Орудия Ночи. Жестокие игры богов


Арнгенд, Касторига и Навая лишились королей. Граальская империя осталась без императрицы. Церковь потеряла патриарха – он не погиб, но был вынужден бежать. Ночь лишилась Харулка Ветроходца, самого великого из грозных изначальных божеств.

Найдутся новые короли. В Граальской империи скоро появится другая императрица. Не останется пуст и патриарший престол.

Нового Ветроходца не будет уже никогда. Старейшее и свирепейшее из Орудий погибло – от руки смертного!

Ночь объята ужасом. Весь мир объят ужасом. Льды растут и движутся на юг.

Стать героем


Каждый однажды находит свое место в этом мире, каким бы ни было это место. Но из всякого правила бывают исключения, особенно если речь заходит о тех, кто потерялся не только в жизненных целях, но и во времени.

Фаталист


Смерть идет за ним по пятам. Призраки прошлого терзают его, демоны настоящего – боятся. А он сам страшится темных углов и лестниц…

Бывшие друзья желают ему скорейшей погибели. Бывшие возлюбленные мостят для него дорогу в Ад. И он уже давно готов ступить за грань…

Твари из бездны, ожившие мертвецы, маньяки, культисты и привидения – никто и ничто не способно поколебать его хладнокровного цинизма.

Грубый, презирающий всё и вся, – он один способен погрузиться в пучину кровавого безумия и распутать клубок интриг…

Потому что, несмотря на дурной характер и сомнительную репутацию, он все равно герой.

Герой своего времени.

Печорин…

Свидетель


Книгу «Свидетель» Герман Дробиз считает своим отчетом за сорок лет писательского труда, а потому собрал воедино произведения всех прозаических жанров, в которых работал в эти годы: психологическю прозу, сатирические и юмористические вещи, иронические новеллы, рассказы в жанре «фэнтези».

Отдельно хочется отметить вошедшую в сборник автобиографическую повесть «Мальчик. Фрагменты жизни», за которую в 2003 году автор стал лауреатом Всероссийской литературной премии имени П.П. Бажова.

 

Майя Никулина. За мальчика (Вместо рецензии).

Мальчик нам нравится с самого начала. Трогательный, одинокий, добрый, послушный, умный, некрасивый; маленький Гамлет, вечно сомневающийся, не способный действовать не рассуждая, но умеющий думать о себе и о других с уважением и печалью… Он любит своих прекрасных маму и бабушку, не совсем еще понимая, какое это счастье; он пишет стихи, и это его высокая тайна; его мучают ожидание и невозможность угадать великую судьбу… Но он пишет в расчете на нее и потому тайно чувствует себя избранником, созданным специально для того, чтобы проверить, “способен ли одиночка самостоятельно вырастить в себе то, что другим дано с рождения, догонит ли отстающий…”

С ним происходит все то, что и должно происходить с растущим и взрослеющим человеком: игры, друзья, первые книги, первая любовь, встреча с невыразимой красотой, переживание незаслуженных обид.

Мир не был к нему жесток — просто велик и сложен. Но жизнь кипела и была полна соблазнов и обещаний; и с бабушкиным любимым романсом “Быстры, как волны, дни нашей жизни, что день, то короче к могиле наш путь…” весело спорила другая песня: “Пусть дни нашей жизни, как волны, бегут, мы знаем, что счастье нас ждет впереди…”

Мир расширялся — комната, квартира, дом, двор, квартал, город, но ими не ограничивался. Мальчик знал, что есть другие пространства. Киев, например, откуда приезжала нарядная, благополучная тетушка, наконец, Москва, они там были проездом. Все дело в том, чтобы уехать в Москву, вырваться, отбросить, отринуть здешнее, домашнее прошлое — и ринуться навстречу судьбе.

Он никуда не уехал. Не смог оставить комнату с “варшавской” кроватью, печкой, письменным столом и бюро, хранящим запахи маминых лекарств. Не смог сжечь ту самую тетрадку со стихами: они были написаны маминой рукой. И еще. За стеной пела бабушка тот самый романс. Не смог, четко понимая, что, оставаясь, он отказывается от будущего: мог стать кем-то, а сейчас он — НИКТО.

Повесть писалась долго — с 1979 года по 2002-й, то есть, продиктована пафосом кризисного возраста, когда неудовлетворенность прожитой жизнью заставляет человека искать виновных и беспощадно судить и себя и жизнь как не оправдавших надежды.

