Страница 32 из 36
— Ты не ранена? — первым к Мелинде подскочил Антонин.
— Нет, все в порядке. Они, похоже, от нас такого не ожидали.
— Да уж, детишки, которых ничему не учили, задали жару!
Люпин был еще жив. Раны страшно кровоточили. Из кустов вытащили тяжело раненого эльфа в драной наволочке. Сириуса с трудом оторвали от его неудачной копии. Рудольфус, Рабастан и Люциус вязали нападавших.
— Должен заметить, мисс Мэй, что я горжусь, что имел честь учить вас, — проговорил Снейп.
— Северус, тебе не стоит возвращаться в замок.
— А что с Люпином?
— Этот идиот не принял зелье. А если учесть его ненависть к собственному состоянию, то здесь могло быть просто кровавое месиво. Хотел бы я знать, чем он думал. Вряд ли головой.
Хагрид с трудом поднялся на ноги.
— А что эта было? — спросил он.
Ему никто не ответил.
— А это кто? — Мелинда указала на лжеБлэка. — Он же не под обороткой: волосы, ногти или еще что от Сириуса он достать не мог. Да и не выглядел бы он таким.
— Это чары, малышка, — объяснил Антонин. — Давайте-ка отсюда переместимся, пока еще кого не принесло. Давай руку. Или ты домой?
— Мне нужно узнать, что с ребятами.
— Хорошо, значит — в Малфой-мэнор.
В малой гостиной Малфой-мэнора леди Нарцисса отпаивала неожиданных гостей успокоительным.
— Мелли, я так волновалась! Обязательно свяжись с Бэллой, она себе места не находит. Где остальные?
— Сейчас будут, — ответил Антонин.
Появился Люциус с Блэком и лжеБлэком.
— Ну что, мистер Поттер, хотите узнать, кто это такой?
— Все хотят.
Заклинание ярким лучом срывается с палочки. На месте того, кто изображал крестного Гарри, оказался одноногий и одноглазый маг с покрытым шрамами лицом.
— Ой, — сказал Рон, — это же Аластор Моуди! Как же так! Зачем он…
— А вы еще не поняли?
В гостиную вошел Лорд.
— Люциус, свяжись с св. Мунго. Будем с детей иллюзии снимать.
— Да, мой Лорд.
Невилл напряженно смотрел на Мелинду, которая вернулась в комнату, переговорив с Беллатрикс через камин.
— Я понимаю, — сказала она, — тебе все это неприятно. Да, мне пришлось вас всех обманывать. Моя фамилия Лестранж-Мэй.
Все, кроме Драко, вздрогнули.
— Мелинда, ты… — начала Гермиона.
— Да, я. И я горжусь своей принадлежностью к древнейшему и благороднейшему Роду. Я пойму, если вы не захотите больше со мной дружить, хотя мне и будет очень и очень больно. Но Лестранжи своих не предают.
Вперед выступил Антонин.
— Тихо! — сказал он. — Вы сейчас готовы наговорить обидных слов, после которых уже не сможете смотреть в глаза друг друга. Давайте просто подождем. Скоро прибудет целитель, а тебе, Мелли, лучше отправиться домой. Завтра поговорите.
Мелинда внимательно взглянула в глаза своего друга.
— Спасибо тебе, Тони! Ты самый лучший друг на свете! И самая лучшая тетушка. Мне действительно сейчас лучше домой. А завтра…
— Вот завтра и поговорите. Давай! Спокойной ночи!
— Спокойной ночи! — попрощалась со всеми Мелинда и вышла из комнаты. На душе стало легче.
Беллатрикс действительно волновалась. Так что Мелинда первым делом слила воспоминания в фамильный Омут Памяти, к которому и припала леди Лестранж.
— Да-а-а, — протянула Беллатрикс, наконец оторвавшись от резной каменной чаши, — жалко, что меня там не было.
Домовики сервировали поздний чай. По приказу хозяйки дома они выставили и бутылку вина. Дамы отпили по глотку.
— С боевым крещением, Мелли! Вы с Драко хорошо смотрелись. Но какая же подлость! Мне искренне жаль Сири, хотя он и редкостный раздолбай.
— Лорд приказал вызвать целителей.
— Да, иллюзии надо убирать. Ничего хорошего в них нет. Хотя твоим друзьям будет очень тяжело. Но лучше знать правду.
— Теперь крысу поймали, и мистера Блэка можно будет оправдать, — сказала Мелинда, — я рада за него и за Гарри.
— Это да, — согласилась Беллатрикс, — потом можно будет и о нашем оправдании подумать. Мы не можем всю жизнь прятаться.
