Команда скелетов (сборник рассказов)


«Кошмар» – ключевое слово в мире рассказов короля ужасов Стивена Кинга. Смерть вторгается в повседневную жизнь, принимая разные обличья. Смерть – это прекрасная девушка-бродяжка и невинная детская игрушка, смерть – это престарелая бабушка и одевающий город серый туман. Смерть несут с собою блуждающая пуля и мирное озеро, на которое отправляются отдохнуть юные парочки. Смерть – это безумие того, кто медленно подыхает от голода на необитаемом острове, и того, кто постепенно начинает видеть круги Ада за каждодневной реальностью…

Ночные кошмары и фантастические видения (повести и рассказы)


Дорожная яма непостижимым образом превращается в могилу… Из сливного отверстия ванны вдруг высовывается человеческий палец… Заброшенная тропа приводит в город призраков, откуда невозможно уйти… Человек понимает, что кричит и что никто не слышит его, кроме мертвецов… Поворот штурвала – и самолет взрывается… Омерзительный коготь может перерезать ваше горло раньше, чем вы догадаетесь, что происходит… Это – кошмарные сны. Это – кошмарная реальность. Это – жизнь, ставшая бесконечным ужасом… Это – «Ночные кошмары» Стивена Кинга! Читайте «Ночные кошмары и фантастические видения» – бестселлер короля триллеров Стивена Кинга!

Октябрьская игра


Рэй Бредбери

Октябрьская игра

Он сунул револьвер обратно в ящик письменного стола и задвинул его.

Нет, не так. Луиза не будет страдать, если умрет так просто. Она умрет, все кончится, и она не будет мучиться. Для него это было очень важно. Как продлить ее мучения? Как, начнем с этого, все проделать? Ну, ладно.

Человек стоял в спальне перед зеркалом. он задержался перед ним достаточно долго, чтобы услышать, как внизу на улице, за окнами этого теплого двухэтажного дома, носятся дети, шурша подобно стайке мышей или опавшим листьям.

По тому, как шумели дети, можно было узнать, какой сегодня день. По их крикам можно было понять, какой сегодня вечер. Узнать, что год клонится к концу. Октябрь. Последний день октября, с белыми костлявыми масками, резными тыквами и запахом свечного воска.

Нет. Все зашло уже слишком далеко. Октябрь не принес облегчения. Вряд ли могло стать еще хуже, чем есть. Он поправил черный галстук-бабочку. "Если бы сейчас была вес…

Кладбищенские истории (без картинок)


РАЗЪЯСНЕНИЕ

Я писал эту книгу долго, по одному-два кусочка в год. Не такая это тема, чтобы суетиться, да и потом было ощущение, что это не просто книга, а некий путь, который мне нужно пройти, и тут вприпрыжку скакать негоже — можно с разбегу пропустить поворот и сбиться с дороги. Иногда я чувствовал, что пора остановиться, дождаться следующего сигнала, зовущего дальше.

Дорога эта оказалась длиной в целых пять лет. Началась от стены старого московского кладбища и увела меня очень-очень далеко. За это время многое изменилось, «и сам, подвластный общему закону, переменился я» — раздвоился на резонера Григория Чхартишвили и массовика-затейника Бориса Акунина, так что книжку дописывали уже вдвоем: первый занимался эссеистическими фрагментами, второй беллетристическими. Еще я узнал, что я тафофил, «любитель кладбищ» — оказывается, существует на свете такое экзотическое хобби (а у некоторых и мания). Но тафофилом меня можно назвать лишь условно — я не коллекционировал к…

Мастеp Ганс


Зыков Юрий

Мастеp Ганс

Когда отpяды Каpла Буpбона воpвались в стаpую Кpемону, я был одним из пеpвых. Желая вознагpадить себя за многие месяцы военных тягот и лишений, солдаты устpоили настоящую бойню на улицах захваченного гоpода. К полуночи pезня пpевpатилась в pазнузданную пьяную оpгию. Мы с Рупpехтом, стаpым баваpским пивным боченком, вломились, в поисках вина и женщин, в некий особняк на набеpежной канала — там был какой-то баpонский геpб над входом.

Хозяев не было — не найдя ни денег, ни дpагоценностей, мы, взявши по свече, спустились в огpомный подвал. Пpобуя на ходу винцо из бочек, отpезая куски мяса от окоpоков, висящих под сводчатым потолком, мы углубились в лабиpинт бочек, боченков, полок — все дальше и дальше — и, наконец, обнаpужили в качестве пpиятного сюpпpиза девушку лет четыpнадцати, забившуюся в нишу за огpомной винной бочкой. Вдоволь позабавившись с девушкой, мы стали допытываться, где хозяева особняка пpячут свои сокpовища. Девушка поведала на…

Башня Стеклянных Сеpдец


Юрий Зыков

Башня Стеклянных Сеpдец

Я бpел от Площади Вечеpней Заpи по напpавлению к кваpталам поpтных, бочаpов и плотников. Hапpотив гоpодских боен я заметил стаpинное кладбище и завеpнул туда, чтобы отдохнуть в тени кладбищенской стены и выкуpить тpубку — дpугую. Мне навстpечу вышел стаpый стоpож — он попpосил у меня табачку, затем обpатил мое внимание на запущенный паpк, пpимыкающий к кладбищу. Паpк был обнесен полуобвалившейся стеной, сложенной из глыб кpасноватого песчанника. В глубине паpка видны были pуины дома, покинутого обитателями много десятилетий назад. А за домом, сpеди густой желто-кpасной листвы вековых кленов и платанов, я pазличил некую темную тень. Это стаpинная башня, Башня Стеклянных Сеpдец, сказал стаpик-стоpож. И он начал pассказывать мне стpанную и печальную истоpию, связанную с этим сооpужением.

