Страница 2 из 18
старшеклассников. Ты же знаешь, как это бывает. Если хочешь стать
капитаном над ней, то тебе нужно, как минимум, появиться.
— Мне не нужно ничего делать, — фыркаю я, а потом пожимаю плечами.
— Ладно, убедила. Я пойду. Да и она, зная, что мы придем, нарядится намного
лучше. Лорел и так постоянно ноет, чтобы я там была.
~ 5 ~
http://vk.com/art_of_translation
С этими словами я гляжу в сторону буфета. Лорел, моя сестра в приемной
семье, стоит с нахмуренными бровями, прислонившись к окну, и повторяет
заказ, который мы ей дали. Ей пришлось запомнить множество деталей: хлеб
должен быть без глютена, такой подают только в этом клубе, а фруктовый
салат может содержать лишь виноград, ананас и карамболу — никакой дыни
или клубники. Уверена, она воспринимает это как проверку, мне же просто
нужно было несколько минут для уединения, чтобы обсудить розыгрыши
клуба. Лорел буквально олицетворяет выражение «навязчивой поклонницы».
Она была так взволнована тем, что я, смилостивившись, разрешила ей сегодня
пойти с нами в бассейн, что тут же указало это в своем статусе в Фейсбуке.
Наверное, большинство девчонок чувствовали бы себя польщенными, если бы
их младшие сестры так ими восхищались, но для меня это слишком.
Мои мысли прерывает радостный голос Мэделин:
— Значит, договорились. Мы идем. Ниша — зануда, но мы устроим
настоящее веселье.
— Вот и отлично. — Я машу рукой перед своим лицом. — Мы пойдем к
Нише. Конечно, это больше похоже на общественные работы. Но гораздо
важнее то, что это станет нашим первым розыгрышем. — Я постукиваю
ноготками, покрытыми арбузного цвета лаком, по железной ручке своего
шезлонга. — Кто будет жертвой? — Я озорно улыбаюсь в сторону Шарлотты. —
Гаррет?
Губы Шарлотты складываются в тонкую линию, а щеки становятся
такими же красными, как и ее волосы.
— Даже не смей, Саттон.
— Ладно, ладно, — говорю я, решив не третировать ее. В конце концов,
Гаррет — ее первый серьезный парень.
— Как насчет парней не из разряда бойфрендов? — предлагает Мэделин.
— А кого-то вроде отвратительного и злобного развратника-подонка-сволочи-
задаваки?
Я вскидываю бровь.
— Мы сейчас говорим о конкретном спасателе, Мэдс?
Потом перевожу взгляд на Финна Хэдли, загорелого мускулистого парня
с выгоревшими на солнце волосами, сидящего на вышке спасателей возле
водолазной шахты. Финн был так называемым летним увлечением Мэдс и,
похоже, сам отвечал ей взаимностью: постоянно писал, приобнимал каждый
раз при встрече, даже приносил угощения из буфета. Но неделю назад мы
застали его во время... частного урока с одной нянечкой на теннисном корте
после закрытия. Этого было достаточно.
— Неплохая идея, — говорю я, прищурившись в сторону Финна. Не
позволю спокойно разгуливать парням, которые обманывают моих подруг.
~ 6 ~
http://vk.com/art_of_translation
Особенно, с нянями, весь стиль которых заключается в ношении псевдо-
хипстерских кед.
— И все же я считаю, что он недостаточно серьезная цель, — спустя
минуту говорю я и похлопываю Мэдс по ноге. — Как насчет того, чтобы
сообщить администратору, что он в рабочее время курил травку?
Мэдс склоняет голову набок.
— Подброшенные в шкафчик наркотики?
— Именно об этом я и думала, — говорю я, давая ей «пять».
Шар морщится.
— Девочки, но это же повторение. Мы такое проделывали с Дейвом
Джаффри прошлой весной.
