Я, следователь..


Вайнер

Я, следователь..

Крым

Лист дела 1

Я давно приметил забавную особенность: в какую бы длинную очередь я ни встал, после меня уже никто не занимает. Нельзя даже отойти, сказав следующему: «Предупредите, что я здесь стою». Наверное, это случайность. Беда только, что на работе у меня получается то же самое. Стоит появиться какому-нибудь нудному запутанному делу, как сразу же выясняется, что вести его, кроме меня, некому. У Якова Мироныча своих дел полно, Коля Лавров уходит в отпуск, а у Ларисы Гореловой — маленький ребенок… Сколько я ее знаю, у нее всегда маленький ребенок. Поэтому все противные дела попадают ко мне. Все это само собой, относительно, поскольку приятных дел у нас как-то не случается. А уж у меня — тем более…

Но самые интересные вещи происходят с моими отпусками. Заявление я ухитряюсь подать последним, и тут начинается всякая чертовщина: Коля Лавров еще не вернулся из отпуска, Яков Миронович уезжает в санаторий, а у Ларисы… у Ларисы мал…

Ощупью в полдень (= Право ходить по земле)


Георгий и Аркадий Вайнеры

Ощупью в полдень

Пролог

Мысли перепутались… Ужасная горечь невероятного открытия комом стояла в горле. Зачем она приехала сюда? Убедиться, что этот человек – преступник? Столько лет – и одно лишь предательство, ложь, целая жизнь, сплетенная из лицедейства… Зачем он жил? Что ему было дорого? Чего он хотел в своей никчемной жизни? И какой ценой…

Она стояла на обочине тротуара, жадно вдыхала холодный воздух, пытаясь остановить, успокоить бешеный бон сердца, наметить план действий, принять окончательное решение – что делать?

Потом пошла узкой, протоптанной в снегу тропинкой к остановке автобуса на Сусоколовском шоссе. Шла медленно, усталой походкой. Она не замечала острого ледяного ветра, бившего в лицо жесткой снежной крупой, шла каким-то ломким механическим шагом, изо всех сил стараясь сбросить с себя тягостное бремя незаконченного разговора. Да что там кончать! И так все ясно. Надо позвонить. Она вспомнила, что на остановке авто…

Город принял


Георгий и Аркадий Вайнеры

Город принял

1

Рита Ушакова

Э-ах, зимой и летом!Зимой и летом: тара-ра-ра!..

Опять – двадцать пять!

У этой песни улюлюкающий ритм, бодрая залихватскость. Неравномерными, резкими рывками она вышвыривает меня из постели по утрам, каждая нотка ее вырублена в подкорке, словно гранитная партитура моих невыполнимых обязательств. Я эту песню ненавижу.

Неразумное, конечно, чувство. Это ненависть колодочника к своей цепи. А ведь если бы однажды утром я вдруг не услышала этого развеселого напева – все полетело бы кувырком. Я медленно перехожу к яви, у меня долгое просоночное состояние, и без жесткого графика радиоанекдотов я обязательно потеряла бы темп. Пока актриса заливается-хохочет над анекдотом, прочитанным ей актером, я включаю электрическую плиту – она так медленно разогревается, – ставлю кофейник и иду умываться. Корзина для белья уже полна, завтра после дежурства надо затеять стирку. С утра почему-то и свет в ванной тусклый…

Гонки по вертикали


Георгий и Аркадий Вайнеры

Гонки по вертикали

Книга 1

Глава 1

Инспектор Станислав Тихонов

…Алексей Дедушкин грустно смотрел на меня бархатными черными глазами, и я видел, как под тонкими перепонками век у него накипают слезы.

– Мне стыдно за вас… – сказал он своим глубоким мягким баритоном.

Вот так. Ему было стыдно за нас. Или, может быть, только за меня, а за Сашку Савельева не очень? Нет, скорее всего – за нас обоих, потому что беседовали мы втроем, и Сашке он был обязан нашей встречей даже больше, чем мне. И хотя мне тоже было стыдно за свое поведение, а уж про Сашку-то и говорить нечего, я спросил Дедушкина:

– Все-таки расскажи мне, Дедушкин, за что же тебя наградили этим орденом.

Дедушкин достал из кармана белый платок, промокнул быстрым движением глаза и негромко, интеллигентно высморкался. Платок отвел от лица, развернул за уголки и внимательно посмотрел в него, как фокусник во время представления. Но, к моему удивлению, из…

Аквариум


Виктор Суворов

Аквариум

Пролог

– Закон у нас простой: вход – рубль, выход – два. Это означает, что вступить в организацию трудно, но выйти из нее – труднее. Теоретически для всех членов организации предусмотрен только один выход из нее – через трубу. Для одних этот выход бывает почетным, для других – позорным, но для всех нас есть только одна труба. Только через нее мы выходим из организации. Вот она, эта труба… – Седой указывает мне на огромное, во всю стену, окно. – Полюбуйся на нее.

С высоты девятого этажа передо мной открывается панорама огромного бескрайнего пустынного аэродрома, который тянется до горизонта. А если смотреть вниз, то прямо под ногами лабиринт песчаных дорожек между упругими стенами кустов. Зелень сада и выгоревшая трава аэродрома разделены несокрушимой бетонной стеной с густой паутиной колючей проволоки на белых роликах.

