Любовные сумасбродства Джакомо Казановы


ЛЮБОВНЫЕ СУМАСБРОДСТВА ДЖАКОМО КАЗАНОВЫ

…Но тикают часы,

весна сменяет одна другую, розовеет небо,

Меняются названья городов,

И нет уже свидетелей событий,

И не с кем плакать, не с кем вспоминать,

И медленно от нас уходят тени,

Которых мы уже не призываем,

Возврат которых был бы страшен нам…

Анна АхматоваЛЮБОВНЫЕ СУМАСБРОДСТВА

Старик писал свою книгу промозглыми ночами в холодном замке в Богемии. Старик вызывал тени. Книгу он назвал – «История моей жизни». И начал он ее в год мистический – 1789-й. В тот год там, далеко за окнами замка, в Париже свершилась революция.

Революция должна была похоронить мир, который описывал старик.

Старик работал по двенадцать-тринадцать часов в сутки, и к страшному 1793 году полсотни лет его жизни уже уместились в десяти томах.

Все эти годы до него доходили слухи о парижских ужасах. Прах кардинала Ришелье выбросили из гробницы на парижскую мостовую, и мальчишки, дети парижской …

Прогулки с палачом


ПРОГУЛКИ С ПАЛАЧОМ

Зимой 1996 года я приехал в Париж. И все представлял, как ровно сто лет назад были в Париже – Они…

Шел 1896 год. Это был первый визит русского царя во Францию – после того, злополучного, когда поляк Березовский выстрелил в его деда. Поляк мстил за поруганную Польшу. К счастью, Александр II тогда остался жив (его убьют потом – бомбой).

Теперь никто не стрелял. Толпы восторженных парижан заполнили улицы. В открытой коляске ехали: красавица императрица, Государь – милый молодой человек в военной форме – и очаровательная дочка.

Он записал в дневнике:

«25 сентября произошла закладка моста, названного именем папа. Отправились втроем в Версаль. По всему пути от Парижа до Версаля стояли толпы народу, у меня почти отсохла рука, прикладываясь. (Он отдавал честь, прикладываясь к козырьку фуражки. – Э.Р.) Прибыли туда в четыре с половиной и прокатились по красивейшему парку, осматривая фонтаны… Залы и комнаты интересны в историческом отношении».<...

Последняя из дома Романовых


ПОСЛЕДНЯЯ ИЗ ДОМА РОМАНОВЫХ

Слава прабабушек томных,

Домики старой Москвы,

Из переулочков скромных.

Все исчезаете вы.

Марина ЦветаеваДОМИКИ СТАРОЙ МОСКВЫ

Они прячутся в старых, кривых московских переулках. И там, величественные и жалкие, как состарившийся Казакова, греют на солнце свои колонны – облупившиеся белые колонны московских дворцов XVIII века… Зажатые между огромными домами, они выплывают из времени. Миражи. Сны наяву.

Ах, эти дома желтой охры… античный фриз на фронтоне – гирлянды, веночки, летящие гении, за толстыми стенами – прохладная темнота зала… полукруглые печи, чудом сохранившийся расписной потолок… и вековые деревья за оградой.

В дни молодости моей довелось мне жить в таком доме. И в долгие зимние вечера, когда так чудно падает снег и странно светят фонари, я любил сидеть в своем доме… Осторожно ставил я на стол тот шандал…

Как он попал ко мне?.. Как уцелел после всех пожаров, войн, революций и отчаянных ск…

О любви к математике


Эдвард Радзинский

О любви к математике

Эта тетрадь — о предсмертных днях Велимира Хлебникова.

Я часто думаю: кто создал эту тетрадь? Была ли она написана с предсмертных слов самого поэта его другом, художником Митуричем, в доме которого Хлебников окончил свои дни? Или женой Митурича? И наконец, кто вставил в эту тетрадь подлинные письма поэта-символиста Городецкого и ответы наркома Луначарского? И кто соединил их с «Досками Судьбы» самого Хлебникова? Я этого не знаю, да никогда и не пытался узнать — я слишком ценю тайну. Одно, повторяю, ясно, тетрадь эта создавалась в самые последние дни таинственнейшего из поэтов — Велимира Хлебникова.

Как странно начинал Хлебников. Вождь русского авангарда, поэт поэтов в юности хотел стать… математиком. Но позвала поэзия — и заброшена математика, он бредит символистами и в их числе плохим поэтом Городецким, одним из лжекумиров начала века. Чтобы потом отринуть всех их и гордо провозгласить самого себя Мессией, Поэтом буду…

На Руси от ума одно горе


Эдвард Радзинский

На Руси от ума одно горе

В 1856 году в Москве произошло печальное событие, поставившее «Московские ведомости» в весьма затруднительное положение. Умер Петр Яковлевич Чаадаев, никаких чинов не имевший, да и вообще давным-давно нигде не служивший. А как сказал его современник: «У нас в России кто не служит, тот еще не родился, а кто службу оставил, тот, считай, помер».

Но несмотря на это, не сообщить в газете о его смерти было положительно невозможно, ибо, не занимая никакой должности на Государевой службе, отставной ротмистр Петр Чаадаев занимал особое, даже исключительное место в жизни как московского, так и петербургского общества.