Я давно знаю Г. Дробиза и долго не могла понять, почему он, умный, добрый, великодушный человек и хороший писатель (во всяком случае, имеющий что сказать людям, а это не так уж часто бывает), известен главным образом как юморист и сам принимает это как должное. Я нашла ответ, когда прочла “Мальчика”: в тот самый момент, когда он НЕ УЕХАЛ, то есть, уже находясь на старте, изготовив свою душу и тело к риску преодоления и скорости, он понял вдруг, что никакой беговой дорожки перед ним нет, нет даже пространства, где можно было бы бежать. Понял и то, что паника и слезы в такой момент равнозначны полной потере лица. И он засмеялся. Возможно, смеялся, пока не пришел в себя. Потом вошло в привычку.

Что удержало мальчика? Точно, не отсутствие воли, не душевная недостаточность; с ними-то как раз проще перебираться с места на место. Тогда, может быть, само место? Жилое, насиженное, обустроенное, спасенное от разрухи в страшном воюющем мире, согретое мамой и бабушкой, которые любили своего мальчика больше всего на свете. Или сама любовь, живое тепло, частью которого был он сам: изменить ему означало бы только одно — распалась связь времен. Он, как может, поддерживает эту связь: оставшись один в старом доме, живет по законам любви и семьи, старательно оберегая их убывающее единство — хранит старые вещи, переносит прах матери ближе к бабушке (так она хотела) — прах к праху, любовь к любви, только бы не было ущерба.

Я обмануться не дам,

на север, на север, на север!

К спокойным его холодам…

Или неизмеримые и непонятные мировые пространства:

Не знаю, уеду ли, сгину

на этом знобящем ветру,

скорее умру, чем уеду,

уеду, но раньше умру.

(Герман Дробиз)

 

3:59 (ЛП)


ㅤЖизнь Джози Бирн становится неконтролируемой. Её родители разводятся, её друг Ник стал отдаляться от неё, не говоря уже о приставаниях учителя физики. Когда её предают два самых важных для нее человека, которым она доверяла больше всего, Джози думает, что хуже уже не может быть.  ㅤ ㅤПока ей не начинают сниться сны о девушке по имени Джо. Каждую ночь, в одно и то же время — 3:59.  ㅤ ㅤВ жизни Джо есть всё, что хочет Джози: популярность, счастливо женатые родители, и Ник просто обожающий девушку. Но это же просто сны, хоть и такие реальные, так ведь? Джози думает так, до тех пор, пока не просыпается посреди ночи и не видит у себя в зеркале темное изображение комнаты Джо.  ㅤ ㅤДжози и Джо понимают, что они двойники, живущие в параллельных вселенных, которые накладываются друг на друга раз в двенадцать часов, точно в 3:59. Очарованная миром Джо, Джози не упускает шанса пройти через ворота и поменяться с двойником местами на один день.  ㅤ ㅤНо мир Джо оказывается совсем не прекрасным. Ник не только не является её бойфрендом, он вообще ненавидит её. Мама Джо отсутствует и возможно безумна. А ночью темные существа питаются человеческой плотью.  ㅤ ㅤК концу дня Джози отчаянно желает вернуться к её собственной жизни. Но есть проблема: Джо запечатала дверь, заманив Джози в ловушку в этом опасном мире. Сможет ли девушка обнаружить путь домой, пока не стало слишком поздно?

Предвестник (ЛП)


Семнадцать лет назад долгое кровавое восстание сильно навредило шести регионам королевства. А теперь огромной армией Средин управляет новый король, он же держит в страхе небольшую группу аристократов, которую он зовет своей Высшей пятеркой, и эти аристократы правят в остальных регионах. Словно этого было мало, король еще и запретил искусство шепота, а это уже проблема для Каэла.  Он не просил родиться шептуном, он не просил странных исцеляющих сил, он и без того был изгоем в деревне. И когда он спасает раненую девушку в Беспощадных горах, его удача подводит его еще сильнее. Девушка оказалась не простой, а рыцарем-изменником с мечом, и все Королевство на нее охотится. И одним снежным вечером все становится еще хуже, и Каэлу приходится покинуть с ней горы. Они отправляются на безумные приключения, и любая ошибка может изменить Королевство, которое они знали.

Дерево удавленников


И. Любич-Кошуров. Дерево удавленников: Роман-малютка. – Б.м.: Salamandra P.V.V., 2017. – 32 с. – (Polaris: Путешествия, приключения, фантастика. Вып. CCXXII).

Вампирическая графиня-«ведьма», точащая кровь живых, ее зловещая челядь, ангелы и оживающие мертвецы-ревенанты… Затерянный на страницах одной из газет эпохи Гражданской войны, к читателю век спустя впервые возвращается крошечный готический шедевр – «роман-малютка» беллетриста, детского писателя и очеркиста И. А. Любича-Кошурова «Дерево удавленников».