– Вот она… – Седой указывает на невысокую, метров в десять, толстую квадратную трубу над плоской смоленой крышей…

Кубинский зал


Колин Харрисон

КУБИНСКИЙ ЗАЛ

Посвящается Дане

Пробудившись к жизни из мрака подсознания, воля осознает себя личностью, живущей в бесконечном и широком мире среди бесчисленных индивидуальностей, каждая из которых стремится, страдает, ошибается; желания воли не имеют границ, ее амбиции неисчерпаемы, и каждое утоленное желание порождает желание новое. Никакое удовольствие не в силах обуздать ее стремлений, стать конечной целью ее вечных поисков и заполнить бездонную пропасть сердца…

Шопенгауэр

1

Начнем с той ночи, когда закончилась моя прежняя жизнь. Начнем с теплой апрельской ночи, когда тридцатидевятилетний мужчина в слегка помятом костюме выбрался из такси на углу Парк-авеню и Семьдесят седьмой улицы. Вокруг грохочет и дымит Манхэттен. Он мечтает о плотном домашнем ужине, хорошем супружеском сексе и крепком, спокойном сне до утра, желательно – в указанном порядке. Такси трогается с места и быстро уезжает. Времени час ночи. Мужчина поднимает голову…

Кровь с небес


Марчелло Фоис

Кровь с небес

Посвящается Луиджи Арру

Лило как из ведра.

Мощные потоки воды упорно обрушивались на шершавый гранит, поросший густым кустарником.

Небеса выставили на огневой рубеж тяжелую артиллерию в полном составе: гаубицы и мортиры. Струи дождя вонзались стальными стрелами в серо-розовые глыбы скал, взрывались при ударе, разбрасывая вокруг мириады мелких острых брызг.

На четвертый день окрестные горы, долины и холмы превратились в пропитавшуюся насквозь губку, которая больше не могла поглощать гигантские массы воды. И казалось, сама земля принялась жаловаться, что долее не в силах выносить этот ливень, каждый день которого стоил десяти, и, значит, по сути наступил уже сороковой день Всемирного потопа. В тот день добрый старый Ной и его сыновья ясно поняли, что до тех пор вода все прибывала и прибывала. Небо словно превратилось в огромный опрокинутый кувшин, и из его горла вода хлынула на стога сена, на посев…

Невидимые связи (часть сб.)


Крыстин Земский

Невидимые связи

ГЛАВА I

Комната небольшая. Диван, стол, книжная полка, шкаф, два стула – вот и вся обстановка. На стенах несколько репродукций, на столе скатерть с вышивкой «Приятного аппетита». Крашеный дощатый пол. «Провинция, она и есть провинция», – думает Анджей Корч, окидывая взглядом новое свое жилище.

– Надеюсь, вам будет там удобно, – сказал начальник милиции, завершая беседу о его служебных обязанностях и ждущих разбирательства делах. – Комната с отдельным входом, хозяева – люди порядочные. Недалеко от работы. Впрочем, это, конечно, временное решение вопроса. Скоро строители сдают новые дома в жилом микрорайоне Заборувек. Для наших сотрудников выделяется три квартиры. Одну из них мы предназначили для нашего пополнения – выпускника офицерской школы. Поскольку этим выпускником оказались вы, поручик, значит, вам она и достанется. Площадь ее, естественно, будет зависеть от состава вашей семьи.

– Я холост, – коротко пояснил Корч. – …

Внезапная смерть игрока (часть сб.)


Ежи Эдигей

Внезапная смерть игрока

ГЛАВА I. Большой шлем

Игра шла за двумя столиками. Дружеские встречи за картами в доме Войцеховских стали своего рода традицией. Сам профессор Войцеховский, известный химик, не слыл уж столь страстным игроком в бридж, но любил принимать у себя узкий круг друзей. Поводом для таких встреч как раз и были столик и две колоды карт. Один-два раза в месяц приглашались три или четыре пары. Обычно в субботу, часам к пяти пополудни.

Для начала подавался кофе с тортом или шарлоткой, специально испеченной по такому случаю хозяйкой дома. К этому – небольшой столик на колесиках с богатым набором коньяков, ликеров и вин. Около часа велась легкая, непринужденная беседа. Затем четверо усаживались за карты, а Эльжбета Войцеховская на правах хозяйки дома, пользуясь привилегией первой «не играющей», сервировала стол к ужину. Ужин подавали часам к восьми. Хозяйка неизменно старалась блеснуть перед приглашенными дамами каким-нибудь новым «фирменн…

Остаться в живых…


Ян Валетов

Остаться в живых…

С благодарностью

Моему издателю, Петру Хазину – последнему энтузиасту книжного бизнеса в Украине;

Александру Мушкину, консультировавшему подводные сцены книги;

Александру Данковскому и Игорю Сиду, оказавшим бесценную помощь в редактуре текста;

Ребятам с форума «Figvam.net», моей постоянной фокус-группе;

Моей супруге Лесе, первому читателю, без которой ни одной из моих книг просто не было бы.

«Смерть стоит того, чтобы жить. Любовь стоит того, чтобы ждать».

Виктор Цой

Жемчуг живет жизнью своего владельца, он блестит, когда хозяин здоров, и тускнеет, когда тот умирает. Вот почему жемчуг называют иногда "слезами тоски".

И все же несмотря на все свои многочисленные достоинства, жемчуг так же, как и опал, в народе считается несчастливым камнем. Он якобы приносит владельцу утрату иллюзий и надежд.

Вообще, жемчуг очень коварная драгоценность: в нем, как считают знающие люди, заключается н…