Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 21 из 23

Гимли мелко затрясся, издавая кашляющие звуки, плечи его ходили ходуном. Сергей решил, что он подавился крошкой, но все было проще. Гном хохотал. Хохотал, пока не по-текли слезы из его голубых ярких глаз, прорезая кривые дорожки на пыльных и чумазых ще-ках.

- Ой, умру... Скажи, ты часом не знаешь, та ваша страна, Россия - она, случайно, не была самой большой среди всех соседних?

- По площади - да, по богатствам и населению нет.

- И после каждой войны становилась еще больше?

- В общем да. Но ведь не мы те войны начинали! Ну вот сейчас - что, мы на эльфов напали? Или Пограничный накинулся на кого-то?

Гном просто зашёлся от хохота. Он кудахтал, рыдал, махал руками, пока не сполз на грязный пол.

- Все. Конец баронству Вирацкому. И в вашей победе теперь точно не сомневаюсь, - простонал он, наконец кое-как усевшись. Отдышавшись, он сказал наконец:

- Когда Пришлые провалились сюда, вас было с гулькин нос, а земли у вас - ваши шесть городов, да несколько сел вокруг них. И не вздумай спорить со мной, я третью сотню лет разменял и помню мир еще без вас, Пришлых. А сейчас что? По землям шесть княжеств ваших как бы не поболе всех других населенных миров. Все же, что ты, Серега, ни говори, но вы, Пришлые, наш мир перевернули. Хоть и немного вас, дай боги, чтобы по одному пришлому на сто разумных местных, а то и на тысячу, а все тут испортили, потому что, ни-кого не спросясь, переделали весь наш мир под себя.

- Это почему это?

- Раньше каждый из народов имел свой мир, где царили только его законы, и никто туда не мог сунуться. Ну, кроме, разве что, людей - не было у них своего безопасного мира-то, все к кому-то прибиться норовили. Но это скорее исключение, да и людишек, кроме их колдунов да самых сильных владык, никто и в расчет не брал. Чем они другим народам мог-ли помешать жить? Вот и не обращал никто из Старых рас на них внимания.

У нас, гномов, всегда были наши пещеры. Считай, что неприступные, да к тому же кроме нас в них толком никто и воевать не мог. Воевали, правда, мы и наверху. И с орками, и с ушастыми, и всегда могли отступить к себе. И нас в наших пещерах было не достать. А на людишек и не смотрели - куда им против нас воевать-то было? У эльфов же каждая их Пуща - это чистая магия Леса. Любого, кроме эльфа ушастого, погубит, закрутит, уронит в про-пасть. Сама себя лечит, сама себя кормит. И людей ушастые вовсе как зверушек восприни-мали. Хотя нет, о зверушках они заботились, а людей убивали только. Ради развлечения. И сжечь пущу было нельзя, она любой огонь гасила... ну, пока вы с напалмом не заявились.

И тут воссияло, и вы эльфам мир перевернули с ног на голову! Ведь кто мог предста-вить, что люди эльфову пущу сожгут в отместку за казнь послов. Ну, подумаешь, высоко-родные пошутили - с живых людишек кожу спустили. А людишки им за это возьми и спали пущу. Вместе с ними самими. И все почувствовали себя уязвимыми. Кстати, от этого нерв-ничают и могут дел натворить. И после каждого наезда, каждой войны - земли, богатства и людей у вас все больше. И ведь что смешно - князья ваши от жадности лопаются, и не люби-те вы их сами. И нос власти натянуть любому Пришлому самое милое в его жизни дело! Та-кое чувство, что вы и власть ваша - два разных, очень даже враждебных народа. Но, стоит из-за алчности князей на вас кому напасть... Не завидую я им, короче. Но зато потом вы мирные, вас все обидеть норовили и по щам, как ты говоришь, получили. Я так думаю, когда окрестные бароны, или там эльфы, или еще кто, про ваше миролюбие слышат, так вздраги-вают и боятся в коленях. Потому, что знают - кому-то после этого не быть. И не вам. Все ваши правила жизни можно в одну фразу сложить: "Я же говорил, что не брал? Значит - не отдам!" Что, не так? Все верно?

- Ну, примерно, - вынужден был подтвердить Воронов.

