Страница 29 из 53
— Вопрос в том, пойдет ли оно на контакт, — потер подбородок министр. — Может быть мы как-то неправильно себя ведем? Вдруг оно обидится?
— Мы же не знаем обычаи рептилоидов, — вздохнул начальник невыразимцев, — но можно будет сориентироваться на месте. Главное, не показывать агрессию. И угощение бы не забыть. Только неизвестно, что они любят.
— Может, магглы знают? — предположил Флитвик. — Раз информацию мы получили от магглорожденных — не исключено! Возможно, стоит связаться с тем мальчиком, которого пригласил Драко Малфой? Похоже, что он что-то знает.
— Его фамилия Финч-Фленчли, — сказала профессор Спраут. — Его семья занимает довольно высокое положение среди магглов. Так что, думаю, у него мог быть доступ к информации. Или в их семье могли сохраниться какие-нибудь записи. Я от многих студентов слышала, что магглы часто хранят даже что-то совершенно им непонятное.
— Профессор Барбэйдж, — спросил Фадж, — а что вы можете сказать по этому поводу? Все-таки вы преподаете маггловедение.
Чарити Барбэйдж в это момент очень хотелось провалиться сквозь фундамент Хогвартса.
— Ннн-ничего… — пробормотала она, — это… это закрытая информация. Магглы ей не делятся.
— С детьми поделились, а с вами нет? — насмешливо протянул Снейп.
Коллега ответила ему взглядом смертельно раненой лани. Впрочем, качество преподавания профессоров маггловедения было широко известно. Не зря же больше всего работы у обливиаторов было первого сентября.
Наконец все добрались до Тайной Комнаты. Вновь прибывшие были потрясены.
— Логово рептилоидов… — пробормотал Фламмель.
Мадам Фламмель и синьора Маддалена обменялись понимающими взглядами.
— Как вы думаете, где тут главное гнездо? — спросил Снейп.
— А бассейн зачем? — заинтересовалась синьора. — Может, вода необходима для лучшей линьки? Или тут было что-то еще?
— Проводились какие-нибудь ритуалы? — предположил начальник невыразимцев. — Знать бы еще какие…
— Змеям для успешной линьки нужна определенная влажность, — сказал Снейп, — но для этого было бы достаточно искупаться в озере. Так что наличие бассейна указывает на проведение неких манипуляций. Ну, или местному рептилоиду было не по чину бултыхаться в озере.
— В бассейне обычная вода, — отчитались невыразимцы, — но возможно, что когда-то сюда добавляли какие-нибудь зелья. Бассейн проточный.
— Тут есть пустоты, — продолжал главный невыразимец, — но взламывать мы не решились. Что-то очень странное за этой статуей. И еще в нескольких местах.
Снейп с интересом оглядывался. Вспомнились давным-давно просмотренные на каникулах вместе с Лили фильмы о пришельцах. Неужели где-то здесь скрыт космический корабль?
— А излучение никакое не фиксируется? — спросил он.
— Нет, — ответил невыразимец, — но мы не так давно установили аппаратуру, так что пока сложно говорить о чем-то конкретном.
— А эти змеи, что тут изображены, — спросила мадам Фламмель, — они все одинаковые? Как думаете, это просто изображение абстрактных змей, или тут разные виды? Они отличаются от известных только размерами?
— Об этом стоит подумать, — заинтересовался невыразимец.
Наконец экспедиция выбралась из Тайной Комнаты. В коридоре нашелся ранее скрывавшийся Локхарт. От сияния его наряда можно было ослепнуть. Тем удивительнее было увидеть, как от “блестящего профессора” отошел какой-то парень в студенческой мантии. Это успели заметить все.
— Ну-с, — заявил профессор ЗОТИ, — я готов! Где чудовище?
Присутствующие обалдело его разглядывали.
— Гилдерой, — нахмурилась МакГоннагал, — а кто тут только что был? Ведь в Хогвартсе сейчас нет студентов.
— В самом деле? — переспросил тот. — Но разве это важно? Милый молодой человек попросил автограф.
— А где же он? — спросил Шеклбот.
В коридоре никого не было.
— Но ведь в школе действительно не осталось ни одного студента, — пробормотала МакГоннагал, — мы же все связывались с родителями. Неужели кто-то вернулся?
— Срочно проверить весь замок! — распорядился Скримджер.
