Два крыла. Русская фэнтези 2007


Два крыла

Русская фэнтези

2007

Инна Живетьева

ДВА КРЫЛА

Небо над степью как еще одна степь — бескрайнее. Улетают птицы за горизонт, и в Ярке зудит предвкушение полета. Стелется трава под ветром, идет волнами, колышется — точно дышит степь полной грудью. Звенит многоголосый хор кузнечиков, брызгами из-под ног разлетаются.

Широкие отцовские ладони подхватили Ярку за бока, усадили на Гнеда. Конь покосился на легкого всадника, тряхнул головой. Гнед — жеребец серьезный, ему отец жизнь свою доверяет.

— Боишься?

— Вот еще!

Но подтренькивает у Ярки под ребрами. Хочется вцепиться в гриву, намотать на кулак длинные пряди, но мальчишка выпрямляется, сжимает лошадиные бока коленями. Насмешливо качает головой конь: ему Яркины усилия — что кузнечик на круп запрыгнул.

— Вперед! — Отец хлопает Гнеда по крупу — и солнце несется навстречу, огромное красное солнце. Бьет в лицо ветер, перехватывает дыхание. Степь сливается в желто-зелен…

Дети огненной воды


Владимир Васильев

Дети огненной воды

– Я вижу, по теории у тебя «отлично», – пробурчал шеф. – Это хорошо. Но теперь забудь теорию. Ты на Флабрисе, парень.

Толик с готовностью кивнул.

– А поскольку контактеров тут аж четверо, считая тебя, в курс дела введу я, больше некому, остальные на работе. Слушай внимательно, повторять не стану.

Толик снова кивнул. Он уже слышал, что Флабрис – странное место. Поэтому приготовился к любым сюрпризам.

– Пункт первый: подавляющая часть аборигенов Флабриса, по большому счету, неразумна. Они только-только научились пользоваться огнем. Пункт второй: здесь, вокруг базы, сосредоточены около полусотни городков и деревень, в которых живут разумные аборигены. Эти худо-бедно умеют плавить и ковать железо, изготавливать ткани, возделывать землю, выращивать злаки и скот. Если завтра они изобретут паровоз – я не очень удивлюсь. Пункт третий: с точки зрения базисной теории, подобная ситуация невозможна. Пункт четвертый: эта си…

Исповедь заведомого смертника


Владимир Васильев

Исповедь заведомого смертника

Выжить бы…

Надеюсь, получится. Глупо, конечно: из наших практически никто не ускользнул, не избежал предначертанной участи. Но я все равно надеюсь. Что еще остается?

Ничего.

Знали бы вы, насколько это ужасно: знать, что не выживешь. И все-таки я трепыхаюсь, я пытаюсь ускользнуть, уползти, спрятаться, вырваться из этого порочного и чудовищного круга.

Гляжу направо. Н-да.

Налево. Ничуть не лучше. Значит, будем глядеть прямо перед собой.

Взгляд останавливается на трупе, застывшем на полу. Это метра на три вниз. Ну вот, еще одна жертва в этой бессмысленной битве. Хотя, кто назвал это битвой? Избиение. Геноцид.

Впрочем, есть немало примеров, когда и мы бивали врага. В кровь, иногда и до смерти. Но, к сожалению, это случаи единичные и несистематические. Ну, разбитая голова, ну вспоротый живот. Детские игрушки. А где масштабные операции? Где потери в рядах противника и неудержимое, как …

Сильные дыхом


Владимир Васильев

Сильные дыхом

Лощина даже на вид казалась угрюмой и мрачной, лезть туда Панасу совершенно не хотелось. Так и мнилось: вот сейчас из приглушенного полумрака выползет сам Сатана или какой другой черт и станет, вражина, строить всевозможные козни.

Панас придержал коня и, как частенько поступал в задумчивости, подергал себя за чуб. Потом погладил рукоять сабли – для самоуспокоения.

По мере удаления от Шмянского идея заработать на хлеб и горилку столь геройским образом будто по волшебству делалась все менее и менее привлекательной, и если сначала Панасу сам черт (так и не вылезший из лощины) был не брат, то теперь глодали козака смутные сомнения: а стоило ли ввязываться в такое неблагодарное дело?

С одной стороны распоследнему сопливому пацаненку понятно, что драконов в мире не существует. А если и существуют – то далеко-далече, за тридевять земель, скачи хоть целый месяц от родных сел да хат, не доскачешь. Однако же – с другой стороны – ды…

Клинки


Владимир ВАСИЛЬЕВ

КЛИНКИ

Летопись-легенда

КНИГА ПЕРВАЯ.

РУБИНЫ ХОЗЯИНА КО

ПРОЛОГ

Солнце заливало долину багровым закатным светом. Чернела оттаявшая земля, кое-где в тени грязными пятнами проступал рыхлый умирающий снег. Долина просыпалась от зимней спячки – пропитанная влагой почва скрывала набухшие семена, пробуждались в деревьях застывшие за зиму живительные токи, еще медленные и вялые, но крепнущие с каждым днем. Наполнились жизнью мелкие мутные лужи, на свет и тепло выползла помятая сонная муха, а длинноухий линяющий заяц бодро обгрызал на кустах округлые бугорки почек.

Лишь там, где вздыбились древние горы, царили холод и зима. Недоступные пики сверкали первозданной нетронутой белизной, разделенные отвесными темными провалами. И ослепительно блестел на солнце их вечный нетающий снег.

