Страница 1 из 34 - Книга "Русалочий омут" - Аннотация - Рейтинг - Отзывы - Скачать


Е.В. Артамонова

Русалочий омут

Третья книга трилогии «Особняк ночных кошмаров»

Пролог

Десять месяцев назад…

Струи дождя холодными упругими жгутами хлестали землю. Улицы были пустынны, огни в домах погашены, и тишину спящего города нарушали только барабанная дробь дождя, да шум сгибавшихся под порывами резкого ветра деревьев. Черное озеро бурлило, над неспокойной водой стелились похожие на змей струи тумана. А потом шквальной силы ветер рассеял тучи, дождь неожиданно прекратился, и озеро засверкало под холодным светом луны. Стало тихо–тихо и весь мир замер, ожидая чуда…

— Незабудку голубую ангел с неба уронил, для того, чтоб дорогую я всем сердцем полюбил… — отчетливо прозвучал нежный голосок.

Черное озеро превратилось в огромное, абсолютно гладкое зеркало. Секунда сменяла другую, и вот поверхность воды дрогнула – из глубин бездонного омута медленно поднималось нечто… Голова, плечи, грудь… Изящная, с великолепной фигурой девушка шла к берегу. Был слышен тихий плеск стекавшей с ее длинных волос воды, далекий, похожий на журчание воды смех. Лунный свет озарил утопленницу – зеленые волосы сплетались с водорослями, а бледное, неземной красоты, лицо напоминало лик мраморной статуи. Девушка ступила на берег озера и, оставляя на песке очень глубокие следы босых ног, двинулась вперед. Небо вновь заволокло тучами, луна скрылась за их плотной пеленой, а на землю обрушились яростные потоки дождя.

— Я всем сердцем полюбил… — звучал за спиной русалки детский голос. – По–лю–бил…

Утопленница шла, не разбирая дороги, мокрые ветви хлестали ее по лицу, но она упорно продвигалась вперед, стремясь к известной только ей цели. Преодолев мрачный, пронизанный дождем лес и обогнув построенное в виде средневекового замка здание, она остановилась возле украшенных чугунным кружевом ворот. Зеленоволосая девушка потянула на себя створки, но их удерживала толстая заржавленная цепь. Хрупкие, светящиеся в полутьме пальцы рванули цепь, и она лопнула, как гнилая бечевка.

— Ты вернешься в этот мир, Стефания, твой час настал!

Пронзительный, холодивший кровь скрип створок вонзился в шум ливня, на миг поглотил все остальные звуки, и чугунные ворота старого кладбища неспешно открылись. Сумасшедшая буря не прекращалась, смешивая воедино небо, воду и землю, слепящие молнии то и дело озаряли покосившиеся кресты и монументальные угрюмые склепы. Вековые деревья склоняли кроны к залитым дождем могилами, казалось, что старинные памятники шевелятся, стремясь выбраться из земли. Утопленница приблизилась к одной из могил, опустилась на колени и начала проворно раскапывать превратившуюся в жидкую грязь землю. Работа продвигалась очень быстро, и вскоре капли дождя застучали по крышке старого, полуистлевшего гроба.

— Скоро, скоро… — шептали бледные губы утопленницы.

Тонкие пальцы с нечеловеческой силой крушили сгнившее дерево, и спустя несколько мгновений молния высветила зловещую ухмылку почерневшего, безобразного черепа. Явившаяся из Черного озера русалка истерично расхохоталась, а потом, склонившись над скелетом, начала обмазывать его жидкой грязью, опутывать клочьями водорослей:

— Из пены, из тины, из струй дождя и болотного тумана, из влаги из гнили явись тугая плоть и нежная кожа, сияющие глаза и шелк волос…

Закончив петь заклинание, зеленоволосая утопленница запечатлела поцелуй на лбу безобразного, облепленного болотной гнилью скелета. Земля содрогнулась от раската грома, зашевелилось лежавшее в гробу тело. Русалка пристально, не мигая, наблюдала за происходящим, ее бездонные глаза сияли то ли восторгом, то ли ужасом. Осторожно, стараясь не делать резких движений, скелет приподнялся, повернул опутанную тиной и водорослями голову, потом встал, распрямившись во весь рост, простер руки к низкому, наполненному водой небу… Потоки дождя струились по этой высокой фигуре, окутывая ее прозрачным покрывалом, они смывали болотную грязь, но вместо почерневших от времени костей сквозь тину проглядывала ослепительной белизны кожа. Вновь полыхнула молния, на миг, высветив прекрасное лицо – изумрудные, чуть раскосые глаза, точеный нос, великолепно очерченные пухлые губы и бронзовые жгуты густых волос.

