Нырок в забвение


Ричард Хенрик

Нырок в забвение

В жизни ничего не надо бояться. Просто все надо понять.

Мария Кюри

Вселенная не только загадочнее, чем мы ее себе представляем. Она загадочнее, чем мы можем себе представить.

Лорд Халдейн

Человек должен искать то, что существует, а не то, что, по его мнению, должно быть.

Альберт Эйнштейн

Этот роман не появился бы на свет, если бы не бесценная помощь моего друга и редактора Уоллеса Эксмана, а также экипажа подводной лодки ВМС США «Хайман Дж. Риковер», показавших мне, что значит мастерски владеть своим делом.

* * *

ТОРПЕДНАЯ АТАКА!

ПЕЛЕНГ 255!

В рубке Риковера Джон Уолден потянулся к микрофону и вызвал гидроакустическую станцию.

– Есть что-нибудь конкретное по этим торпедам?

– Так точно, сэр! Они пока за пределами зоны в две тысячи ярдов, но обе хорошо прослушиваются.

– Что происходит, командир? – спросил старпом.

Уолден окинул взглядом приборы над штурвалом.

– Похоже, тем, …

Безмолвный Джо


Т. Джефферсон Паркер

Безмолвный Джо

Глава 1

– Поддай газку, Джо. Мэри-Энн опять не в духе, хорошо бы попасть домой к десяти.

Это голос моего шефа Уилла Троны, старшего инспектора первого участка округа Ориндж. А Мэри-Энн – жена Уилла.

– Есть, сэр.

– Разговаривай, пока ведешь машину. Лады?

– Годится.

Уилл опять был в седле. Как все последнее время. Он, как обычно, сидел сбоку от меня. Никогда на заднем сиденье, если только не какое-нибудь совещание. Всегда впереди, откуда можно следить за дорогой, указателями приборов и мной. Уилл любил скорость. Ему нравилось вылетать из резкого поворота, прижав голову к подголовнику. Его интересовало, как это мне удается стремительно проскакивать поворот, удерживая машину на дороге.

И я всегда отвечал одинаково: "Тормози и гаси скорость". Это твердят в первую очередь в любой автошколе. А хорошая машина способна на такие штуки, которые для большинства людей просто немыслимы.

Мы на…

Второго шанса не будет


Харлан Кобен

Второго шанса не будет

Глава 1

Когда мне в грудь попала первая пуля, я подумал о дочери.

Во всяком случае, хотелось бы в это верить. Сознание я потерял быстро. Если желаете подробности, то вынужден признаться: я вообще не помню, что в меня стреляли. Знаю только, что потерял много крови. Знаю также, что вторая пуля чиркнула по макушке, хотя к тому времени я уже, наверное, вырубился. Знаю, что остановилось сердце. И все же надеюсь, что, умирая, я думал о Таре.

Для вашего сведения: ни яркого света, ни тоннеля я не видел. Или если видел, то не помню.

Таре было всего шесть месяцев от роду. Она лежала в своей кроватке. Интересно, напугали ее выстрелы? Должно быть. Наверное, она заплакала. Быть может, знакомый пронзительный плач как-то достиг моего угасающего сознания, каким-то его краешком я и впрямь воспринимал крик. Но, опять-таки повторяю, в памяти ничего не удержалось.

А вот миг рождения Тары я помню. Помню Монику – это мать Тары….

На шаг сзади


Хеннинг Манкелль

На шаг сзади

Пролог

Часам к пяти дождь прекратился.

Человек, присев на корточки за толстым деревом, аккуратно стянул намокшую куртку. И дождь был вроде не сильный, последние полчаса вообще еле накрапывал, а все равно куртка промокла насквозь. Он мысленно выругался – не хватало только простудиться. Сейчас, в середине лета!

Он положил куртку на землю и поднялся. Ноги затекли. Он покачался немного с носка на пятку, чтобы восстановить кровообращение. Огляделся.

Впрочем, он знал, что те, кого он ждет, явятся не раньше восьми, как договорились. Но нельзя было исключить и ничтожной вероятности, что на одной из бесчисленных тропинок национального парка появится и кто-то еще.

Это единственная недоработка в его плане. Единственный пункт, в котором он не уверен.

И все равно тревоги он не испытывал. Иванов день, день летнего солнцестояния. В парке нет ни кемпингов, ни площадок для пикников, К тому же те, кого он ждал, выбрали мест…

Иллюзии «Скорпионов»


Роберт Ладлэм

Иллюзии «Скорпионов»

Джеффри, Шэннон и Джеймсу с пожеланием вечной радости!

Пролог

Ашкелон, Израиль, 2 часа 47 минут

Струи ночного дождя напоминали серебристые ножи, темное небо было затянуто плотными вихревыми черными облаками. Морские волны и стремительный ветер безжалостно швыряли два связанных надувных резиновых плотика, приближавшихся к берегу.

Члены диверсионной группы промокли до нитки, их лица покрылись каплями пота и дождя, глаза напряженно всматривались в темноту в ожидании берега. Группа состояла из восьми палестинцев из долины Бекаа и одной женщины. Она была другой национальности, но поддерживала их дело, которое было неотъемлемой частью и ее жизни, было неотделимым от той клятвы, которую она дала несколько лет назад: «Смерть правителям». Женщина была женой командира диверсионной группы.

— Осталось несколько минут! — предупредил крупный мужчина, опускаясь на колени рядом с женщиной. Как и у других членов груп…