступил копейщик. Все затаили дыхание: счёт составлял 6:5, и сейчас решалась участь последнего смертника. Гассеры чуть не вываливались вниз, надеясь на победу монстра. Копейщику, как всегда, не везло − он был измотан последними поединками, а его противником стала двухметровая эмбия-самка. Самки были гораздо свирепее и опаснее самцов. Её длинные усики агрессивно развернулись в сторону человека, учуяв свежую кровь. Без особых церемоний эмбия обежала вокруг, так как была зла и голодна. Копейщик вертелся как юла, держа копьё левой рукой наготове. Р-раз! − эмбия отскочила; юноша быстро выдернул копьё из песка и встал в прежнюю позу. Р-раз! − устрашающие челюсти щёлкнули возле ноги падавана, но нога вовремя поднялась, а копьё едва не пригвоздило эмбию сверху.
− Парнишка уже наловчился драться, − отметила Мункс.
− Вот это да! − не выдержал Неай. − Сейчас освободят ещё одного смертника. Ну и ну!
− Не импакт, а цирковое представление! − выругался седой эрл.
− Это всё для более острых ощущений, не так ли, Тарг? − язвительно усмехнулась Мункс.
− Да уж, ощущений хоть отбавляй, − проворчал Ога.
Халдор подозвал к себе двух эдлеров и что-то приказал им; на арену он больше не смотрел, поскольку пока ни одна из сторон не имела перед другой сколько-нибудь существенных преимуществ. Пару раз эмбия пыталась сбить падавана ударом хвоста, и ноги у него украсились длинными рваными рубцами, пару раз падаван успел ткнуть в тело, не задев, по-видимому, никакого важного участка. Развлекая таким образом публику, они крутились по арене. В конце концов, после очередной неудачной попытки добраться до человека и колющего удара в бок дьявольское насекомое потеряло терпение, обежало падавана в последний раз и перескочило туда, где его ждала более легкая, дрожащая от страха добыча. Крики волнения пролетели по рядам зрителей. Далее всё происходило с неслыханной быстротой: несколько секунд эмбия ощупывала жертву усиками, затем отогнула их и свирепо вцепилась челюстями в скованного смертника. Издавая нечеловеческие вопли, тот забился в цепях, а эмбия зарылась ему в живот, раскапывая внутренности. Такое на играх случалось постоянно, но это зрелище по отвратительности далеко превосходило предыдущие. Многие отворачивались, не в силах смотреть на происходящее, в том числе и Мункс.
− Нервишки, нервишки, − усмехался над её ухом Тарг.
Падаван, изменившись в лице, метнул копьё, и оно пробило мягкое брюхо твари, намертво пригвоздив её к земле. Эмбия задёргалась, пытаясь освободиться, но поскольку не могла этого сделать, снова и снова с яростью кидалась на беззащитного смертника, изгрызая его заживо. Человек скрючился и повис на цепях, хрипя от мучительной боли. Копейщик бросился к столбу, вытащил нож и с хрустом вонзил его в сплетение нервных узлов монстра.
− Наш новый Спаситель, − произнёс Тарг, преследуя копейщика хищным взглядом.
Среди зрителей поднялся бушующий рёв, в котором потонул звон гонга, и непонятно, чего было больше в этом шуме: удивления, недоверия или неудовольствия. Смертника расковали и тут же пристрелили из арбалета, чтоб не мучился.
− Люди Мроака! Объявляю конец игры! − провозгласил распорядитель. − Защитники одержали победу со счётом 6:5! Впервые мы наблюдали такое сочетание удачи и мастерства боя! Приветствуйте защитников! Слава героям! Слава победителям!
− Экая жалость, гебетский раб не дожил до конца, − ехидно сказал Ога. − А то получил бы свою награду.
− Ничего, зато её получит копейщик, − прошелестел Тарг с другой стороны. − Не так ли, Мункс? Столько переживаний за бедного мальчика.
− Если вы оба не заткнётесь, ваши кости загремят по арене, − пригрозила Мункс.
Трибуны сотрясались от криков, свиста и оваций. Трижды пропели трубы, и растерянные победители совершили круг почёта по арене. Первым шёл тун, за ним оба падавана − они имели потрёпанный и усталый вид, но были безмерно счастливы. Завершал процессию одурело выглядевший квад.
− Что-то наша мятежница бледна, − произнёс король. − Вина?
− Спасибо, − она взяла кубок, залпом выпила и поставила обратно на поднос.
− Неужели ты не рада победе? − съязвил Ога.
− Рада, − без энтузиазма ответила Мункс. − Конец уж больно мрачноват. Смотреть, как живое превращается в мёртвое − просто жуть.
− Леди утратила былую закалку, − поддел её Тарг. − Дать тебе носовой платочек?
− Тарг, да пропади ты пропадом!
Эрл не унимался:
− Вечером будет торжественная часть. Поздравляю − ты приглашена.
− Неужели? За что преступнице такая честь? − Мункс с подозрением посмотрела на Хазара, но тот ничего не ответил, так как в это время процессия доковыляла до королевской галереи и дробь барабанов оборвалась. Трое защитников и тун зачарованно посмотрели наверх. Хазар произнёс небольшую речь, поздравил победителей игры, похвалил туна за хитрость, а копейщика за смелость, потом добавил пару слов о вознаграждении и завершил речь приглашением на сегодняшний ужин в замке в качестве почётных гостей. Защитники поклонились, обескураженные такой милостью. Что касается Мункс, её снова связали, и гассер Неай получил приказ отвести пленницу в карцер.
Глава 3. Пирушка
Мы маленькие рыбки, ведомые нашим ikhthus, мы рождаемся в воде
и можем спастись не иначе, как пребывая в воде.
(из христианского)
В зал стекались приглашённые. Молчаливые слуги сновали между группами одетых в чёрное людей, заканчивая накрывать на стол и разносить напитки. Слабое факельное освещение создавало мрачную атмосферу, и со стороны могло показаться, что здесь собрались для заговора, а не для праздничного банкета. Многие гости обменивались косыми взглядами, в которых легко читалась враждебность. Большинство составляли соратники халдора, но были и другие − в длинных одеяниях, с охраной и даже с жёнами. Женщин рассматривали без всякого стеснения − здесь это было в порядке вещей.
Одна кучка была особенно многочисленной, однако примечательность её заключалась не в этом. Приглядевшись, можно было заметить, что компанией верховодит высокая стройная женщина в воинской одежде. Ей нельзя было отказать в своеобразной привлекательности, хотя капризный излом губ и прищур узких тёмных глаз придавали её лицу выражение постоянного нахальства. Гладкие белые волосы были разделены пробором и падали вдоль ушей, едва касаясь плеч. Она непринуждённо смеялась и отпускала замечания по поводу входящих.
− А, Тарг! Я уж думала, ты не придёшь, − сказала она, крепко обнимая эрла. − Где был? Подсчитывал убытки с импакта?
− Нет, дорогая, глотал пилюли и плакал в подушку.
− Ах, ты ещё и язвишь? Значит, дела не так уж плохи, − ухмыльнулась женщина. − Что сказал Хазар?
− Как всегда, недоволен.
− Зато какое веселье! Хотя твоя цангелия чуть всё не испортила.
− Что, слишком жестоко? − Тарг склонил лысую, покрытую беловатыми шрамами голову.
− Нет, слишком быстро. Я не люблю это, ты же знаешь, − она толкнула его кулаком и засмеялась.
Пока они беседовали на тему сегодняшней игры, в зал вошёл тун, смущённый, но очень гордый, что попал в такое избранное общество. Все взгляды тут же обратились в его сторону.