— Да, но... — Тут я замолкаю, мой взгляд падает на парня по другую
сторону бассейна. Высокий, с темными волосами, плечами Бэкхема и
задумчивостью Иэна Сомерхолдера. Его загорелый торс с рельефными
мышцами и легкую походку не может пропустить ни одна девушка — каждая
окидывает его удовлетворенным взглядом, пока он проходит мимо и неспешно
здоровается с некоторыми из них. Внутри меня тут же просыпается
соревновательный азарт. Этот парень мог бы стать претендентом на мое летнее
увлечение, пусть лето почти закончилось. Я пока что оцениваю свои варианты.
На прошлой неделе всего доли секунды отделяли Эйдана Гроува, игрока в
лакросс, который был в меня влюблен с седьмого класса, от позиций лидера,
потому что я падка на икроножные мышцы. Но теперь я уже не так в этом
уверена. Лидерство может занять мистер «Дневники вампира».
Как можно небрежнее я перекидываю через плечо свой блестящий
хвостик и для пущего устрашения поправляю на носу солнечные очки. К моему
удовольствию, он идет в мою сторону. Я чуть наклоняюсь и кладу руку на
обнаженное загорелое бедро. Он приближается ко мне. И останавливается. Кто
бы знал, что это окажется настолько просто?
— Привет, Саттон. Как дела? — спрашивает парень, одаривая меня
непринужденной улыбкой, а после переводит взгляд влево. — Привет, Шар.
Привет, Мэдс, — немного запоздало здоровается он.
— Привет, — скучающим голосом отвечает Шар.
Я сбита с толку. Откуда этот парень знает мое имя и вообще все наши
имена? Тут я гляжу на него, и в голове что-то щелкает. У меня чуть ли не
отвисает челюсть. Погодите... Не может быть. Это же...
— Привет, Тайер, — говорит Мэдс словно в ответ на мои мысли.
Это младший брат Мэделин.
Я начинаю теребить свои очки, пытаясь скрыть сильное потрясение. Я и
забыла, что младший брат Мэдс, на которого я никогда раньше не обращала
~ 7 ~
http://vk.com/art_of_translation
внимания, вчера вечером вернулся из футбольного лагеря. Чем они их там
кормят? Это действительно тот самый тощий парень, который всегда молчал?
Тайер по-прежнему смотрит на меня.
— Узнала что-то интересное про Уилла и Кейт, Саттон?
На мгновение в голове поселяется пустота — о чем он вообще говорит? А
потом я гляжу на перевернутый у меня на коленях журнал «Ю-Эс Уикли». На
обложке красуется королевская чета на балу.
— О-ох, — сбивчиво произношу я, как будто никогда в жизни не
разговаривала с парнем. А после чувствую, как мои щеки заливает румянец. —
Э-э...
Тайер ухмыляется, очевидно, поняв, что лишил меня дара речи. До
футбольного лагеря он бы никогда не сделал ничего подобного. Но, с другой
стороны, это было еще в те времена, когда у него были обычные плечи
новичка, глаза, в которые я не заглядывала, и отсутствовал голос. Даже не могу
вспомнить наш последний разговор. По-моему, тогда он приходил к Лорел, с
которой дружит уже целую вечность. Стоило мне вместо нее открыть дверь,
как его лицо становилось фиолетовым, а слова вылетали с запинкой, как у
меня сейчас.
Соберись, Саттон, говорю я себе и выпрямляюсь. Это парни на меня
западают, а не наоборот.
Я поднимаю с живота журнал и предлагаю его Тайеру.
— Хочешь? Я помню, как ты был без ума от старых выпусков «Пипл»,
хранящихся у Мэдс.
Тайер краснеет.
— Это касалось только выпуска про олимпийских пловцов.
Я хихикаю и тыкаю журналом его икру — которая, стоит добавить, даже
сексуальнее, чем у Эйдана.
— Да ладно, признайся. Ты же обожаешь сплетни о знаменитостях.
Тайер улыбается и подталкивает меня в ответ.
— А вот и нет.
— А вот и да! — говорю я, пихая ступней его твердую как камень ногу.
Становится веселее.
— Девочки, — раздается голос в нескольких метрах от нас. Я поднимаю
голову и вижу стоящую Лорел с картонной коробкой в руках. Та заполнена
лишь газировкой, не видно ни одного необычного продукта из тех, что мы
просили. — У них нет безглютенового хлеба. И никогда не было.