Русалочий омут


Особняк ночных кошмаров погрузился на дно озера, поглотив считавшую себя виновной во всех бедах Лору.

Прошел год. Многое изменилось, но каждый вечер на глади зловещего Черного озера появлялось отражение проклятого дома, напоминавшее о прошлом. Александра и Мишка не могли не вернуться туда, где погибла их старшая сестра. Вопреки всему они верили в чудо, верили, что еще увидят Лору и не ошиблись.

Кошмар не кончился. Там, на дне озера шла своя, пронизанная духом смерти, жизнь. Там, в глубине, Стефания, мать Лизоньки, вынашивала планы воскрешения, там зеленоволосая русалка с лицом Лоры пила горький напиток, стирающий память, там блуждали среди мертвых яблонь души тех, кто когда-либо погиб в проклятом особняке Орловых.

Можно было сколько угодно замуровывать бреши в реальности и снимать проклятия, но пока Стефания шла по замкнутому кругу, веря, что совершив очередное злодеяние, она может спасти свою погибшую дочь, надежды на избавление не было. Только безумная мать могла разрушить созданный ею же кошмар, вырваться из него. А увидеть далекий свет надежды Стефании помог воскресший из мертвых Странник…

Ключ от царства мрака


Мишка и его сестренка Александра постепенно поняли: они живут в страшном доме, наполненном кошмарами. Один из них брату с сестрой удалось победить. Однако победа досталась дорогой ценой – неизвестный парень, который называл себя Странником, шагнул во мрак, спасая жизни ребят. Никто не знал о его дальнейшей судьбе. А потому Мишка и Александра были очень рады, когда тот вернулся… Однако радость была недолгой – жизнь ребят наполнилась мраком и ужасом. Ведь на это раз Странник пришел, чтобы уничтожить наш мир…

Вниз и влево


Страшная сказка из параллельной реальности о том, как в начале ХХ века ученый-физик заключил контракт с демоном. Данное писание посвящается Индиане Джонсу, без которого мое детство было бы совсем другим. Также посвящается оно трем тоннам желтой прессы, бульварного фэнтези и подзаборных теорий, без которых оно бы, несомненно, не состоялось. Еще оно посвящается ряду лиц, коих я не решусь даже упоминать, дабы они не перевернулись в гробу. Конечно же, само оно относится к разряду подзаборной желтой бульварщины, о чем предупреждаю сразу. Это очевидно, но все-таки скажу: вся нижеследующая история является абсолютным вымыслом, не имеет никакого отношения к реальным лицам и историческим событиям, а все совпадения порождены больной фантазией автора. Она не содержит ни грамма пропаганды в пользу Сил Ночи, Сил Дня и любых других сил. Демонов не существует, летающих тарелок не бывает, и Деда Мороза тоже нет. Спасибо за возможное внимание

По ту сторону тьмы


Многие столетия тёмный первосвященник Воланд трудится в своём мрачном царстве, и однажды неугомонные Фагот и Бегемот предлагают ему немного отдохнуть. И волей судьбы Черный Маг встречает мальчика-сироту. Сжалится ли сердце того, кто есть лишь часть той силы, что вечно хочет зла, и вечно совершает благо.

Арессия — Новая жизнь


Что значит умереть? Я жил игрой и умер в ней. Мою жизнь прервал занесенный в систему вирус. Мое тело погребено в земле, но душа осталась в виртуальном мире. И теперь мне придется жить здесь, работать, как искатель ошибок и отомстить, тем из-за кого я заточен в мире игры.

Рейс через Атлантику


Англия начала XX века. Портовый грузчик Джим отправляется в Америку в поисках лучшей жизни. Но заурядный рейс на «Феррисе» превращается в кошмар, который Джиму нужно пережить во чтобы то ни стало.

Конкурентная борьба


Что поделать, вкрадчивость — основа всех наших методик… Иначе нельзя. Если разом выплеснуть в душу человеческую много зла — отторжение будет! Это нормальная реакция каждой человеческой души. Таково уж её свойство. А вот если первые ниточки обид, разочарований, непонимания, недоверия будут совсем незаметными, тоненькими, прозрачными — дело на лад пойдёт! По чуть-чуть… Незаметно… Нестрашно… И порвать каждую из них не проблема — любому это по силам! Но, постепенно оплетая душу, накладываясь и срастаясь в прочную паутину, они образуют вязкий кокон, из которого заблудшей душе уже не вырваться! Да и попыток таких она к тому времени уже не делает, ибо незачем. В коконе удобно… Не достают сквозь его толстый войлок короткие шипы совести. Не шибает в нос приторный запах тлена от собственного разложения. В прочном гамаке из реальных и придуманных обид так уютно дремать, не стремясь вверх, не отзываясь ни на чей отчаянный призыв! Но начинается всё с совсем незаметных ниточек… По чуть-чуть…

Кольцо судьбы


Что мы знаем о судьбе? Существует ли она вообще? А если существует, то что собой представляет? Можно ли ее… нет, не увидеть, не услышать, не пощупать… но воспринять органами чувств, пусть нам до сих пор неведомыми? Можно ли измерить ее и степень ее воздействия на нас? Можно ли сказать «много судьбы», или «маленькая судьба», или «тихая судьба»? Какими эпитетами мы можем ее охарактеризовать? Неумолимая? А слышит ли она наши мольбы? Возможен ли вообще контакт с ней со стороны человека? Можно ли считать судьбу личностью, обладающую определенным разумом? И если да, то что этот разум из себя представляет? Является ли он самодостаточным или он нуждается в общении с себе подобными? Есть ли еще кто-то, обладающий теми же свойствами? И как можно объяснить такое явление — «Кольцо судьбы»?

На вершине страха


Это будет не совсем обычный ужастег, поскольку я сразу скажу, чем дело кончится: все люди останутся живы. Люди — да. Но животные… Они сполна заплатили за наши грехи, пережив вместе с нами все тяготы и беды и погибнув страшной смертью. Я до сих пор не могу без слез вспомнить шиншилового красавца Мурра — перса чистых кровей, по ошибке судьбы попавшего в нашу нищую семью, где не было ему никогда ни приличного корма, ни ласки, которую он вечно клянчил, а получал только «Ну, что лезешь, Муррзавец, дай делами позаниматься, не видишь, что ль? — некогда!» Не меньше болит душа о Марсике — черном дворянчике, который всем сердцем привязался ко мне. Когда он был еще совсем малышом, то подцепил где-то чумку, лег в кресло, вытянул лапки и стал умирать. Я обзвонила знакомых, наодолжила всюду денег, рванула в ветеринарку, которая уже закрывалась: врачи, одетые, запирали последние двери. Мой отчаянный вопль: «Где тут у вас котов спасают?» — заставил их вернуться в кабинет. Марсика спасли. И с той поры, стоило мне появиться дома, он вскарабкивался на мое плечо и сидел там целыми вечерами, черный и преданный, как ученый ворон. Ни прежде, ни после не было у нас таких славных котов, ни один не сравнится с ними. И хоть темный это вопрос — что там, со зверями, после смерти происходит, но надеюсь, что эти двое живы и с ними все хорошо, поскольку где же тогда справедливость, коли не так?