— Я свободна! – выбравшись из могилы, красавица закружилась в танце, подставляя лицо яростному ливню. – Свободна! Свободна!

— Добро пожаловать в мир живых, Стефания, — негромко произнесла зеленоволосая утопленница, и принялась раскапывать соседнюю могилу…

Глава первая. Зачарованная земля

Западная окраина провинциального городка Алексино производила странное, жутковатое впечатление. Большинство частных, утопавших в зелени садов домиков было брошено, оставлено своими хозяевами. Повсюду виднелись приметы запустения – заколоченные толстыми досками окна, хлопавшие на ветру калитки, вымахавшая выше человеческого роста полынь на тротуарах. Шагавший по переулку долговязый парень с осветленной, падавшей на глаза чалкой, то и дело озирался по сторонам, пытаясь понять, что же произошло в этом спокойном, маленьком городишке. Чем больше он углублялся в дебри брошенных кварталов, тем тревожней становилось на душе, а в памяти вновь и вновь всплывали нелепые, абсолютно неправдоподобные истории, которыми охотно делились коренные жители Алексино.

— Здесь есть кто–нибудь? – услышав шорох ветвей за спиной, встревожено спросил мальчишка.

— В самую точку! – шум усилился, и на заборе одного из частных домиков возникла коренастая, крепко сбитая фигура. – Угощайся!

Парень ловко поймал зеленое яблоко и внимательней присмотрелся к своей новой знакомой, Это была девчонка его возраста – загорелая, коротко остриженная, в обрезанных джинсах и линялой футболке. В руке она держала свернутый из газеты кулек.

— Хозяева сюда не заглядывают, а яблок в этом году до фига, — девчонка ловко спрыгнула с забора, протянула руку, — Катерина. Кое–кто называет меня атаманшей или Катькой–разбойницей.

— Павлик. Для друзей – Фин. Почему Фин – долгая история.

— Ясненько, — крепкие зубы решительно впились в незрелую мякоть. В два счета разделавшись с яблоком, Катька поинтересовалась: — Откуда ты взялся? Приехал на каникулы?

— Нет. Отец военный, его сюда перевели и все такое… Будем здесь жить. Ты хорошо ориентируешься в этих местах?

— Угу… — Катька кивнула, вгрызаясь в очередное яблоко.

— Я недавно в Алексино, но уже успел наслушаться необычных историй. Мы живем на другом конце города и все там только, и говорят о Черном озере. Решил во всем разобраться лично.

Круглое лицо Катьки резко посерьезнело, а в глазах появилось отрешенное, задумчивое выражение. Казалось, она смотрела вглубь собственной души, погружаясь в водоворот тягостных, мучительных воспоминаний.

— Я что–то не так сказал?

— Проехали, — Катька тряхнула головой, натянуто улыбнулась. – Это личное. А местечко здесь – то еще! С тех пор, как на месте проклятого дома появилось Черное озеро, жить здесь стало просто невозможно. По ночам слышны душераздирающие стоны, предметы сами собой движутся, многим являлись призраки умерших. Короче, люди начали уезжать. Побросали свои дома и разбежались кто куда. Их здорово достал этот полтергейст.

Фин еле сдерживал ироничную ухмылку. Совсем недавно он и сам увлекался всевозможными «чудесами», но с тех пор, как ему стукнуло четырнадцать, решил покончить с этими глупостями раз и навсегда:

— Слушай, Катька, ты вроде бы крутая девчонка, а веришь в эти сказки. Тебе самой–то не смешно?

Катька не ответила – опустив голову, она сосредоточенно рассматривала пробивавшуюся сквозь трещины в асфальте траву. Фин помолчал, а потом заговорил примирительным тоном, сообщив, что не стоит принимать близко к сердцу его слова, и что каждый имеет право на свою точку зрения. Под конец он спросил, как быстрее пройти к находившемуся поблизости Черному озеру.

— Там зло, Павлик, — очень серьезно ответила Катька. – Когда–то я тоже искала приключений и лезла в самое пекло, а теперь твердо знаю – не стоит специально искать неприятности.