Вернулся Рабастан.
— Я на минуту, — сказал он, — в Малфой-мэноре полный бедлам. Люциус обрабатывает министра. Целители в шоке. Наши прихватили нескольких людей Дамблдора. Страшный бардак! О возвращении в школу речь не идет.
— Хогвартс всегда считался самым безопасным местом в Британии, — проговорила Беллатрикс.
— Да уж…
Мелинда приняла успокоительное и легла спать. Завтра должен был быть тяжелый день.
В Малфой-мэноре продолжался сумасшедший дом. Арестованных увели. Сириус активно знакомился с Гарри. Гермиона и Рон с трудом приходили в себя. Невилл был мрачен. Драко честно пытался выполнять обязанности радушного хозяина, но в конце концов плюнул на эту затею.
— Привет! — тихо сказала Мелли. — Как вы тут?
Гермиона подняла на нее совершенно больные глаза.
— Это так ужасно, — всхлипнула она, — в голове такой туман был. Целитель Тикки сказал, что нам несколько раз память меняли. Теперь лечиться надо.
— Главное, что это можно вылечить, — сказала Мелинда, — и вас здесь оставили, в госпиталь не забрали.
Рон шмыгнул носом.
— Значит, ничего не было, — тусклым голосом проговорил он, — и тролля не было, и всего остального…
— Рон, — Мелинде захотелось его встряхнуть. Плевать, что лентяй и обжора, но не заслуживал он подобного. — Ты вполне сможешь всего добиться сам. Выучишься и добьешься. Смысл верить в сказки? Тем более что все все равно говорили бы, что тебе просто повезло. И доказательств никаких. Любой мог сказать, что ты все выдумал. А теперь у тебя будут настоящие подвиги.
— Думаешь? — спросил рыжий.
— Уверена!
— А моя крыса…
— Ну, давай мы все вместе скинемся тебе на нового питомца. Сову хочешь?
— Хочу!
— Договорились, будет тебе сова.
— Точно, — подхватился Сириус, — я куплю.
— Ну вот видишь…
Невилл вздохнул.
— Мелли, а ты правда… Лестранж?
— Да. Знаешь, хорошо, что Тони нас прервал. Давайте я просто расскажу, как все было.
— Давай.
Заглянувший в комнату Драко вызвал домовиков, которые сервировали чайный стол.
— Мне тоже интересно, — сказал наследник Малфоев.
Мелинда откусила от пирожного.
— Я почти не помню мою маму, — начала она, — она умерла, когда мне было пять лет. От передозировки героина — это такой маггловский наркотик. Страшная вещь. Мама спала с мужчинами за деньги, а меня отдала миссис Мом. Платила ей за меня, а потом умерла. Миссис Мом гадала на ярмарках. Тут и выяснилось, что у меня дар, что я могу говорить с мертвыми. Мы стали устраивать спиритические сеансы. За это хорошо платили.
— Значит, деньги у вас были? — спросила Гермиона.
— Но не у меня, — ответила Мелинда, — зачем тратить деньги на маленькую девочку, когда есть скачки, собачьи бега, лотереи, виски?
— Это незаконно! И эксплуатация малолетних к тому же!
— Кого это волновало? А потом появилась профессор МакГоннагал с письмом из Хогвартса. Миссис Мом меня, конечно, не хотела отпускать. Был скандал. В общем, после всего этого возвращаться мне было некуда. Мы пошли за покупками к школе. Я видела, как тебя все тискали в «Дырявом котле», Гарри.
— Да уж! — поежился от воспоминаний Поттер.
— Тут я и познакомилась с профессором Квиреллом. Рядом с ним было так уютно. Ощущалась такая Тьма… А профессору МакГоннагал было некогда, она была рада передать меня с рук на руки. Мы тогда долго разговаривали. Квиринус предложил мне пройти тест в банке, а потом пригласил жить к себе.
— И ты узнала, что ты — Лестранж? — спросил Невилл.
— Лестранж-Мэй. Я незаконнорожденная.
Мелинда продемонстрировала перстень с Bend Sinister.
— Тогда же я познакомилась с Лордом, — продолжила она. — Ему была нужна моя помощь. Шляпу я уговорила, все знали, что Гарри Поттер будет на Гриффиндоре.
— Но мне Шляпа предлагала Слизерин, — сказал Гарри, — правда я… Да, теперь многое становится понятным.
— Ну вот, — сказала Мелинда, — и я выполняла задание. Квиринус тролля не запускал. На него пытались наложить Империо, чтобы он вызвал панику.