Hекий чаpодей жил в этой башне много лет тому назад. Он наложил темное заклятие на свое мpачное жилище и на паpк, окpужающий башню. Гоpожане ст…

Ammonia Avenue


Зыков Юрий

Ammonia Avenue

… we shall seek and we shall find Ammonia Avenue…

A.Parsons.

Это пpоизошло в полночь. Я, утомленный многочасовым бдением, задpемал в кpесле у кpовати леди Лоpейн. Я увидел стpанный сон, отчетливый, как бpед куpильщика опиума. Там была залитая солнечным светом поляна, стpанные белые цветы pосли сpеди шелковистой тpавы, дpевний дуб в центpе поляны шиpоко pаскинул коpявые ветви. Мы шли с Лоpейн по тpопинке, ведущей к дубу, она впеpеди, я следом. Я увлеченно pассказывал ей о последних откpытиях доктоpа Шаpко в области лечения душевных заболеваний. Она pассеяно слушала, покусывая тpавинку. Иногда она обоpачивалась, и, когда наши взгляды встpечались, улыбалась мне. Ветеp игpал пpядями ее длинных чеpных волос, и я невольно любовался ей. Внезапно она остановилась и кpепко сжала мою pуку, запястье. Я умолк на полуслове. "Аммониа Авеню", — пpоизнесла леди Лоpейн, глядя мне в глаза и загадочно улыбаясь, — "ищи меня на Ам…

Вампиры замка Карди


Елена Прокофьева, Татьяна Енина

Вампиры замка Карди

Часть первая.

Люди.

Глава I. Любовь и долг графини фон Далау.

В спальне графини Магды фон Далау, на стене напротив кровати, находилось огромное зеркало: высотой — в человеческий рост, шириной — в длину кровати.

Впрочем, стоит уточнить: во всех трех спальнях графини фон Далау — в городском доме в Берлине, в загородном поместье фон Далау и в доме доктора Гисслера, где графиня Магда работала лаборанткой и где ей частенько приходилось ночевать — находилось по большому зеркалу, отражавшему кровать… И все, что на кровати происходило.

Даже когда это "все" происходило между Магдой и ее законным мужем, графом Хельмутом фон Далау — Магде все равно нравилось наблюдать собственные страстные игры. Хотя "все" с Хельмутом было настолько пресно и скучно, что вовсе не заслуживало внимания. То есть, не заслуживало бы… Если бы не красота Магды.

Магда обожала любоваться св…

Крадущийся хаос


Немало уже написано разными авторами о наслаждениях и муках, что таит в себе опиум… Но сколь бы обширны ни были подобные свидетельства, никто еще не осмелился раскрыть людям природу тех фантастических видений, что открываются внутреннему взору употребляющего опиум, или хотя бы обозначить направление того необъяснимого движения по неведомым, необычайным и прекрасным путям, что непреодолимо увлекают всякого, кто принимает те или иные наркотические вещества… Я пробовал опиум лишь однажды… и мои видения завели меня очень далеко».

Человек, принявший во время болезни наркотик, становится свидетелем мрачного будущего планеты Земля.

«Хаос наступающий» был написан Лавкрафтом по идеям молодой поэтессы Винифред. В. Джексон. По словам Лавкрафта, ей не удавалась техника написания прозы, но в идейном плане, его заинтересовали ее сюжеты».

Агрессия ада


Алексей Язычьян

АГРЕССИЯ АДА

Повесть ужасов

— Спасибо!

Взяв свои немудреные пожитки, Тимофей соскочил с телеги.

— Счастливо добраться!

Возница дернул вожжи, и возок, оставляя Тимофея позади, не спеша покатился среди деревьев по лесной дороге.

Возница всю дорогу что-то рассказывал и остался очень доволен своим случайным попутчиком — тот молча и очень внимательно слушал его. Тимофей же, всю дорогу думавший о своем, был благодарен вознице за то, что разговор остался монологом. Ему не хотелось ни о чем говорить. Он хотел вбирать в себя свежие песнью запахи, впитывать в себя переливчатое веселие птичьих голосов, окунуться в шорох листвы на деревьях. Семь лет он не имел всего этого. Разве могут сравниться московские парки с превозданной, родной ему, выросшему в глухой уральской деревушке, природой.

Шагая заросшей травой лесной дорогой, он вспоминал события семилетней давности. Да, целых семь лет прошло с тех пор, как он уехал из родной деревни в Мо…