- Ага. Примерно, - громогласно заржал гном. - Примерно это у жеребца примерно до земли, а тут все точно! Но я вас вовсе не виню, а очень даже одобряю. И вообще даже не я, а все гномы. Что и видно из того, где мы. С тобой в подземелье, а не против тебя - на улице. Я к чему это - правильно все вы делаете! Нельзя тому, кто вот-вот приберет весь мир к рукам, или может прибрать, попадать хоть в какую-то зависимость от других, слушать их бубнеж, как правильно жить и петь всяким там мэллорнам, и что как это распрекрасно, когда мужики в задницу любятся. Тьфу, прости меня Прародитель... Мы, гномы, миром не правили, не пра-вим, и не будем править. Нас под землю все тянет, а остальных - наверх. Но даже нас эти хитрозадые кролики ушастые пытаются учить как жить. И все у них с тройным дном, и ино-гда интриги по сто лет длятся. Присмотришься - вроде при деде твоем все началось, ан - чтоб тебя сгубить и, например, лощинку, где выход наш из пещер, себе прибрать, а нас за-ставить не изделие, а сырье продавать. Даром почти. Или пошлиной такой обложить... И не денешься никуда - все пути у них были под приглядом! А тут вы. Нам вы не помеха, мы - вам, а значит, можем с вами дружить. И торговать. А с другими так не выйдет у вас.

- Ну вот, видишь. Сам все и сказал. Те же эльфы и вам мешают, торговлю портят, маршруты блокируют. Не вижу поводов для расстройства.

- А нет поводов, - заржал снова Гимли, - Мне то чего? Мы еще и гномьих врагов ра-зогнали, если до кучи брать. О том и говорю, что кроме нашего гномьего племени, вы для всех остальных беда. Их счастье, что мало вас пока. Вот только поэтому мы пока в подвале и отстреливаемся. А вот почему ваши самолеты не взлетят и не накрошат супостатов в мелкую расфигачку - я понять не могу!

- Не так все просто... Взлетку легко обстрелять, а самолет на взлете беспомощен. Ду-маю, в форте это понимают и что-то затеяли.

- Ну-ну... А только так скажу - без самолетов ваших наше дело печально!

И все же Гимли со здоровым гномьим упрямством верил в то, что уже скоро их осада завершится, и завершится победой. А вот потом нужно будет искать своих. Он надеялся на то, что остальные живы, хотя именно - надеялся, а не был уверен. Особенно его беспокоила судьба сопляка Дарри. Надо обязательно будет дождатся или отыскать всех своих, и живых, и, избави Прародитель, мертвых. Негоже их в безвестности оставлять. Род не поймет.

В эту самую минуту старейшина Рарри с Александром Волковым, тем самым шуст-рым Пришлым, про которого говорил Пружина, обсуждали придуманный этим самым При-шлым план по их эвакуации из форта в часности, и из Пограничного вообще. Все гномы, слава Истаре, были целы и невредимы. План был целиком завязан на взлет спешно ремонти-руемого сейчас в ангаре самолета. Да не просто самолета, летающего форта. В случае успеха это был бы переход в наступление на захватчиков. Потому что "Громовержец" должен был не просто прорвать блокаду, но и помножить на ноль огневое преимущество врага. И прорыв Волкова должен был помочь взлёту. Так что дело предстояло тяжелое и опасное.

- Все пойдем? - спросил Орри-Кулак.

- Не все, - мотнул круглой башкой в шлеме Рарри. - Ты пойдешь. Ты водила. По-можешь, случись чего, и тебе отчитаться надо за утраченную машину. И он пойдет.

Короткий толстый палец гнома уперся в кольчужное плечо Балина, которого При-шлый звал "Балин-с-салфеткой", потому что тот воевал в "Водаре" с заткнутой за воротник во время обеда салфеткой. Затем Рарри сказал, обращаясь к Пришлому:

- Он механик, так что польза будет. А мы вдвоём здесь останемся - наших дожи-даться, или искать. Тех, что в городе застряли. Нам в безвестности их оставлять не годится. Род не поймёт.

Вообще гномы спаслись и попали из "Водара Великого" в форт благодаря двум При-шлым, Волкову и его давнему знакомцу и в прошлом - сослуживцу по Первому драгунскому полку, старшему унтер-офицеру Николаю Полухину . Но сначала именно их появление спасло самого Николая и его жену. Полухин давным-давно, уже лет шесть, как окопался в Пограничном, и занимал не самый маленький пост в его гарнизоне. Точнее, в комендатуре Пограничной стражи. Правда, на бумажной работе, так как те самые шесть лет назад из-за раны, не поддавшейся даже целителям, он потерял левую кисть. Их с Волковым разведрота угодила в эльфийскую засаду во время боев в Левобережье. Но унтер всегда был умным му-жиком и не унывал. Он пустил тут корни, женился на маранийке. Кроме этого, Полухин об-завелся большим домом, стал хозяином лавки и завел торговлю. Дело насквозь полезное и с точки зрения гнома - правильное. Стоило бы поговорить с ним о будущем, о возможной тор-говле. Но это позже. Сейчас гораздо важнее, что он знает все ходы и выходы, и с ним надо посоветоваться, где и как искать родичей. Если не сделать все возможное - род не поймет!