Умер он, когда ему шел шестьдесят третий год. Его сверстники еще были живы и помнили, как пленительно начиналась эта жизнь…

Происходил он по матери из рода славного нашего историка князя Щербатова. Родителей он потерял в детстве, и воспитывала его известная всей Москве причудами и богатством старая дева, …

Несколько встреч с покойным господином Моцартом


НЕСКОЛЬКО ВСТРЕЧ С ПОКОЙНЫМ ГОСПОДИНОМ МОЦАРТОМ

ДНЕВНИК БАРОНА ГОТФРИДА ВАН СВИТЕНА

Из письма ко мне пианиста К.

«Я никогда не верил, что Сальери отравил Моцарта. Люди искусства склонны к завышенной самооценке… Если попросить любого из нас чистосердечно ответить на вопрос „Кто самый-самый?“ – почти каждый ответит – „Я!“

Сальери был такой же эгоцентрик, как все мы. Тем более что, в отличие от нас, он имел все основания считать себя первым. Его превосходство было закреплено уже в его титуле: Первый Капельмейстер империи… Его обожали – и публика, и двор. Его признала Европа. Его опера «Тарар» шла при переполненных залах. А поставленный следом моцартовский «Дон Жуан» – провалился. И т. д. Неужели этот самовлюбленный музыкант, да к тому же итальянец… а музыка тогда считалась профессией итальянцев… мог признать первым какого-то неудачника и к тому же немца – Моцарта?.. Да еще настолько позавидовать ему – что отравить? Слухи об отравлении были после смерти Моцарта….

В ‘империи гласности’


Радзинский Эдвард

В ‘империи гласности’

Эдвард Радзинский в «империи гласности»

Сумерки, природа, флейты голос нежный…

— Эдвард Станиславович, я ведавво пеpечитывал Пушкияа — «Бориса Годутова» Ощущевие такое, будто читаешь свежую газету…

— О-о, ужас этой пьесы в том, что она в России во все времена читается как газета! Это же вечная ситуация! .. «Живая власть для черни ненавистна. Они любить умеют только мертвых…» Впрочем, там еще лучше реплика есть: один боярин, который нее время молчал, оглядывается окрест и Другому говорит: «А ты, боярин, заметь их имена и запиши;»… Это как эпиграф к любому моменту свободы в России!..

— Так же, как понятие «вчерашний раб»…

— Но это же не только «Бориса Годунова» касается! Если вы возьмете газету 16-го года — к примеру, за декабрь, то увилите… сегодняшнюю прессу. Все, что пишут про царя, — один к одному сегодняшний день! Только вместо Бориса там Николай… Все одно и то же: воровское окруж…

Сталин


«Горе, горе тебе, великий город Вавилон, город крепкий! Ибо в один час пришел суд твой» (ОТК. 18: 10). Эти слова Святой Книги должен был хорошо знать ученик Духовной семинарии маленький Сосо Джугашвили, вошедший в мировую историю под именем Сталина.

Сансон


Эдвард Радзинский

Сансон

Зимой 1996 года я приехал в Париж. И все представлял, как ровно сто лет назад были в Париже — Они…

Шел 1896 год. Это был первый визит русского царя во Францию — после того, злополучного, когда поляк Березовский выстрелил в его деда. Поляк мстил за поруганную Польшу. К счастью, Александр II тогда остался жив (его убьют потом — бомбой).

Теперь никто не стрелял. Толпы восторженных парижан заполнили улицы. В открытой коляске ехали: красавица императрица, Государь — милый молодой человек в военной форме — и очаровательная дочка.

Он записал в дневнике:

«25 сентября произошла закладка моста, названного именем папа. Отправились втроем в Версаль. По всему пути от Парижа до Версаля стояли толпы народу, у меня почти отсохла рука, прикладываясь. (Он отдавал честь, прикладываясь к козырьку фуражки. — Э.Р.) Прибыли туда в четыре с половиной и прокатились по красивейшему парку, осматривая фонтаны… Залы и комнаты интересны в историческом …

Последняя ночь последнего царя


Эдвард Радзинский

Последняя ночь последнего царя[1]

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ РОМАНОВ (Ники) — последний русский царь. Родился в 1868 году. В 1894-м взошел на престол. В 1917 году после Февральской революции отрекся от престола, вместе с семьей был арестован и отправлен в Тобольск. После Октябрьского переворота и прихода большевиков к власти перевезен с семьей на Урал в город Екатеринбург, где в 1918 году расстрелян вместе с женой, сыном и четырьмя дочерьми.

АЛЕКСАНДРА ФЕДОРОВНА РОМАНОВА (Аликс) — последняя русская царица. Родилась в 1872 году. Гессен-Дармштадтская принцесса, внучка английской королевы Виктории. В 1894 году вышла замуж за Николая Романова. В 1918 году расстреляна вместе с семьей. Ее старшая сестра Элла была замужем за дядей Николая — Великим князем Сергеем Александровичем Романовым (убит бомбой террориста в 1905 году). Элла убита в уральском городе Алапаевске в 1918 году.

БОТКИН ЕВГЕНИЙ СЕРГЕЕВИЧ — доктор Добровольно разде…