Только беркуты знали это место в горах, недоступное бескрылым земным созданиям – ровную квадратную площадку…

Черный камень Отрана


Васильев Владимир

Чёрный камень Отрана

Владимир ВАСИЛЬЕВ

ЧЕРНЫЙ КАМЕНЬ ОТРАНА

ПРОЛОГ

Над внутренним морем всегда клубился туман: прохладный воздух северных Пустошей сталкивался здесь с льющимися через перевалы теплыми потоками с юга. Туман висел над водой всегда; и зимой, и летом; даже устойчивые западные ветры не в силах были его разогнать.

Торговые корабли неспешно проходили вдоль южного берега, до самых Шхер Шепчущей Горловины. За горловиной бился равнодушный океан. Выйти туда значило миновать все ловушки Шхер. Начиная от коварных отмелей и заканчивая пиратскими лодками.

Раньше пираты хозяйничали тут безраздельно, но несколько лет подряд правители торговой республики Суман вели целенаправленную войну, завершившуюся разгромом двух главных пиратских банд. Захваченные корабли пустили на дно в южном рукаве горловины, пленных продали в рабство казалось, должно настать полное спокойствие. Впрочем, особой угрозы торговле несколько лет не бы…

Год жизни


Васильев Владимир

Год жизни

Владимир ВАСИЛЬЕВ

ГОД ЖИЗНИ

Тема о неизбежности

1

Юго-западный ветер трепал кроны вековых буков и рвал в клочья низкие облака. Но Клим чувствовал: ветер скоро утихнет. Чутье его никогда не подводило.

Поправив заплечный мешок, он размеренно зашагал по утоптанной тропе.

Куда вели его ноги, Клим не знал. Жизнь в крохотном городке на границе степей и леса ему осточертела, даже частые набеги прибрежников не разгоняли навалившуюся скуку. Клим честно сражался на стенах бок о бок с горожанами, а про себя все твердил: "Уйду… Уйду…"

Вот, наконец, решился. Дорога всегда действовала на него бодряще, наверное, среди его предков было много кочевников. И вообще, сидя на одном месте Клим кис и грустил, а чуть ступит на убегающую к горизонту тропу глядишь, и ожил.

На этот раз тропа вела его почти точно на запад. Ветер постепенно стихал, растрепанные облака уползали прочь, открывая безупречно…

Облачный край


Васильев Владимир

Облачный край

Владимир ВАСИЛЬЕВ

ОБЛАЧНЫЙ КРАЙ

История под шум дождя

Песню "Таверна" написал Константин Фролов (Крым).

Изменены только собственное имя и топонимы.

Весна в тот год так и не наступила.

Поняли это гораздо позже, когда стаяли февральские заносы и схлынул пронизывающий холод. Зима ушла, отступила за Стылые Горы, но ее место никто не занял. Земля размокла, превратившись в полужидкое отвратительное месиво. Даже сильные шандаларские кони с трудом выдергивали копыта из этой жуткой трясины. А сверху сыпал и сыпал мелкий прохладный дождичек, иногда пополам с мокрым снегом. Не то чтобы беспрерывно: примерно через день или через два на третий. Изредка показывалось солнце ненадолго, на час-другой, если в плотной облачной пелене случалась прореха. Сначала ждали, что это быстро прекратится, установится ясная погода, потеплеет, подсохнет осточертевшая всем грязища, а там, глядишь, поля зазеленеют, свалит…

Сокровище «Капудании»


Владимир Васильев

Сокровище «Капудании»

Автор убедительно просит читателей не проводить НИКАКИХ параллелей между этим повествованием и официальными историческими данными.

Данный текст не имеет ни малейшего отношения к истории. Данный текст имеет отношение только к фантастике.

Ральф Зимородок, Керкинитида, лето года 864-го.

Бегун от Гартвига явился в очень удачное время: Ральф уже начал подумывать как бы поделикатнее выставить новую подружку. Подружка была симпатичная и улыбчивая, с огромными глазами и круглой замечательной попкой. Да и все остальное у нее было на уровне. Но как и прочие женщины, она не умела уйти вовремя – все щебетала и щебетала, щебетала и щебетала, не замечая, что Ральф давно уже хмурится и выразительно покашливает в кулак. Попросту вытолкать ее за дверь Ральф не мог: хотелось, чтобы она иногда заходила и впредь, а женщины народ обидчивый.

И тут явился бегун – как нельзя кстати.

– Так! – враз оживился Ральф. – Ну-…

Три шага на Данкартен


(видеобоевик)

Шаг первый: БЕЗ СТРАХА И УПРЕКА (Вояджер-раз)

ПРОЛОГ

Тедди понял, что придется прыгать когда все четыре вражеских корабля-истребителя выстроились для атаки.

Справа от него виднелась туша ближайшей планеты, слева цепочкой растянулись пеломенские истребители. Улизнуть было невозможно. Атаковать самому – ну собьет он один из пеломенских катеров, ну, может, даже два. Но остальные все равно десять раз успеют сжечь его кораблик, как пить дать успеют. Положеньице…

Где-то невдалеке, парсеках в двух-трех, уже вторые локальные сутки шла одна из обычных пограничных стычек – эскадрилья истребителей Пеломена столкнулась с двумя крейсерами Хобарта. Как всегда ни одна из сторон не сумела нанести противнику сколько-нибудь серьезный урон и бой шел на уровне вялого обмена лучевыми залпами. Юркие истребители были дьявольски маневренны, что позволяло им без особого труда уходить от вражеского огня, тяжелые громады крейсеров зато обладали неизмеримо большими э…