Фактор Мурзика


«Эта невероятная, но совершенно правдивая история случилась недавно в городе, который мы условно назовем Закедонском Закедонской условно области. Область эта в нашей Федерации считается небольшой и занимает территорию не более Франции с Бельгией и Люксембургом. По географическому положению она относится к числу окраинных и представляет собой почти прямоугольный выступ, с трех сторон окруженный приграничными странами, одна из которых нам очевидно враждебна, а две другие оцениваются политиками как недружелюбные. Тем не менее закедонцы, те, кому это позволяют финансовые возможности, все эти три государственных образования охотно посещают с целью отдыха, покупки различных товаров и отмывания денег, у кого они есть. Там они охотно общаются с местными жителями и в какой-то степени подвергаются их разлагающему влиянию, чем и объясняется некое вольнодумство, имеющее место в головах части закедонского населения…»

Иванькиада, или Рассказ о вселении писателя Войновича в новую квартиру


«Перед тем как случиться всей этой истории, я спокойно писал своего «Чонкина», намереваясь закончить его (как всегда, на протяжении вот уже лет двенадцати) «в этом году». Только что я кое-как выбрался из очередной опалы и по некоторым признакам догадывался, что скоро попаду в следующую, будет новая нервотрепка, полное отсутствие денег и сейчас, пока после раздачи долгов еще немного осталось от двух чудом вышедших одновременно книг, надо писать «Чонкина» как можно быстрее, не отвлекаясь ни на что постороннее, но постороннее влезло, меня не спросив, и все-таки отвлекло. Неожиданно для себя я был вовлечен в долгую и нелепую борьбу за расширение своей жилплощади. Откровенно говоря, мне это не свойственно. От борьбы за личное благополучие я по возможности уклоняюсь. Ненавижу ходить к начальству и добиваться чего-то. По своему характеру я непритязателен и довольствуюсь малым. Я не гурман, не модник, не проявляю никакого интереса к предметам роскоши. Простая пища, скромная одежда и крыша над головой – вот все, что мне нужно по части благополучия. Правда, под крышей мне всегда хотелось иметь отдельную комнату для себя лично, но вряд ли такое желание можно считать чрезмерным…»

Фактор Мурзика (сборник)


В эту книгу вошли хиты малой прозы Владимира Войновича, а также новая повесть – «Фактор Мурзика». На самом деле это первая часть романа, который пишется автором. Уже сейчас, на основе одного эпизода, о готовящейся новинке можно сказать: «очень своевременная вещь»! В «Факторе Мурзика», как всегда, узнаваемые людские типы, точно поставленный диагноз времени и коронный смех писателя. Это повесть о том, что может случиться с нами в самом ближайшем будущем, а может, уже происходит в настоящем. Свой 85-летний юбилей Владимир Войнович встречает в блестящей форме: ему не изменили талант, зоркость, чувство юмора, способность к провидению и любви.

Иванькиада, или Рассказ писателя Войновича о вселении в новую квартиру


Посвящается Сергею Сергеевичу Иванько и его товарищам, безвозмездно предоставившим в распоряжение автора богатейший фактический материал и пищу для размышлений.

Фиктивный брак


Водевиль в одном действии, представляющий диалог между электриком Отсебякиным и эмансипированной женщиной Надей, с которой он только что заключил фиктивный брак по непонятной причине. Действие происходит в квартире Отсебякина, куда он впервые приводит Надю. Тут же, в сущности, и происходит их настоящее знакомство друг с другом.

В палитре памяти. Журнал ПОэтов № 3 (65) 2015


Журнал ПОэтов № 3 (65) 2015 «В палидре памяти». Главный редакотор доктор философских наук Константин Кедров.

Трибунал (сборник)


Annotation

Новая книга Владимира Войновича — настоящее не только литературное, но и культурное событие современности. В этой книге картина нашей сегодняшней действительности дана с яркостью и полнотой великолепного таланта, ровесника эпохи, пожалуй, одного из самых известных классиков русской прозы.

Время действия в новой книге — от далекого 1982 года до сегодняшнего дня, место действия — современная Россия, в которой действительность фантастичнее любого вымысла, а из людей действительно можно делать гвозди, как писал другой известный классик. Только построить на этих гвоздях вряд ли что-то получится…

Владимир Войнович

Трибунал. Судебная комедия в двух действиях

Владимир Войнович

Трибунал (сборник)

Трибунал. Судебная комедия в двух действиях

Действующие лица

Подоплеков Леонид .

Подоплекова Лариса .

Подоплекова Света

Трибунал : брачная комедия, судебная комедия и водевиль


Владимир Войнович

Трибунал

Брачная комедия, судебная комедия и водевиль

Трибунал

Судебная комедия в двух действиях

Действующие лица

Подоплеков Леонид.

Подоплекова Лариса.

Подоплекова Света.

Председатель трибунала Мешалкин.

Прокурор Гвоздилов.

Защитник Тюбиков.

Секретарь Персикин.

Мешалкина Людмила.

Мешалкин Жорик.

Бард.

Горелкин.

Юрченко.

Терехин.

Зеленая.

Депутат.

Священник.

Зритель.

Санитары и другие.

Действие первое

Что-то вроде пролога

Посреди сцены — длинный высокий стол, покрытый зеленым сукном. За ним кресло с высокой спинкой. Еще три маленьких столика со стульями: один — перед большим столом, на авансцене, два — по бокам. В глубине сцены — статуя Фемиды. Левый глаз закрыт повязкой, правый от…

Перемещенное лицо


Владимир Войнович

Перемещенное лицо

Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина

Книга Третья

Предисловие

Мне кажется, я заслужил место в книге рекордов. Этот роман писался без одного года полвека. В 1958 задуман, в 2007-м окончен. Задуман был сразу как эпическое, растянутое во времени сочинение. Отсюда и название «Жизнь и необычайные приключения». Меня все время удивляло, почему, читая книгу в том виде, в каком она была, ни один человек не спросил: «Приключения-то есть, а где же жизнь?» Жизни в первых двух книгах было всего-то лето и начало осени 1941 года.

В самом начале, замыслив роман, я сочинял его больше в уме, думал о разных поворотах сюжета, комических ситуациях, пересказывал их своим друзьям и тем удовлетворялся. Записывать не спешил, полагая, что времени впереди много. Его и в самом деле выпало достаточно, но не всякое оказалось пригодным для спокойного сочинительства. Мне кажется, что писать нечто эпическое можно …

Журнал «Если», 1994 № 04


«Если», 1994 № 04

Джудит Меррил

ТОЛЬКО МАТЬ

Считаю необходимым объяснить читателю появление перевода этого рассказа на страницах журнала «Если». Поэтому начну не с автора, а, как ни странно, с известного советского писателя.

Об Оренбурге, как об одном из создателей советской фантастики, основателе ее «европейского» крыла, я уже писал. Сейчас мне хотелось бы в двух словах остановиться на ином, «не освоенном» биографами аспекте деятельности Эренбурга.

После войны, казалось бы (по аналогии с победой над Наполеоном в 1814 году), в СССР должны были хлынуть западные идеи и духовные ценности. Но Сталин критически изучил опыт Александра I и случилось обратное: после 1945 года Европа для нас вообще закрылась. Недавно я целенаправленно перелистал послевоенные подшивки «Вокруг света» и «Огонька». И понял, что за первые послевоенные годы читатели этих популярных журналов смогли бы составить для себя лишь этнографическое, кособокое, не соответствующее действ…