Авроры буквально прыснули в разные стороны. Деканы бросились к каминам — перепроверять, кто из студентов покинул отчий дом. Гостей пригласили в кабинет директора.
— Альбус, — проникновенно проговорил Фламмель, — ты ничего не хочешь мне рассказать?
— Эм…
— Кто-то провел ритуал, от которого пострадала первокурсница. По словам Гарри и его подруги, девочка что-то постоянно писала в некоей черной тетрадке. При этом ее поведение было не совсем адекватным. Эту тетрадь нашли? Где волшебная палочка девочки? Профессор Локхарт, вы случайно не в черной тетрадки расписывались?
— Э-э-э-э, — задумался Гилдерой, — ну да. То есть, этот милый молодой человек очень сожалел, что забыл мою книгу, но у него была тетрадь. Да-да, черная тетрадь.
— А что вы там написали?
— Ну… наилучшие пожелания для Тома. А что?
Дамблдор побледнел до синевы.
— Альбус…
Присутствующие внимательно смотрели на директора.
— Кто такой Том? — спросил Фламмель.
— Не… не знаю…
Нос директора удлинился.
— Врешь, Альбус! Ты очень хорошо знаешь этого Тома. Так кто это? Заклинание не спадет, пока ты не отучишься врать. Его просто так не снимешь.
На директора было жалко смотреть.
— Альбус, скажи нам правду. Это не больно. Сперва будет сложно, но постепенно привыкнешь. Кто такой Том?
— Это… это… это Том Риддл, — прошептал Дамблдор.
— Том Риддл? Кто такой Том Риддл? — переспросил Фламмель.
Люциус Малфой подобрался.
— Том Марволо Риддл? — переспросил он. — Не может быть! Но ведь он…
И Малфой непроизвольно схватился за левое предплечье.
— Э-э-э-э, — заинтересовался министр, — мы чего-то не знаем?
— Потом он называл себя лордом Волдемортом, — явно через силу проговорил Дамблдор.
Присутствующие охнули.
— Но мы видели подростка, — проговорил невыразимец, — а мистеру Риддлу уже немало лет. И при чем тут тетрадь?
— Альбус?
— Н-не… То есть, я не уверен. Мальчик создал эту тетрадь, когда учился в школе. Я хотел ее исследовать, но не успел.
— А как она попала к девочке?
— По ошибке.
— По чьей ошибке?
— По моей, — очень тихо прозвучало в ответ.
Фламмель переглянулся со своей женой и синьорой Руджиери.
— Император Рудольф, — тихо проговорила Маддалена.
— Ты уверена?
— Очень похоже.
— Вы не расскажите? — заинтересовался Фадж.
— Рудольф был сквибом, это многие знают, — ответила синьора, — он искал способы стать магом, мечтал о Философском камне. Когда понял, что у него ничего не выйдет, переключился на рецепты вечной молодости. Макропулос создал эликсир и испытал его на свей дочери. Несчастная испытала чудовищные муки и несколько дней пролежала как мертвая. Она выжила, но император испугался этого пути. Другой способ подсказал ему Бен-Бецалель. Можно было сделать слепок души, заключив его в неодушевленный предмет. Постарев, маг, проведя некий ритуал, мог умереть и вернуться в том возрасте, в котором был сделан слепок. При этом утрачивались все знания, полученные после. Мой предок переписывался с Макропулосом и с другими магами, жившими в то время в Праге. По слухам, Рудольф создал такой слепок, но это весьма сильно на нем сказалось. Он очень сдал, утратил власть, потерял корону и умер. То ли никто не захотел возрождать императора, то ли слепок его личности был уничтожен.
— Какая мерзость! — пробормотал невыразимец.
Дамблдор потрясенно смотрел перед собой.
— То есть, по школе бегает Тот-Кого-Нельзя-Называть, только подросток? — в ужасе проговорил Скримджер.
— С подростком может быть и легче справиться, чем со взрослым, — задумчиво проговорил Флитвик. — Я помню Тома. Очень был старательный мальчик.
— Но выросло из него… в общем, что выросло, то выросло, — проворчал невыразимец, — но если вы правильно догадались, и изменения в нем начались после создания этой тетрадки, то, возможно, мы можем получить более вменяемую копию. Тут главная сложность в том, как его ловить. А поймать надо обязательно.